— Двести четырнадцать минус двенадцать? — отстраняясь, спросила я.
— Двести два, но ответ именно на этот вопрос я зубрила с усердием дятла, — честно ответила Джоконда.
— Ты поумнела или не поумнела? — требовательно зажужжал Пак.
— Я не знаю, время покажет…
— А пока оно покажет, девы, у меня замечательная, грандиозная идея! — Зеленый выбежал на центр стола и воздел руки к потолку, привлекая наше внимание. — Девы! Я все придумал!
Джоконда слушала его внимательно.
— Мы будем работать втроем! Дашка обеспечит официальное прикрытие, я буду осуществлять креативное руководство, а Джоконда… ну, все остальное.
— У меня другие планы, — покачала я головой. — Менее глобальные.
— А как же совесть, Даша? — задушевно спросил Пак. — Неужели ты не чувствуешь ответственности перед этой милой сиреной? Неужели ты позволишь, чтобы кто-то, воспользовавшись ее наивностью, ее беззащитностью, ее мягкостью, причинил ей вред?
Джоконда на всякий случай всхлипнула.
Конечно, мне было ее жаль, но ввязываться в подобную авантюру — это значит тратить все свое время, душевные силы. Да и не привыкла я к ответственности.
Но Джоконда опять всхлипнула, и я протянула над столом раскрытую ладонь:
— Я с вами, авантюристы.
— Мы справимся, — пообещала сирена, принимая мою руку.
— А фирма будет называться «Пак и сыновья», — запрыгнул пикси на наши сомкнутые ладони.
Мы с Джокондой дружно засмеялись.
Пак, приняв наш смех за согласие, метнулся за барную стойку — на разведку. Заключение сделки следовало обмыть немедленно.
— Девы! Тут есть абсент, но я один бутылку не дотащу!
Мы очень быстро помогли нашему креативному директору, разлили по бокалам мерцающую изумрудную жидкость.
— За будущее! — провозгласил Пак, перегибаясь через ободок бокала. — За наше интересное совместное будущее. За Пака и сыновей!
Мы осторожно чокнулись.
— Может, не стоило начинать без меня?
Я обернулась. В дверях клуба стоял Ларс. Я с такой жадностью рассматривала своего охотника, что не сразу заметила сопровождающую его женщину. Лиза Серова, верховная ведьма энского ковена, держала моего мужчину за локоток так, будто имела на это право. В декольте ее приталенного серого костюма виднелось кружево белья, а подол юбки заканчивался чуть ниже чулочных подвязок. Лиза умела выглядеть желанной.
Ведьма посмотрела на меня аккуратно подкрашенными глазками, чуть приподняла бровки, узнавая, а потом кокетливо прижалась к плечу Ларса, склонив голову.
Я медленно, очень медленно встала.
— Дашка, только без членовредительства, я тебя прошу, — пищал Пак, зависнув над моим плечом.
Джоконда пружинно вскочила и встряхнула руками, разминаясь.
— Я прикрою, бамбина, мочи ее!
Я сделала вперед один кошачий шаг, другой… В серых глазах охотника читалось восхищение. Лиза напряглась, пытаясь вжаться в Ларса или использовать его как щит. Я не пробовала ее ударить, не пробовала прикоснуться. Я просто молча внимательно смотрела на ведьму, не отводя взгляда и не моргая. Когда она, смешавшись, опустила руки, только тогда я заговорила.
— Прочь! Я, леди Третьего Дома, приказываю тебе покинуть нас.
И точно так же молча проводила взглядом ее покачивающуюся фигуру.
— Шикарно! — решил Пак. — Я бы даже сказал, аристократично.
— А я бы хоть раз в ухо заехала. — Джоконда вернулась к своему компьютеру.
Ларс чего-то ждал. Я пожала плечами и ровным тоном сообщила:
— Да, я альва, и лорд Третьего Дома при всех назвал меня принцессой. Я знаю, что ты ненавидишь альвов, но для меня тебе придется сделать исключение, потому что с судьбой, которой мы предназначены друг для друга, не спорят. А еще, я не принадлежу ни к одной из известных фейрийских рас, и моя вторая ипостась — огромная птица с человеческой головой. Так что если ты страдаешь орнитофобией, нам нужно как можно быстрее найти для тебя психиатра, потому что моя проблема не лечится. И…
Ларс сделал шаг вперед, прижал меня к себе и поцеловал.
— Я люблю тебя, альва, птица, принцесса!
— Ты глянь! — донесся до меня будто издалека писк Пака. — Я думал, она мне подарок приготовила, а это и не мне. Ларс! Мы же тебе кинжал притащили, тот самый.
Охотник только крепче прижал меня к себе.
Что может быть лучше посиделок с друзьями за бокалом чего-нибудь горячительного? Да не просто с друзьями, а с людьми (ну или нелюдьми), с которыми прошла огонь и воду. Разве что сознание того, что твой мужчина сидит рядом, обнимает тебя за плечи и наслаждается каждой секундой, проведенной вместе.
Бар давно уже ожил и был забит клиентами под завязку. На сцене извивался вокруг пилона Илиас, его давешняя блондинка сидела в зале, бдительно отгоняя от стриптизера особо рьяных поклонниц. Я показала ей большой палец — так держать! Девушка кивнула и улыбнулась в ответ.
— Урух тоже где-то здесь? — спросила я, перекрикивая шум музыки.
— Он вернулся в Фейриленд как раз сегодня. Господин Зимы призвал его — возрожденная Ледяная цитадель, его резиденция, требует присмотра.
— Как странно получилось, — заорал уже пьяненький Пак. — Дашка вместо того, чтобы все разрушить, все возродила. Три Дома, три артефакта, три лорда… Это потому… П-п-потому что…
— Треугольник — самая устойчивая фигура, — помогла ему Джоконда, заглядывая в монитор ноутбука.
— Именно!
— Я сопровождал Уруха до перехода, — прошептал мне на ухо Ларс. — Ведьмы ковена помогали с перемещением.
Если он таким образом оправдывается за то, что я увидела его с Лизой… Черт! Это так мило! Я поцеловала охотника, не желая больше ничего слушать про ведьму.
Потом мы немножко потанцевали, и мне было невыразимо приятно ощущать руки Ларса на своей талии.
За несколько минут до полуночи Блондин Моей Мечты взял меня за руку.
— Идем!
Ноги меня слушались не вполне.
Мы поднялись по крутой лесенке, Ларс толкнул дверь и помог мне выбраться на крышу. Полная ноздреватая луна отливала золотом. Я рассмотрела небольшой круглый столик на кованой ножке, два накрытых пледами стула. Охотник поднес огонек зажигалки к свече, стоящей на столе, и набросил плед мне на плечи.
— Присядь, мне просто хочется побыть с тобой наедине.
Я опустилась на стул.
— Мне тоже… хочется.
Ларс опустился передо мной на колени.
— Я не поблагодарил тебя… Нет, ничего не говори. — Он опустил голову, спрятав лицо на моих коленях. — Спасибо за то, что спасла мне жизнь, за то, что принесла мне кинжал Льда, за то, что просто вернулась ко мне.
Я погладила его по голове, взъерошив волосы.
— Как я могла не вернуться к своему мужчине?
— Пак сказал, что твой родной мир называется Ирий?
— Забавно, правда?
— Ты хочешь его разыскать?
Я немного помолчала.
— Свой Ирий я уже нашла, Ларс. И он там, где ты.
Я наклонилась, нашла губами его губы и попыталась выразить поцелуем то, что не могла словами.
