id="id39">
39. Ава
Зеркало выкинуло меня к востоку от замка, и я сразу же поняла три вещи: первое, магический осколок со мной не перенесся, второе, надеть пальто Шалини оказалось одной из самых разумных идей в моей жизни, потому что здесь, должно быть, минус двадцать; и третье, это место превратилось в абсолютный ад.
И закралась мысль, что магия к Торину так и не вернулась.
Меня охватил страх. На восточной стороне замка со стен свисали клетки с запертыми внутри заключенными. Несколько были открыты, но в большинстве из них находились люди, замерзшие и полумертвые. К горлу подступила желчь. Если бы трон Торина был цел – если бы магия к нему вернулась, он никогда бы этого не допустил.
Я отчаянно всматривалась в клетки в поисках Шалини. Никаких ее следов. Проблеск хороших новостей.
В одной из клеток к прутьям подползла женщина. Черные волосы и заостренные уши покрывала корка снега.
– Помоги мне, – прохрипела она. – Мы здесь за то, что остались верны королю. Пожалуйста, помоги мне.
– Кто теперь здесь правит?
– Мория. Она схватила короля. Повела его в амфитеатр. – Было заметно, что у нее истерика. – Помоги мне, прошу тебя.
Стало страшно.
– В амфитеатр? Зачем?
– Я не знаю! – взвизгнула она. – Выпусти меня, и я смогу мыслить более ясно.
Я сделала резкий вдох ледяного воздуха, в мыслях был хаос. Можно сейчас же помчаться в амфитеатр, либо попытаться починить трон. Если я верну Торину внушающую благоговейный трепет силу Благого короля, он, возможно, сможет спастись.
Я отступила по снегу назад, прикрывая рога капюшоном Шалини.
Посмотрев налево, я заметила вдалеке двух марширующих стражников. Темно-бордовая униформа придавала им сходство с каплями крови на фоне белого снега. Разве это не любимый цвет Мории?
Вдалеке послышался скорбный вопль баньши, от которого воздух словно завибрировал. Возможно, Клина.
Я задрожала. Кто-то близок к смерти.
Я еще раз взглянула на клетки и вызвала жизнь из замерзшей земли. Здесь было гораздо труднее заставить что-то расти, чем при Дворе Скорби. В Фейриленде землю покрывала толстая корка льда, удерживавшая живой мир в ловушке зимы. Я мысленно объединила сознание с растениями под землей, чувствуя их борьбу за возможность высвободиться из-подо льда.
Я закрыла глаза и подумала о пламени богини пепла, который танцевал на вершине горы во Дворе Скорби, и о соблазнительном зное королевства Неблагих. Я вспомнила о том, как Торин страстно целовал меня в заброшенном храме богини пепла. Любовь – это кузница…
Я стиснула зубы и сжала пальцы в кулаки. Стебли бились о лед, пытаясь выбраться на свободу.
Я открыла глаза. Растения вырвались из замерзшей земли и обвились вокруг дверц клеток.
Повинуясь движению моего запястья, стебли распахнули ржавые железные двери. Я сбросила теплое пальто Шалини на снег для одной из жертв и освободила свои крылья. Они вырвались у меня из спины, разорвав кофту Шалини, и я взмыла в воздух. Стражники услышали лязг открывающихся клеток и бросились бежать.
Обогнув северную часть замка, я пролетела под открытой пропускной решеткой, а затем под высокими потолками.
Позади меня раздались крики, но я неслась быстро, а тронный зал находился недалеко от главных ворот. Несколько лучников выпустили мне вслед стрелы, но они пролетели мимо, не причинив мне вреда.
Рассекала крыльями затхлый воздух замка и влетела в тронный зал. На камнях поблескивал иней, и по моей спине пробежал холодок.
Пятеро стражников в черных мехах с оружием на поясе охраняли троны. Но, как и во Дворе Скорби, между трещинами в полу росли маленькие сорняки. Воины бросились на меня, но я призвала толстые колючие лианы. Они обвились вокруг мужчин и клинки со звоном попадали на пол.
Удерживаемые зелеными зарослями, они кричали и звали на помощь. Сзади мимо меня просвистела стрела, пугающе близко.
Я резко обернулась. Подрастив маленькие сорняки у двери, я заставила их переплестись между собой и образовать защиту от летящих стрел.
С колотящимся сердцем я пролетела над поверженными солдатами и приземлилась позади трона Торина. Сквозь витражи проникал зимний свет, окрашивая разбитый трон в насыщенные оттенки золотого и синего.
Проведя кончиками пальцев по холодным камням, я представила, как разрушенный трон собирается воедино. По коже ласковым теплом разлилась магия.
Между фрагментами трона медленно прорастали корни, стягивая и скрепляя их между собой. Магия вибрацией отдавалась в позвоночнике и заставляла сердце учащенно биться, а тело светиться. Кусочек за кусочком собирались вместе, корни крепли и зарывались в камни, пока трон не превратился наполовину в камень, наполовину в дерево, как замок Мэб. Как трон Неблагих…
Между трещинами пророс мох и, наконец, передо мной предстал живой трон, слегка потрепанный, но целый.
По другую сторону моего растительного щита стражники пытались прочистить себе путь.
Я развернулась, и крылья подняли меня в воздух. Пробив ботинком витражное стекло, я выбралась навстречу зимнему дню, а вокруг меня разлетелись разноцветные осколки.
Ледяная пурга тут же хлестнула по лицу. В порывах ветра послышались крики. Прислушавшись, я почувствовала, как в крови вскипел адреналин.
Какие ужасы творила Мория?
40. Торин
Драконий огонь выплеснулся на воду. Сначала это было похоже на теплую ванну, расслаблявшую после мороза. Пальцы на ногах оттаяли, а мышцы всего тела расслабились. Затем ванная стала обжигающей, такой, в какой любила купаться Ава. Вода все больше нагревалась, пока не навела на ассоциации с вулканическим озером. По крайней мере, именно таким я его и представлял. С помощью магии Модрон река уже достигла уровня плеч, а вокруг меня густым туманом вился пар.
Я поморщился, готовясь к еще большему жару. Но как раз в тот момент, когда я решил, что моя кожа вот-вот начнет облазить от кипятка, тело насквозь прошило холодной волной. По венам хлынула моя ледяная магия, наполняя кровь до отказа. Разум переполнила эйфория.
Когда развалился трон, утрата магии была подобна потере одного из чувств. Теперь же я вновь ощутил ее в теле, еще острее, чем когда-либо прежде. Мощь была почти ошеломляющей, сотрясающей все мое тело до глубины костей. Из меня хлынула ледяная магия, мгновенно остужая дымящуюся речную воду.
Неужели боги благословили меня?
Я щелкнул цепями, сковывавшие запястья, и спрятал руки под водой. Как только Мория сообразит, что я освободился, она тут же подлетит ко мне на Синахе и поджарит.
Вокруг меня клубился туман. Как только вода достигла шеи, я сорвал ошейник, которым был прикован к столбу.
Я нырнул под мутную поверхность, окружая себя волнами холода, и поплыл сквозь извилистые потоки мутной
