Интернете кое-что о безопасности во время езды вдвоем.
– Хорошо. – Она выглядела обворожительно с огромным розовым шлемом на голове.
Я уселся на байк и произнес:
– Запрыгивай назад. – И добавил, когда она так и сделала: – А теперь обхвати меня руками. – Я замер на мгновение, ощутив тепло ее рук, крепко обнимающих меня. – Запомнила это положение? Вот так и держись все время. Хватайся за меня как можно крепче.
– Хорошо.
Я обернулся и посмотрел на нее.
– То, что я скажу сейчас, очень важно. Когда я буду заходить на поворот, просто расслабь тело. Не надо наклоняться в другую сторону. Реакция твоего тела будет именно такой, но этого делать не надо. Запомнила?
– Разумеется.
– И еще кое-что. Нам будет трудно услышать друг друга. Поэтому если ты не захочешь кричать, а тебе надо по какой-то причине попросить меня остановиться, просто похлопай меня по плечу. И это единственный случай, когда тебе разрешено оторвать от меня руку.
Конечно, мои правила безопасности для сохранения ее драгоценной жизни были несколько преувеличены, но я собирался выжать из этой близости максимум.
– Ну, что, поехали? Готова?
Обри пожала плечами.
– Готова, как всегда.
Я завел мотор, и, сорвавшись с места, мы помчались по боковым дорогам, пока не въехали на шоссе. Обри крепко держалась за меня, ни разу не разомкнув рук. Я даже не представлял, насколько приятно ощущение, когда кто-то сидит у тебя за спиной. Ну, конечно, это потому, что за спиной у меня сидела она. Я уж позабыл, насколько здорово мчаться на мотоцикле, когда ветер бьет в лицо и ты испытываешь перегрузку от скорости. Ты получаешь почти такое же наслаждение, как от секса, испытывая ощущение абсолютной власти. Необходимость сосредотачиваться на дороге и окружающей обстановке странным образом умиротворяла.
Несмотря на испытываемое удовольствие от езды, я все время помнил, что нужно проявлять предельную осторожность, ведь я нес ответственность за жизнь Обри. Когда несешься на мотоцикле, тебя не покидает осознание собственной смертности, особенно если ты едешь по шоссе. Наш путь лежал по шоссе и проселочным дорогам, окруженным горами. Несмотря на то, что здешняя природа потрясала своей красотой, я не обращал на нее внимания, желая видеть только прекрасное лицо своей спутницы, и не мог дождаться, когда же, наконец, увижу ее со взъерошенными ветром волосами.
Самой забавной частью нашей поездки были попытки общения с Обри. Она не могла слышать, что я ей говорил. Поэтому я мог кричать во весь голос все, что накопилось на душе и что мне хотелось ей сказать.
Мы уже почти доехали до места назначения, когда я крикнул:
– Хочу целовать тебя во все места.
– Что ты говоришь?
– Хочу показать тебе эти места.
В другой раз я крикнул:
– Думаю, нам обязательно надо скоро пожениться.
– Что ты сказал?
– Думаю, нам надо скоро остановиться.
Когда мы приехали в Джулиан, Обри выглядела именно так, как я и ожидал. Лицо ее раскраснелось от ветра, а волосы были растрепаны, что было ей очень к лицу. Я невероятным усилием воли удержался от того, чтобы не впиться поцелуем в ее губы.
Тряхнув волосами, она произнесла:
– Итак, с чего начнем?
– Я был так поглощен ею, что не сразу понял, о чем она говорит?
– А-а?
Она повторила:
– Что будем делать?
– Слышал, что это место знаменито своими яблочными пирогами. Почему бы нам не найти место, где можно их попробовать?
Обри хихикнула.
– Мы почти два часа ехали на мотоцикле для того, чтобы поесть яблочные пироги?
– В какой-то степени да.
– Только ты можешь такое придумать. Но именно это мне в тебе больше всего нравится. Ты все превращаешь в приключение. Даже поедание яблочных пирогов.
– Это что, комплимент?
– Конечно. – Она мило улыбнулась, сверкнув зубами. – Ничего на свете мне так не хотелось бы, как отведать яблочный пирог в твоей компании.
Я видел, что ее отношение ко мне определенно смягчилось. Может, это последствия поездки на мотоцикле? Это, конечно, в некоторой степени интимный опыт, особенно для пассажира, учитывая, что он доверяет свою жизнь тому, кто управляет машиной. Полагаю, мне удалось произвести на нее впечатление.
Еще одно очко в твою пользу, Найтмен.
И ноль очков у Дика.
Мы пошли к кафе «Джулиан», где, как считалось, можно было попробовать лучшие в городе яблочные пироги, и устроились за уютным столиком в углу у кирпичной стены. Нам принесли огромную порцию теплых яблочных кусочков, запеченных в тесте до румяной корочки с маслом и корицей, с шариками ванильного мороженого сверху. Нас не обманули – это был лучший яблочный пирог, который я когда-либо в жизни пробовал. Поедая его, я почти испытал оргазм. Надо хоть какое-то физическое удовольствие получить в этот день.
Нам довольно легко удалось разговориться. Наша беседа крутилась вокруг проблем с приютом для животных, ее планов превратить спальню для гостей в рабочий кабинет, а также новой разновидности йоги, которой она начала заниматься. Я молил Бога, чтобы мне удалось воспользоваться преимуществами, которые давала мне эта ситуация. Рассказал ей о кратком визите в Хермоса-Бич и своих планах построить на ее участке небольшой сарайчик для хранения садового инвентаря. А потом я взял и чуть все не испортил, нарушив сложившуюся мирную, благожелательную атмосферу.
– Скажи, а что Дик… извини, Ричард думает по поводу твоего сегодняшнего отсутствия?
– Я сказала, что встречаюсь с другом.
Я рассмеялся с самым саркастическим видом.
– Вот и хорошо. Ты лишь чуть-чуть исказила правду.
– А что тут такого смешного? Разве мы не пытаемся стать друзьями? Это ведь твоя идея, верно?
– Я понимаю слово «друг» в довольно широком смысле. Как, например, не знаю даже, как сказать… моя девушка, что ли…
– Я вовсе не твоя девушка.
– Конечно, нет. Ты же моя жена, черт побери!
– Чэнс…
– Успокойся. Я всего лишь шучу. – Не совсем, конечно. – Послушай, я хочу сказать, что ты можешь убеждать себя, что между нами сейчас все очень невинно, но сомневаюсь, что Дику понравится то, что ты проводишь время с предполагаемым другом, который на самом деле только и мечтает о том, чтобы увести тебя у него. Вышеназванный друг имеет ключ от твоего дома, а у Дика его нет. Не думай, что я не заметил этой маленькой детали. Не надо питать иллюзии, Обри. Моя заветная цель – это украсть тебя у него, даже если я еще не заявил об этом открыто. Это сейчас я твой друг, но мне этого недостаточно. И никогда не будет достаточно. Твою мать, мы с тобой завтракаем, а я хочу съесть тебя без остатка. И не успокоюсь, пока
