практиковали ниндзя. Такими мечами можно и рубить, и бросать их. Так или иначе, Найл был быстр как молния – Алекс знал, что убить он может мгновенно.
Он не мог ничего сделать – только стоять и смотреть. У него не было никаких хитроумных устройств или спрятанного оружия. Миссис Ротман, может быть, и поверила в его историю с захватом и героическим побегом, но всё равно не спускала с него глаз. По-прежнему смотрела с подозрением. Если Алекс хоть чихнёт без её разрешения, она тут же отдаст приказ, и его убьют.
Когда он активировал сигнал тревоги? Минуту назад? Может быть, и больше. Алекс чувствовал губой проволоку, идущую вдоль зубов; он попытался представить, как эта проволока передаёт сигнал МИ-6. Сколько времени им понадобится, чтобы добраться сюда?
Миссис Ротман шагнула к нему и положила руку на плечо, коснувшись пальцами шеи. Она облизнула губы.
– Позволь мне объяснить тебе, что мы здесь делаем, Алекс, – начала она. – Тебе как члену Скорпии, уверена, будет интересно знать.
– Вы собираетесь лететь на воздушном шаре? – спросил Алекс.
– Нет. Я никуда лететь не собираюсь, – улыбнулась она. – Два дня назад мы выдвинули определённые требования. Эти требования были адресованы американскому правительству, но мы дали ясно понять, что если они не послушаются, то пострадает Великобритания. Назначенное время истекает, – она посмотрела на часы, – меньше чем через пятнадцать минут. Американцы не сделали того, что мы попросили. Пришло время наказания.
– Что вы собираетесь сделать? – спросил Алекс. Он не смог скрыть ужаса в голосе, потому что, конечно же, уже всё знал.
– Через несколько минут воздушный шар полностью надуют, и он поднимется над этой церковью. Канаты будут удерживать его на высоте ровно ста метров, и, когда он поднимется на эту высоту, приборы, которые ты видишь на этой платформе, тут же включатся. На две минуты Лондон накроет высокочастотное терагерцовое излучение, и после этого, боюсь, умрёт очень много людей.
– Почему? – Алекс едва мог говорить. – Что вы потребовали у американцев? Что они должны были сделать?
– На самом деле ничего мы от них не хотели. Требования, которые мы выдвинули, совершенно нелепы. Мы потребовали от них разоружиться и заплатить десять миллиардов долларов. Мы знали, что они ни за что не согласятся.
– Тогда зачем было просить?
– Потому что на самом деле наш клиент хочет отомстить. Отомстить британцам и американцам за то, что они постоянно и агрессивно лезут не в своё дело. Он хочет навсегда уничтожить эту особенную дружбу между двумя странами. Вот как это случится.
Боюсь, в Лондоне скоро умрёт множество людей. Смерти будут внезапными и совершенно неожиданными. Всех этих людей словно сразит незримый меч. Вся страна будет шокирована. А потом появится новость: они умерли, потому что американцы не согласились на наши требования. Они умерли, потому что американцы отказались помочь союзнику, который всегда помогает им. Представляешь, что скажут газеты? Представляешь, что подумают люди? Завтра с утра англичане будут ненавидеть американцев.
А затем, Алекс, через несколько месяцев «Незримый меч» нанесёт новый удар – на этот раз в Нью-Йорке. И на этот раз наши требования уже будут разумнее. Мы потребуем уже меньшего, и американцы дадут нам то, что мы попросим, потому что они уже будут знать, что произошло в Лондоне, и не захотят, чтобы подобное повторилось. У них не будет выбора. И на этом альянс между Британией и Америкой закончится. Понимаешь? Американцам наплевать на англичан. Они всегда думали только о себе. Так все и скажут, и ты даже не представляешь, сколько же ненависти мы сотворим. Одна страна будет унижена, другая – сокрушена. А «Скорпия» заработает на этом миллиард фунтов.
Она замолчала, словно ожидая, что Алекс сейчас её поздравит. Алекс – член её организации, самый новый рекрут. Его отец с радостью стоял бы рядом с ней. Но Алекс не смог заставить себя это сделать. Просто не нашёл в себе сил даже притворяться.
– Так нельзя! – прошептал он. – Нельзя убивать детей просто для того, чтобы разбогатеть.
Едва произнеся эти слова, он понял, что совершил ошибку. Джулия Ротман отреагировала быстро, как змея… или как скорпион. Только что на её губах была мягкая, непринуждённая улыбка; сейчас же она напряглась и повернулась к Алексу, полностью сосредоточившись на нём.
Найл посмотрел на них, почувствовав, что что-то не так. Алекс ждал, когда же на его шею обрушится топор палача, и это произошло быстро.
– Детей? – протянула миссис Ротман. – Я ничего не говорила о детях.
– Но… дети же тоже умрут, – попытался Алекс отчаянно вывернуться. – И взрослые, и дети.
– Нет, Алекс. – Миссис Ротман, похоже, ситуация даже забавляла. – Ты знаешь, что наша цель – дети. Я тебе этого не говорила, а это значит, что тебе об этом сказал кто-то другой.
– Я не понимаю, о чём вы…
Она внимательно разглядывала его. Подходила всё ближе. И в конце концов всё поняла.
– Я же говорила, что-то в тебе изменилось! – рявкнула она. – Что у тебя такое на зубах?
Что-либо скрывать было уже поздно. Алекс открыл рот.
– Я ношу брекеты.
– В Позитано на тебе брекетов не было.
– Я их тогда не надевал.
– Снимай.
– Они не снимаются.
– Тогда я сниму их молотком.
У Алекса не было выбора. Он сунул руку в рот и снял пластиковую проволоку. Найл подошёл ближе и с любопытством разглядывал его.
– Дай-ка посмотрю, Алекс.
Словно непослушный мальчик, которого застали за жеванием жвачки, Алекс протянул ему руку. На ладони лежал брекет. И было совершенно очевидно, что брекет этот не простой. Сквозь прозрачную оболочку виднелись провода, ведущие к кнопке, которую он нажал языком.
Успел ли он нажать её вовремя?
– Брось! – приказала миссис Ротман.
Алекс перевернул ладонь, и миссис Ротман шагнула вперёд. Она с хрустом растоптала кусочек пластика; брекет треснул пополам, проволока разорвалась. Если эта антенна что-то и передавала до этого, то сейчас уже точно нет.
Миссис Ротман повернулась к Найлу.
– Найл, ты глупец. Я же сказала тебе: обыскать его с головы до ног.
– Рот… – Найл не знал, что ответить. – Я не заглядывал ему только в рот.
Но она уже снова смотрела на Алекса.
– Ты же этого не сделал, а, Алекс? – укоризненно спросила она. – Не убил её. Миссис Джонс жива.
Алекс ничего не ответил. Миссис Ротман буравила его взглядом, казалось, целую вечность, а затем вдруг ударила. Она оказалась намного быстрее и сильнее, чем он ожидал. Её рука врезалась в скулу Алекса. Звук удара эхом разнёсся по залу. Алекс покачнулся, оглушённый. В голове звенело, он чувствовал, как краснеет щека.
