вид неказистый — так и пофигу, мне с ними не на обложке журнала позировать. Кстати, кто-то в школу приносил приложение к „Юному технику“ с выкройками хоккейных краг — я долго смеялся над идеей сшить по выкройкам такие же. В перчатке чуть не сотня деталей из разных материалов — проще звездолет собрать. Звездолет летать не будет, так и перчатка сама не полетит».
— Так чего, правда не пойдешь? Будешь как дурак с крагами возиться?
— Вы потом сами себе такие же пошьёте, как мои увидите.
— Фигню ты затеял, Мишка. Зима скоро кончится, в марте шайбу уже не погоняешь.
— Говорят, в следующем году снова зима будет.
— Ну ты сказал! До следующего года еще дожить надо! До лета, и то дотянуть непросто.
— Да, лето — это вещь! Если бы еще не экзамены эти…
— Короче, парни, я пойду в коробку завтра. Завтра вы там будете?
— И завтра будем! Сказали же — зима кончается, надо успеть накататься до весны.
— Ага, летом только ролики, ролики не то.
— А чего не то? Тоже классно, только падать больнее.
— Асфальт у нас не очень. И шайба не летит по нему. В хоккей не поиграешь.
— А можно с мячом! С мячом же нормально, пацаны!
— Ага, раз засветил, и всё. Ищи потом этот мячик. А то еще можно в окно попасть или в лоб прохожему. Не, в салки можно гонять на асфальте, а хоккей зимой! — Разорялся Чуга совершенно по делу. Я с ним согласен, хоккей зимняя забава, летом есть футбол и прочие летние игры. Жалко, в нашем Задрипозненске реки или пруда приличного нет. Я бы купаться ходил. Хотя… после тех мест, где я плавал, пруд вообще не катит.
«Так что субботний вечер был занят трудоделием и рукомеслом. До самого отбоя возился с рукавицами под одобрительными взглядами родителей. Им вообще по неведомой мне причине было приятно смотреть, как я что-то делаю. Считается, что мужчина должен уметь делать всё сам. Исключения: останавливать коня на скаку и заходить в горящую избу — это прерогатива русских женщин».
Странные люди — все эти наши самоделки, они не от хорошей жизни, а от дикой нищеты. Что коньки, что краги — всё можно купить в магазине. Если ты живешь не в СССР, а в мире капитала и угнетения человека человеком. А в обществе победившего социализма очень желательно быть мастером на все руки: уметь заклеивать рваные ботинки, вырезать пробки для бутылок из каблуков, выпиливать полочки и выстругивать досочки для кухни… Владение профессией на высоком уровне не спасет тебя от бытовых проблем, если только ты не слесарь по ремонту легковых автомобилей. Хотя, академиком тоже быть хорошо, им платят не меньше, чем слесарям в автосервисе. С их доходами все бытовые проблемы более-менее рассасываются, взамен этого возникают проблемы с конвертацией имеющихся денег в личное счастье.
«Сегодня мои слегка нелепые рукавицы были обкатаны, испытаны и слегка побиты. Что вам сказать — это просто фантастика! Ощущения совершенно не сравнимые — клюшка, правда, поначалу лежала в руках не очень уверенно, но я и так не Бобби Халл. Не знаю, кто это такой, но ребята сказали, что я не он. А еще сказали, что у меня левый хват, ну это они давно сказали. Когда левая рука ближе к крюку, то она и удар наносит, и целишься ты левой, оказывается. А я что, я схватил клюшку, как мне удобно и начал играть, не задумываясь о правом или левом хвате. Водиться пока еще не научился, но подхватывать шайбу на льду, лупить в сторону ворот и не падать после удара уже умею. А еще классно научился отбирать шайбу: разгоняешься, выставляешь клюшку горизонтально и врезаешься в противника с шайбой. А потом вскакиваешь на ноги и смотришь, где шайба, где противник, где чьи ворота. Ага, еще шапку свою не забываешь подхватить. Короче, защитник из меня уже получился. Ух, люблю хоккей!»
— Дай свои краги погонять!
— Да ладно, ты ж смеялся над ними! Фигня хреновая уродская — кто сказал?
— Да не, вроде нормальные же, — незнакомый парень, который играл в нашей команде подъехал после того, как мы взяли тайм-аут. А может это не тайм-аут, а перерыв, я еще не настолько профи в хоккее.
— Нет уж, за базар отвечать надо. И вообще, такие рукавицы любой сшить может. — Сижу на бортике рядом с нашими как воробей на заборе и постукиваю коньками по железу, которым обита коробка.
— Смотрю, у тебя и коньки тоже самодельные. Где взял?
— Да чего ты пристал-то? «Дай рукавицы, где коньки взял?» В школе мы такие коньки делаем на трудах!
— Да ладно!
— Рыжий, ты не врубаешься или в «Комсомолке» статью про нас не читал? — Подкатывает Антоха, спрыгнувший с бортика.
— Чего-то такое рассказывали. Так вы что, из той школы? Тогда понятно.
— Чего тебе понятно?
— Что школа у вас блатная. Одним всё, а другим ничего.
— Пацан, мы всё своими руками делаем, какой блат?
— Да понятно. Чего тебе, жалко? Дай краги, а ты себе еще одни сделаешь.
Вот так оборот! Я думал, он идиот, а он халявщик. Такие обычно еще в младшей школе просекают, что просто так заканчивается очень быстро, а этот до восьмого класса дожил. Ну или в каком он сейчас…
— Э, как там тебя, а давай ты мне краги сейчас, а я тебе завтра лимонада две бутылки. Меня все знают!
— Короче, пятерка, и рукавицы твои!
— Ты чего, какая пятерка? Ты офонарел, им рупь красная цена.
— Ну и иди тогда, покупай за рубль у того, кто продаст.
Рыжий сник, он уже понял, что канючить у тех, кто моментом выставляет цену в деньгах, бесполезно. И разводить на обещания тоже.
— Ну что, отдохнули? Погнали тогда еще период! — Заорал Де́нис, и мы посыпались
