вовремя поддержал ее.
– Бляха… – произнесла она самым будничным, чеканным голосом, будто и не испугалась вовсе, что едва ли соответствовало действительности, – …муха.
– Все хорошо, – сказал Эрни. – Я тебя держу.
– Нужно двигаться дальше, – проговорил Фил. – Пока весь этот чертов квартал не взлетел на воздух.
– Мог бы взлететь – давно бы уже взлетел, – возразил Эрни. – Они же с электроникой и газ вырубили, забыл?
Фил кивнул, облизнув пересохшие губы.
– Да. Простите, ребята, – проговорил он пристыженно. В критической ситуации все надеются быть героями, а не трусами, чье паникерство ставит под удар остальных.
– Фил, дружище, все нормально, – сказала Элли. – Мы тут все напуганы. Как я уже говорила, чем больше света, тем лучше, заодно и шашки доставать пока не придется, видишь?
Она обвела рукой улицу. Зарево пожарищ теперь заливало обе стороны Падубового ряда, полностью очистив улицу от тварей – за исключением самого ее конца, погруженного в темноту. Вдобавок пламя выхватывало из темноты просторные сады, разбитые позади домов. За домом, по крыше которого они как раз пробирались, находились оранжерея и подстриженная лужайка, где, несомненно, и зимою и летом устраивались вечеринки на свежем воздухе. Потому что там было…
– Вон там! – Элли указала пальцем. – Милли, ты видишь то же, что и я? Эрни?
– Что я должен видеть? Ну сад, сарай…
– Нет! – перебила Милли. – Эрни, смотри. Рядом с сараем, на лужайке.
– Что там? Яма, что ль, какая-то?
– Костровище, – сказала Элли. – Прямо на лужайке. О чем мы только что говорили?
– Думаешь, в сарае и дрова найдутся?
– Должны быть, – сказала Элли. – Хоть что-нибудь да найдется.
При условии, что хозяева не израсходовали запасы топлива или не перестали пользоваться костровищем. Но это гораздо ближе, чем лес. Если в сарае найдутся дрова и растопка, огонь можно поддерживать до утра.
Но что будет с самим домом, если пожар продолжит распространяться вдоль улицы? Элли прикинула расстояние между домом и костровищем, которое находилось в дальнем конце лужайки, окаймленном рядом сосен.
– Место вроде подходящее, – проговорила она. – Все зависит от того, что в сарае.
Зарево потускнело; пожарище окуталось тучами черного дыма. Должно быть, пламя добралось до чего-то не слишком горючего. Лужайка начала исчезать из виду, и бледные силуэты, больше не сдерживаемые светом, стали окружать ее.
– Что же нам делать? – воскликнула Джули.
* * *
Сигнальная шашка с шипением вспыхнула, испуская дым и красный свет. Элли подалась вперед, примериваясь для броска: слишком далеко – и она промахнется мимо крыши оранжереи; недостаточно далеко – и шашка упадет в пластиковый водосток.
Элли уронила шашку; та закувыркалась по черепице. У Элли перехватило дыхание, но шашка приземлилась на крышу оранжереи в паре дюймов от края, разливая красное сияние.
– Ладно, – пробормотала Элли. – Поехали.
Она понятия не имела, прожжет ли шашка стеклянную крышу и как быстро. Но и торопиться нельзя, иначе вместо оранжереи она приземлится на задний двор, где уже поджидают твари.
Элли перекинула вторую ногу через конек крыши, цепляясь за него обеими руками. Ей показалось, что она видит дымок, курящийся из-под кровли соседнего дома (именно так огонь и распространялся, перекидываясь с крыши на крышу), но она не была уверена. Разжав руки, она заскользила ногами вниз к оранжерее, прижимаясь к скату крыши. Несколько кровельных плиток задели ее щеку. Сапоги зацепились за водосток, остановив спуск. Элли покачнулась, чуть не потеряв равновесие, но, к счастью, успела вновь распластаться на черепице.
Расстояние между водостоком и крышей оранжереи составляло меньше фута; Элли перебралась на нее, подхватила шашку и вытянула ее над краем оранжереи, чтобы осветить лужайку. Твари были тут как тут, поджидали в темноте. Свет шашки лизнул края костровища, отчего по набившемуся внутрь снегу заметались тени, и достиг сарая.
Сарая, на который была вся надежда…
Спуститься будет нелегко; Элли сомневалась, что водосточная труба выдержит ее вес. Вместо этого она присела на корточки и прыгнула, подогнув колени при приземлении. Удар отдался во всем теле, но она тотчас перекатилась и вскочила на подгибающиеся ноги.
Получилось! У нее получилось!
Подожди.
Шашка… где шашка?
Она тлела на заснеженной траве в нескольких футах поодаль. Две бледные паукообразные фигуры метнулись к Элли; она схватила шашку, и те остановились.
Не забудь проверить за спиной.
Элли развернулась, описав шашкой дугу. По всей лужайке расселись на корточках белые силуэты, но кроме тех двоих никто вроде не двигался с места. Пока что. И никто, слава богу, не преграждал ей путь к сараю.
А если в сарае пусто – хоть шаром покати? Что тогда, Элли? Как ты тогда к остальным вернешься?
Не стоит ломать над этим голову. Что-нибудь да придумают.
Или бросят тебя. Меньше риску.
– Похер, – буркнула она.
Белые твари не двигались с места. Те двое, что сунулись было к ней, снова приняли знакомую скрюченную позу.
Набрав в грудь побольше воздуха, Элли кинулась к сараю.
Она не видела и не слышала, что делают твари у нее за спиной, но понимала, что сидеть сложа руки они не будут. Те, что были перед нею, не сдвинулись с места, но их пальцы растопырились, зачерпывая снег, а потом сжались в кулаки. Один поднял руку.
Элли поняла, что происходит, за мгновение до того, как снаряд, пущенный ей в спину, просвистел мимо уха. Еще один пребольно саданул в плечо; она пошатнулась, когда третий угодил в затылок. Тварь впереди с размаху метнула очередной снаряд; ледышка ударила Элли в плечо, и ее рука разжалась, уронив шашку. Как только Элли метнулась за ней, на нее обрушился град снарядов. Один отскочил от щеки, другой задел лоб. Неужели в глаза метят? Боковым зрением она увидела, что твари приближаются, и зажмурилась, нашаривая шашку.
Пока она искала ее, в лицо летел рыхлый снег. Твари забрасывали им шашку, точно собаки, чтобы добраться до добычи. Элли выдернула из-за пояса еще одну шашку, сорвала колпачок и чиркнула по нему; слава богу, шашка зажглась с первой попытки. Размахивая ею, Элли сломя голову бросилась к сараю, левой рукой защищая лицо.
Удивительно, что они не сделали этого раньше. Горящая терраса давала свет; могут ли слепые существа отличить его от намного меньшего сияния шашки по боли, который он причиняет? Не обратят ли они теперь внимание на крыши, догадавшись, что Элли пришла оттуда? Если так, то Милли и остальных ждет такой же обстрел. А они уже находятся в темноте, совершенно беззащитные, и увертываться не могут; если они не удержат шашки в руках, бледные полчища вмиг накинутся на них.
Стало быть, найти топливо – вопрос жизни
