был таким же, пока не поумнел. Спасибо Фламелю. Уж француз за свои годы повидал множество тёмных лордов. И ни один из них не дожил до старости. К счастью, древнему алхимику удалось поставить мне мозги на место».
В ближайший год-два стоило ожидать, что Геллерт воспользуется мощью своей марионетки, и постарается завалить Англию бомбами, чтобы проредить заодно и магов. Английские волшебники спешно укрепляли Министерство, Косой переулок и прочие места обитания. Отдел тайн экспериментировал с защитой, чтобы обезопаситься от маггловских бомб. И у них даже были хорошие результаты.
Племянник, надо отдать ему должное, блестяще окончил в этом году первый курс. Альбус не помнил настолько талантливых детей. Был, правда, ещё один ребёнок, и тот, тоже со Слизерина. Эдвард Эверли — совершенно уникальный случай. Первый магглорожденный на змеином факультете и самый сильный из рождённых у простецов. Он, даже если уступал Тому, то не так уж и намного. Эдварду, конечно, приходилось тяжело, Слизерин его не принял. Только с несколькими ребятами он смог найти общий язык, остальные его избегали. Альбус много раз предлагал ему помощь, но мальчик всегда отказывался. Возможно, из-за того, что Том был племянником Альбуса. Это не было сильно заметно, всё же на Слизерине в первую очередь учат держать лицо, но пассивная легилименция подсказывала, что Эдвард очень не любит Тома. Уж какая кошка там пробежала между ребятами, но на уроках они не общались. А если вдруг приходилось это делать, то разговаривали подростки подчёркнуто холодно, пусть и демонстративно вежливо.
Дамблдор наконец-то дошагал до входа в кабак и открыл дверь. В уши тут же ударила новомодная маггловская музыка и пьяный шум голосов. Альбус оббежал острым взглядом зал, на секунду задержавшись на сцене, где выплясывали полуголые девицы, но ни одного из старшекурсников Хогвартса не заметил. «Вероятно, студенты знают, кому принадлежит этот вертеп, и не рискуют приходить сюда после отбоя», — усмехнулся Дамблдор, вспоминая свои молодые годы.
Поднявшись на второй этаж, он постучался. Дверь открылась, и Альбус зашёл в давно знакомую комнату. Аберфорт, как обычно, сидел над бумагами, нацепив на нос очки половинки. В этот момент Дамблдор с теплотой подумал, насколько же они похожи с братом. Ведь он, как и Аберфорт, частенько увлечённо изучал магические трактаты или хотя бы домашние задания по трансфигурации. Только очков у Альбуса не было. Да и зачем они магу, если он не артефактор. Бывали, конечно, родовые проклятья, влияющие на зрение, но такое было редкостью. Поэтому увидев брата в очках, да ещё странной формы, он в первую минуту опешил. Корлеоне весело взглянул на брата поверх очков-половинок и скупо улыбнулся.
— Присаживайся, Альбус. Долго же ты добирался от замка.
— Пешком шёл, хотелось проветриться, — Дамблдор с притворным кряхтением уселся на диван.
— Как я тебя понимаю, — тоже показательно закряхтел Вито, хрустнув шеей.
Он встал и пересел в кресло напротив.
— Иногда так хочется сжечь к Мордреду все эти бумаги. Рассказывай-давай, как там мой сын окончил первый курс? А то, Томас появился лишь на пару часов, а затем сорвался в Лондон. В приют ему захотелось, знакомых повидать. Потом к Блэкам собирался заглянуть на недельку-другую. В общем, я его только в июле жду домой. Но уж за два месяца я с него не слезу. Будет тренироваться как миленький.
— Он и так у тебя один из лучших учеников, — лукаво улыбнулся Альбус. — Все экзамены на «Превосходно». Даже Диппет бурчал, что возможно на старших курсах согласится дать мальчику несколько индивидуальных уроков по высшей магии. Мол, из всего поколения только Том может похвастать приемлемым уровнем волшебства.
— Ага. Про тебя и меня, старый хрен так не говорил. Хотя тебя же именно он свёл с Фламелем? — хитро прищурился Корлеоне.
— Это да, — хмыкнул Альбус. — Стал бы француз иначе со мной заниматься. Я же англичанин, в конце-то концов. Но видимо, у Диппета было чем зацепить Фламеля, а исследование драконьей крови стало замечательным поводом. Я чувствую, Геллерт планирует нападение на Англию, — тяжело вздохнул Альбус. — Германия наращивает военную мощь. Они скоро начнут захватывать западную Европу, — он сосредоточенно разливал Аберфорту и себе огневиски по стаканам.
— Если бы не море, то скоро нашим войскам пришлось бы сражаться с немцами, — сделал первый глоток Корлеоне.
— Уверен, что Франция не продержится даже месяца, — презрительно хмыкнул Альбус, погладив бородку. — Они предпочитают болтать, а не сражаться. Времена Наполеона давно прошли. Фламель закроется у себя в мэноре под Фиделиусом, а остальные маги принесут Геллерту клятвы верности. Наше прошлое министерство, с Гектором Фоули во главе, могло только ноты протеста слать, которыми Гриндевальд лишь подтирался.
Он сделал хороший глоток, а потом с любопытством спросил:
— Как ты продвинул в министры этого мальчишку из отдела катастроф?
— Леонард Спенсер-Мун станет достойным правителем, да и не мальчишка он уже. Как раз то, что нужно Англии во время войны, — ухмыльнулся Вито. — Толковый маг, надо отдать ему должное. Его двоюродный братец тоже известный политик, только у магглов.
— Сквиб? — понятливо кивнул Альбус.
— Да, его зовут Уинстон Спенсер-Черчилль, — покатал огневиски в стакане Корлеоне.
— Ты же это делаешь не просто так? — вопросительно посмотрел на него Альбус. — Не верю, что у тебя проснулся альтруизм. Или как эта болезнь называется?
Вито весело рассмеялся и погрозил брату пальцем.
— Ну, ты же понимаешь, Альбус, что свои люди во власти нужны. Война когда-нибудь закончится и придётся много восстанавливать. Думаю, строительный бизнес снова пойдёт в гору. Так что я решил заранее забрать лучший кусок пирога.
— Ох. Ты с детства таким
