Видимо, существовала, какая-то иная причина. Он знал о Франции очень много. Его знания удивляли меня. Откуда он мог знать о беспорядках, творящихся в стране? О них почти не говорили. Я полагала, что король и его министры не хотят, чтобы народ знал о брожении среди крестьян. Сам король не хотел неприятностей с Англией. В данный момент война значила бы для Франции катастрофу, но эти аристократы-авантюристы с их стремлением завоевать свободу для других делали все, что могли, чтобы спровоцировать войну. На чьей бы стороне ни были их симпатии, им следовало бы держать их при себе, поскольку, как заметил Дикон, крупные неприятности происходили в нашем собственном дворе. Но откуда все это знал Дикон? Он был принят при дворе и, зная его авантюристический характер, я хорошо представляла, в каком направлении он мог действовать. Могло случиться и так, что он приехал во Францию в качестве обычного путешественника, навещающего родственников. В этом не было ничего подозрительного. И в то же время он мог узнать очень много о происходящем в стране. Он мог выяснить масштаб экспедиционных сил, готовящихся к отправлению в Новый Свет; изучить настроения, господствующие во Франции.
Он пожил в Париже, проехал по стране и своими глазами видел все, что там происходит, но все выглядело так, что просто-напросто Дикон приехал повидать меня.
От размышлений меня оторвал разговор за карточным столом. Они прекратили играть и обсуждали ставки.
— Давайте поставим на кон что-нибудь другое, не деньги, — предложил Дикон. — Так игра станет гораздо интересней. Какой-нибудь предмет… Скажем, ваш перстень против моего.
— Ни ваш, ни мой перстень не представляют для меня особого интереса.
Шарль говорил не вполне связно. Он слишком много выпил. Мне следовало бы напомнить ему, что уже поздно, и попытаться прервать их игру.
— Но ведь должно существовать что-то, представляющее для вас интерес. Ваше поместье? Когда-то мужчины играли на свое имение. Ваше поместье против моего.
— А что я буду делать с имением в Англии?
— Да, пожалуй, трудно найти у меня что-нибудь, представляющее ценность для вас, — сказал Дикон. — То, что мы живем в разных странах, создает некоторые трудности. Дайте-ка мне подумать, нет ли у вас чего-нибудь, чего хочу я?
Он поднял глаза и поймал мой взгляд. Я быстро отвела глаза. Я не могла выдержать этот взгляд ярких синих глаз.
— Я вижу, — продолжал Дикон, — что нам трудно найти удовлетворительное решение. Но я же чувствую, что есть нечто… Нашел!
В комнате повисло напряженное молчание. Я вдруг подумала, что они могут услышать, как бешено бьется мое сердце. В эти секунды я думала: ему не надо было приезжать сюда. Где появляется Дикон — начинаются неприятности. К чему он клонит? Что сейчас произойдет?
Дикон говорил тихо, чуть ли не упрашивая:
— Вы говорили, что хотели бы уехать. Я тоже подумывал об этом. Вот это приключение! Мне бы хотелось увидеть Новый Свет. Говорят, там очень красиво. Очень живописно. Табак… хлопок… Хотя, возможно, не в тех местах, куда мы должны отправляться. Вот на это я и предлагаю сыграть. Проигравший отправляется в бой. Вы — бороться за права угнетаемых; я — на стороне угнетателя.
— Что за смехотворная идея! — воскликнула я. — Никогда не слышала столь абсурдных предложений. Играть на такую ставку… в карты!
— Увы, мой друг, ваша жена запрещает вам это. Несомненно, в голосе Дикона звучала жалость к мужчине, не имеющему права распоряжаться самим собой. Бедняжка Шарль, — намекал он, — тебе не позволяют поступать по собственной воле. За тебя решает твоя жена.
Он знал, что это подстегнет Шарля к решительным действиям.
— Думаю, это занятная идея, — произнес Шарль.
— Это первый раз, когда ты согласился с Диконом, — напомнила я ему, причем нашел для согласия столь дурацкий повод.
— Это волнует меня, — сказал Дикон. — Выпадут карты… и судьба одного из нас изменится. Это и есть настоящая азартная игра.
— Сдавайте карты, — попросил Шарль.
— Из трех игр! — воскликнул Дикон, — поскольку вопрос слишком важен, чтобы решить его за одну игру.
Я знала, что ему нужно. Он хотел избавиться от Шарля. Но как он мог быть уверен? Внутренний голос говорил мне, что Дикон всегда уверен с себе.
Я взглянула на свекра. Он уже спал. Его жена клевала носом. Я не могла оторвать глаз от карточного стола.
Первая игра осталась за Шарлем. Он очень развеселился.
— Мне кажется, вам там не понравится, — заявил он Дикону.
— Если отправлюсь туда я, то проявлю себя наилучшим образом, возразил Дикон. — Так же, как и вы, в чем я уверен.
— Одна игра уже за мной, — весело сказал Шарль. — Следующая может стать решающей. Мне нужно выиграть одну игру, и тогда третья уже не понадобится.
— Лучше, если выиграю я, — возразил Дикон. — Если выиграете вы, удовольствие закончится слишком быстро.
— Конечно, вы играете не всерьез, — вмешалась я.
— Мы смертельно серьезны, — ответил Дикон. Началась игра. Я слышала, как тикает секундная стрелка, а потом раздался крик триумфа. Победил Дикон.
Теперь напряжение стало для меня невыносимым. Если Дикон отправится в Америку, я могу никогда больше с ним не встретиться. Мне в любом случае не следовало с ним встречаться. Я должна была избегать этого. Он опасен. Там, где был он, не было места покою. Но я не верила в то, что он отправится в Америку. Даже если он проиграет, у него найдется предлог остаться дома.
Началась решающая игра. Я наблюдала за ними, мое сердце сжималось от волнения. Тишина, казалось, тянулась бесконечно. И наконец… Дикон бросил свои карты на стол. Он улыбался, глядя на Шарля. Я не могла понять, что означало выражение лица Шарля. Оба они молчали.
Я больше не могла выдержать. Я встала и подошла к столу.
— Ну? — потребовала я. Дикон улыбнулся мне.
— Ваш муж отправляется в Северную Америку, чтобы бороться за правое дело.
Я была настолько сердита на обоих, что смела со стола карты. Дикон встал и снисходительно посмотрел на меня.
— Вам не следует винить в этом Шарля, — сказал он.
Взяв мою руку, он поцеловал ее и пожелал мне спокойной ночи.
* * *
Я помогла Шарлю лечь в постель. Он был ошеломлен и количеством выпитого вина, и результатом игры. Думаю, он не до конца понимал, что именно произошло.
Сумеречный бред — так я назвала происшедшее. Я попыталась внушить себе: просто они решили внести побольше эмоций в обычную карточную игру.
Шарль спокойно проспал всю ночь и утром выглядел вполне нормально. Я же спала беспокойно, поскольку, хотя и пыталась уверить себя в том, что случившееся — всего-навсего малозначительная чепуха, на самом деле вовсе не была уверена в этом.
