речной воды – некоторые течения были горячими, другие охлаждались моей магией. Но благодаря тому, что драконьему пламени противостоял мой лед, жара становилась терпимой.
Подобравшись близко к трибуне, я вынырнул из воды и буквально взорвался морозным инеем, изливая ледяной гнев. Это было мое королевство, и я защищу его от монстров, от вторгшихся в него кошмарных теней.
Синах взревел, дыша на меня огнем, но я преградил ему путь ледяной магией. Из моей груди вырвался жестокий поток мороза и погасил драконье пламя. По чешуе злобного существа пополз иней, и оно отпрянуло.
Мория запрыгнула дракону на спину, и Синах взмыл в небо. Темно-бордовая чешуя поблескивала льдом. Взобравшись на возвышение, я поискал взглядом Модрон. Она уже исчезла. Зрители на трибунах забегали в поисках выхода.
В голове эхом отозвался зов Шепчущего Меча. Мне необходимо вновь завладеть им.
Я помчался вниз по внешней лестнице амфитеатра, следуя за Синахом. Босиком бежал по снегу, но холод больше меня не касался.
Я мчался наперекор ветру в своей изодранной белой одежде. Слева по кромке заснеженных полей мелькали темные голые деревья, а замок казался крошечной тенью на фоне белого простора.
Я отчаянно работал руками, ноги горели от напряжения. Из-под ступней взметались комья снега. Я умел быстро бегать, но, чтобы угнаться за Синахом, моей скорости не хватало.
Что произошло? Почему ко мне вернулась сила? Наверное, это Аэрон.
Но времени на раздумья не было, потому что Мория снова направила Синаха кружить надо мной, его матовая чешуя поблескивала под тусклым зимним небом. Подобно королю Каэрлеону, она пыталась сжечь меня заживо.
Вот только теперь меня было не так легко убить.
Синах приближался, опаляя землю всепоглощающим огнем. Я ответил струей морозного воздуха, которая потушила пламя. Черные крылья Синаха замолотили по воздуху, и он открыл пасть, чтобы зарычать. В бледном зимнем свете блеснули клыки.
Еще один смертоносный огненный поток опалил воздух, но мое тело переполнилось сокрушительной магией, с треском вырвавшейся из груди. Чешуя дракона мгновенно покрылась инеем, заблестев белым. Движения Синаха стали отрывистыми и неуверенными.
Мория развернула дракона прочь и направила его обратно в замок. Я снова побежал за ними, стуча ногами по снегу и льду.
Когда я мчался к замку, то заметил фигуру с черными крыльями, как у мотылька, и мой мир накренился.
Ава, любовь моя, что ты делаешь?
41. Ава
Мир внизу был морем белого цвета, который пересекала линия голых деревьев справа от меня. С их темных, усеянных шипами ветвей, свисали сосульки.
Пока я летела, в голове звучали слова Калы.
Здесь ничего не происходит без согласия королевы…
Если это правда, то как мне вообще удалось спастись?
За исключением того, что королева совершенно ясно сказала мне, чего она хочет, верно?
В сознании медленно складывались воедино кусочки головоломки.
Все, что происходило во Дворе Скорби, тщательно ею контролировалось. Тюремное заключение, дуэль, правила о том, что под страхом мучительной смерти нельзя видеться, многочисленные обещания сбросить меня с башни…
Каждая деталь происходящего оказалась проверкой с конкретной целью выяснить, сможет ли королева заполучить желаемое.
В отдалении раздались крики, и мои мысли тут же прервались. Стало страшно. Каждый дюйм этого места, камень и снежный склон, каждая острая кромка льда – все это излучало опасность. Когда я впервые приехала на отбор, Фейриленд показался мне зловещим. Но сейчас? Холодная, каменистая земля буквально дышала насилием.
Ветер разносил запах серы и пепла. А со стороны амфитеатра несся чудовищный силуэт. По всем нервным окончаниям пробежала ледяная дрожь.
Под стального цвета облаками парил дракон, хлопая крыльями по морозному воздуху. На его спине восседала фигура, одетая в малиновое, – опасно красивое зрелище на фоне оттенков чернил и кости.
Сердце ушло в пятки. Моя растительная магия хоть и удивительна, но была не лучшей защитой от настоящего адского пламени. А поскольку земля была покрыта толстым слоем льда, словно саваном, мне придется остановиться и сосредоточиться, чтобы вызволить растения из плена.
Я полетела под прикрытие скелетообразных деревьев. Когда я повернулась, дракон подлетел ближе и опалил воздух огненным ветром, обжигая мою незащищенную кожу и крылья.
Я запаниковала и устремилась под укрытие деревьев, для скорости собирая крылья, но жертвуя при этом контролем над полетом. Мое приземление было хаотичным из-за крыльев, конечностей и снега. Хрупкие косточки пронзила боль, и я поморщилась. Но у меня не было времени залечивать свои раны, потому что дракон мчался прямо на меня.
Страх пронзил разум подобно яркой вспышке молнии.
Я лежала на опушке леса, голые черные деревья торчали из белой земли, как оленьи рога. Это была моя армия, деревья – мои солдаты. Когда дракон подлетел ближе, готовый выпустить очередную струю огня, надо мной взметнулись острые ветви и словно руки потянулись к дракону. От движения деревьев сосульки посыпались в снег, и ветки обвились вокруг горла дракона.
Чудовище рухнуло на обледеневшую землю, и сила удара сотрясла окрестности. Дракона окутало сверкающим облаком снега, а чешуя моментально покрылась инеем. Меня тоже припорошило снегом.
От хищного возбуждения бурлила кровь, я чувствовала себя охотником, подстерегающим добычу. Деревья заключили дракона в клетку из непролазных зарослей.
Из-за снежной пелены Мории не было видно.
Я встала и поморщилась от боли в ушибленных крыльях.
Мороз обжигал кожу.
Теперь дракон лежал всего в пятидесяти футах от меня. Он смотрел в другую сторону, но если не увеличить расстояние между нами, то монстр может повернуться и поджечь меня огнем.
Я расправила крылья, раз, другой. План состоял в том, чтобы подлететь поближе к деревьям и укрыться от дракона, но с моими поврежденными крыльями я не была уверена, что смогу это сделать.
При каждом взмахе, левое крыло пронзала острая боль. Ветер бросал в лицо снег, но, стиснув зубы, я попыталась ускориться и подняться повыше. Мне удалось оторваться от земли на несколько футов, но одно крыло казалось отяжелевшим, и полет вышел неровным и дерганным. Я отчаянно хотела добраться до Торина. Удалось ли мне вернуть ему магию? Я на это надеялась. А что, если Мория уже убила его? В конце концов, она улетала из амфитеатра, как будто только что закончила работу.
В голове разыгралась настоящая буря мрачных, безумных мыслей. Я не могла снова потерять его, ни за что на свете.
Сердце бешено колотилось в груди, пока я изо всех сил пыталась подняться. Глаза щипало от слез. Внезапно мой взгляд остановился на еще одной фигуре. Вдалеке, сквозь вихри снега, я заметила кого-то, одетого в белые, запачканные
