об этом говорить:
— А вот с ними пришлось сложнее всего — они совершенно не хотели понимать, что мне нужна только ты одна, моя любимая Белла! — его огорчение вылилось в пару вздохов и продолжение совсем коротенького рассказа, — После смерти графа и графини Роттердамских у тебя начались большие денежные проблемы, из-за которых мои родители потребовали разрыва помолвки. Им не нужна была бедная графиня в женах единственного наследника древнего рода Барановских.
«Да, у него совсем крыша поехала!» — прокомментировала ситуацию в целом, оглядывая комнату и стараясь найти выход из неё.
— Но больше они меня не будут ругать, — тем временем продолжал этот маньяк, — ведь я запер их в своих комнатах еще несколько лет назад. И судя по той тишине, что оттуда доносится — они передумали! Так что ты станешь моей возлюбленной женой!
Меня откровенно затошнило от ужаса и отвращения. В комнате, что, закончился весь воздух?! Мне же нечем дышать!
— Здесь душно! Воды!
Чарльз суетливо поднёс к её губам стакан с водой, вот только смогла проглотить от силы один глоток, а тошнота совсем не проходила.
— Ты что думаешь, я не читал последнюю статью в «Керчинском вестнике»?!
«Статью? Где? О чём он?» — мысли крутились в голове, но спрашивать о них в слух было страшно.
— Я — маг! А магам можно всё! Я в своём праве использовать родовую магию, текущую у меня в крови! Это она даёт мне власть управлять обычными людьми! Тем более, я аристократ и никто не встанет на моём пути! Маги правят этим миром!
— Здесь ты ошибаешься, Чарльз, — всё же попыталась достучатся до него, — Чем больше власть, тем сильнее ответственность за другие жизни. Ты говорил, что меня похищали, но кто? У меня есть враги?
Тот резко изменился в лице:
— Я не позволю никому притронуться к тебе! Ты только моя!
Как не пыталась найти в его глазах хоть каплю разума — мне это не удавалось.
Его слова про наличие магии ничем не откликнулись в моих чувствах, хотя показались какими-то фантастическими. Что за слово-то, непонятное — «фантастика»?! Вот только слова про «Керчинский вестник» что-то цепляли внутри, словно я знала, знала что-то важное, что может мне помочь, но не могла вспомнить.
— Что со мной случилось? Почему я ничего не помню? — снова задала самый важный вопрос в надежде получить хоть какую-то зацепку для воспоминаний. «Керчинский вестник» определенно ей является, но нужно больше информации!
— Тебя пытались похитить! Снова! Твои враги! — снова завёл свою шарманку Чарльз.
— У меня есть враги? Кто желает мне зла?
— Эта одержимая нимфоманка к тебе больше не притронется!
К несчастью, значение этого слова я знала, но не могла понять «почему и за что» ко мне такое отношение?!
— Она так опасна?
— Её магия подчиняет волю мужчины и подчиняет своим прихотям как в постели, так и вне её.
— Но за что она ненавидит меня?
— За то, что ты увела жениха у неё из-под носа — целого герцога: знатного, очень богатого и приближенного к Императору и власти.
— То есть, у меня есть знатный и богатый жених, а она пыталась меня устранить, чтобы забрать его себе?
Ревнивая женщина — это страшно, особенно, если обладает деньгами и властью и может устроить любые, самые изощрённые проблемы и беды.
— Не себе! — засмеялся мой «назначенный когда-то родителями жених», — Куда ей до него! А для своей…
Вот только ответить он не успел, потому что в комнату, с грохотом в щепки разнося двери, вломились несколько человек, кидаясь какими-то непонятными сгустками, что сразу же ослепили. Инстинктивно прикрыла руками резанувшие болью глаза.
Глава 26
Отпускайте идиотов и клоунов из своей жизни.
Цирк должен гастролировать.
Фаина Раневская
Меня куда-то несли на руках, крепко прижимая к груди, а я все также закрывала глаза ладонями, потому что чувствовала резкую боль. Когда же это пройдёт?!
Наш путь закончился в какой-то комнате. Видела бы — осмотрелась непременно! Всё-таки отсутствие зрения сильно напрягало, держа все мышцы в тонусе и не давая расслабиться ни на минуту.
Усадили аккуратно на колени к тому мужчине, что нёс меня и даже что-то ободряющее шептал. Вроде глупости какие-то — всё будет хорошо, лекарь вылечит мои глазки, боль пройдёт, но эти слова снимали напряжение и даже как-то помогали, успокаивали немного.
Прошло минут десять по моим внутренним часам, когда в комнату вошёл ещё один человек. Вежливо представился мне императорским лекарем, сказал, что не первый раз видит меня после похищения. Назвал нелестными словами, что находились здесь мужчин, что не могут сберечь здоровье одной единственной девушке, ну и об их умственных качествах пару фраз вставил.
Поводив руками вдоль тела, словно делая осмотр на расстоянии, сообщил что повреждений нет. Я, кстати, почувствовала тепло, исходящее от его рук, а когда он держал у моих глаз — даже горячо стало!
— Вот и всё! Можете медленно открывать глаза. Лёгкое раздражение сейчас пройдёт.
Заморгала ресницами и осмотрелась вокруг: небольшая гостиная в светлых тонах с очень богатой отделкой резьбой и дорогими тканями. Передо мной пожилой мужчина с добрыми, но очень уж внимательными и цепкими глазами. Это императорский лекарь, определила для себя, которого сразу и поблагодарила за лечение.
Потом увидела рыжего мужчину, обаятельного без сомнения и хитрого, как вся семейка лисиц вместе взятых. Тот с любопытством меня рассматривал, как редкую и очень ценную зверюшку. И только потом перевела взгляд на беловолосого красавчика, что держал меня в своих объятиях, усадив к себе на колени.
Попыталась сползти с колен, всё же поза весьма интимная — не пустил! Ладно, сижу и молчу дальше. Рассматриваю всех, кто в комнате с любопытством и небольшой опаской, но наличие лекаря всё упрощает — становится спокойнее. Вроде потому его и не отправляют из комнаты, хоть свою роль он не только выполнил, но и звиздюлей раздал рядом сидящим.
