же пришло лицо нашего садовника. Её отца. Ведь он покинул дом. А если нет?! Боже! Схватился за волосы, на секунду представив, что прав.
— Найди её Влад, умоляю! — проронил я в полнейшем отчаяньи.
26. Спрятаться
ГЕРА
Каждый день ожидания вестей о супруге натягивали мои нервы все туже и туже. По ночам с силой сжимал её подушку, которая ещё хранила нежно-сладкий аромат. Я дико тосковал по ней и переживал. Спал тревожно, ожидая фантомного звонка или же просыпаясь от жутких сновидений. В голове эхом звучал её голос, а по утру казалось, что она ласково гладит мои волосы, как обычно, призывая к пробуждению.
Найти садовника не составило труда. Биологический отец жены ошивался в хромом бараке среди алкашей и тёмных личностей. Вики там и в помине не было, но Влад приставил к его хате слежку и контролировал все отлучки уголовника.
Все больницы выдавали отрицательный ответ. Серёга посоветовал дать делу ход, как похищение и подозрение в убийстве, чтобы ускорить и улучшить процесс поиска. Волонтерские наряды были тут же сформированы и задействованы.
Мне же оставалось тупо не мешаться под ногами служб, сидеть и ждать дома её возвращения, а это хуже любой пытки. Так как неизвестность буквально выедала изнутри.
На пятый день решил выйти на работу, чтобы хоть немного отвлечься от дурных мыслей и выматывающего ожидания.
Филипп успешно справлялся с новым задачами, а кондитерский цех жены терпел сейчас не лучшие времена. Таня напряженно работала, без энтузиазма и былого мастерства. Савва выглядел примерно так же и по опухшему и рассеянному виду не возникало сомнений, что парень прикладывается к спиртному. Я может быть сделал так же, но пока не имею права. Я продолжал быть начеку. Увидев на пороге меня, оба взглянули сначала с немой надеждой, но моё выражение лица мгновенно её убило.
Проведав все цеха, не мог не напороться на рыжую бестию. Как всегда, сексуальна и идеальна во всех ракурсах. Или же только я её такой вижу? Если раньше невольно останавливал взгляд на этих аппетитных изгибах, то сейчас эта особа откровенно раздражала. Просто до тошноты.
— Бедный малыш, — девушка смотрела на меня с наигранной печалью и провела пальчиком по плечу. Замер, стараясь изо всех сил контролировать себя, чтобы не взорваться в гневной тираде. — Сидишь, ждёшь свою ненаглядную жёнушку, а она давно "поимела" тебя со своим папашей-рецидивистом.
— Лика, лучше уйди. Не сегодня! — прорычал я, но от её слов происходящее становилось более непонятным. Откуда только ты узнала всё это? Неужели мама взболтнула Элине?
— Я лишь пытаюсь открыть тебе глаза, милый. Викуля-то грязная оказалась. Мать — проститутка, папаша — убийца и вор. Ничего себе гены, — хохотнула, игриво прикрыв свой поганый ротик. — Они наверняка давно обчистили твою семейку, а ты — наивная душа. Проверь лучше всё ли на месте…
Сцепив зубы, молчал, исподлобья сверля её взглядом.
— А детишек от неё иметь тебе не советую. Дурная кровь. Мамочка явно не обрадуется таким внукам.
Понимал, что готов влепить этой гадюке мощную оплеуху. Бить женщин нельзя! Нельзя их бить, Герыч! Но, сука, как же хочется стереть эту мерзкую улыбочку с её лица. Сжал ладони в кулаки, буравя девушку убийственным взором. Лучше уйти самому от греха. На хер! Обогнул бывшую и устремился к себе в шефскую.
— Это всего лишь правда, любимый! — крик мне вдогонку.
Правда? К дьяволу такую правду, но…
Самое ужасное, что невольно соглашался с её выводами. Вестей о жене до сих пор нет. Где она может быть?! Если бы её похитили, то давно бы сообщили о сумме выкупа. Если кто-то спас, то, тем более, такое не скрывают. О пропаже Вики объявлено во всех инстанциях и теленовостях. Что происходит?! Неужели и правда прячется от меня!
Утешал лишь тот факт, что жены не было ни с её матерью, ни с отцом. Значит, может, и не ободрала меня, как липку.
Нет, Гер. Как ты можешь такое думать? Она с самого начала говорила, что садовник пугает её. И откровение матери явно выбило землю из-под её ног. А если она не хочет больше ничего? Моя нелюбовь, стычки с Ликой на работе, моя семья, что приняла её в штыки, жуткая правда о родителях — это всё вполне могло доконать. Но ведь я старался, и в последнее время довольно неплохо. Я начал привыкать к ней, хотелось её общества, улыбки. Всё шло хорошо!
Не понимаю ничего!
Видеорегистратор зафиксировал лишь мужские руки в чёрных перчатках и голову в серой шапке.
За эти несколько дней, я измерил площадь нашего дома вдоль и поперёк. Часто сидел возле отца, смотря с ним какой-нибудь фильм или новости. Я не мог вникнуть в суть того, что вещал телевизор — я просто хотел быть рядом с родными людьми. Восполнить ими ту теплоту и внимание, что до этого дарила мне жена. Даже мама впервые повела себя как мама. Старалась подбадривать меня, выражала заботу и не скупилась на искреннюю ласку материнских рук. Здоровье отца, переезд в дом сына и его невесты сильно изменили её. Даже с Викой она вела себя теперь иначе. Интересовалась девушкой, давала советы и даже иногда помогала ей с приготовлением десертов. И сейчас я был почему-то уверен, что родительское прошлое моей супруги не ухудшило отношение мамы к Виктории. Она так же переживала вместе со мной, за что был безмерно благодарен.
Вновь засыпая, обнимал подушку. Вика, пожалуйста, вернись…
ВИКА
Это не первая попытка преодолеть свинец на веках. О том, чтобы сдвинуть тело хоть на миллиметр я могу лишь мечтать. Нахожу себя в пространстве только под куполом жуткой боли, которая тут же порождает из меня мучительный стон. Следом мягкое касание ко лбу и убаюкивающий голос:
— Сейчас… Сейчас полегчает. Терпи, девочка.
Этот бархатный тон словно уносил меня на своих волнах и мне вновь становилось спокойно и безмятежно. Последняя моя попытка, хоть и была болезненной, но я впервые за этот период самостоятельно справилась с ней. Тяжесть в теле мучила, но члены слабо, но поддавались. Веки с трудом открыли мне потолок. Высокий, белая пожелтевшая краска и части облупленных островков на нём. Покосилась влево: капельница, тумбочка с водой, умывальник. Чуть левее дверь, открытая на распашку. До слуха дошли голоса из коридора, звук движущихся колес по мрамору. Это больница, скудо-бедная, но больница.
Начинаю усиленно вспоминать. Скрежет шин об асфальт, звуки удара об металл, глухая и тошнотворная пустота в
