Итидзё удивилась. Она наивно полагала, что я всеми щупальцами вцеплюсь в такую завидную невесту, как она. Ага, сейчас, только щупальца помою, а то, кто только за них не дёргает.
— А я тебе понравилась? — чуть подумав, Итидзё бросила на меня быстрый, косой взгляд из-под полуопущенных ресничек, поинтересовавшись обманчиво безразличным тоном.
Знаем мы эту ловушку с зыбучими песками.
— Конечно, — уверенно ответил с задержкой в 0,002 секунды.
Чуть-чуть промедлил, но да ладно.
— Насколько сильно?
Видимо, я всё равно думал слишком долго, дав ей повод заподозрить меня в измене. Не знаю, какой именно, ей виднее. Впав в замешательство, почувствовал себя так, словно наступил на очень тонкий лёд. Теперь нужно постараться под него не провалиться. Одно неосторожное слово и всё, случится непоправимое. Став серьёзным, начал убеждать её в том, что всё холодное, не обязательно белое.
— Это очень сложный вопрос. Всё зависит от того, с чем сравнивать. Скажем так, достаточно сильно, чтобы не возражать против нашей новой встречи. Для начала, — постарался подобрать наиболее безопасное определение. — Большего обещать я пока не готов. Не хочу обманывать. Кроме того, сразу признаюсь, что по требованию дедушки — это у меня не первое и не последнее свидание. Кто в итоге станет моей невестой покажет время и, полагаю, случай. В таких вещах, как серьёзные отношения, никогда нельзя загадывать заранее, что из этого получится. К тому же мне бы не хотелось рассматривать наше знакомство, как нечто несерьёзное, мимолётное. Это всё равно что пустая потеря времени и надежд. Ты достойна большего.
Дав несколько секунд на осмысление сказанного, продолжил.
— Это не просьба отказываться от своих намерений. Не пойми меня неправильно. Если захочешь продолжить наше общение, буду только рад. Даже в случае неудачи, потеряв жениха — приобретёшь друга. В любом случае ты ничего не потеряешь и ничем не рискуешь.
Надеюсь, я сделал достаточно очевидный намёк. С такими семьями, как у неё, лучше дружить. Я уже один раз допустил ошибку, больше не хочется наступать на те же грабли. Чтобы это не выглядело жалкой отговоркой, добавил.
— Проявив храбрость и самоотверженность, ты уже заслужила моё уважение и право на честный ответ. Как-то так. Прости, если мои мысли показались тебе немного сумбурными. Искренность она такая, не всегда гладко выверенная и последовательная.
— Ничего, всё в порядке. Спасибо за ответ, — церемонно поклонилась, будто я сказал что-то важное.
Девушка серьёзно задумалась, на время замкнувшись. Так парни с ней ещё не разговаривали. Этот день не переставал её удивлять. С учётом всех событий, я у неё стал ассоциироваться с каким-то неправильным самураем, который всем помогает и весь такой положительный-положительный, но при этом, излишне осторожный.
Не желая перестараться, превращая симпатию в привязанность, дал ей время на раздумья. Молча шёл рядом, мысленно удивляясь тому, почему на тропе, идущей под уклоном меж деревьев и камней, больше никого не видно. Ветер усилился и вот-вот должен пойти небольшой, моросящий дождик, отчего в долине уже стало несколько сумрачно.
Погода в горах менялась очень быстро. За какой-то час солнечный день мог превратиться в дождливый, чтобы потом ещё через пару часов из-за облаков вновь выглянуло солнце и всё стало как прежде. В такие моменты температура воздуха тоже сильно менялась, то вынуждая изнывать от жара, то кутаться в одежду от сырости и прохлады.
Учитывая, во что мы одеты, я принялся смотреть по сторонам, подыскивая подходящее укрытие. Внезапный летний дождик вряд ли будет затяжным, так что переждать его будет самым разумным решением. Поскольку на живописной лесной тропе, огибающей горный склон, кроме нас никого не было, да ещё ощущалась некоторая неловкость и смущение после такого откровенного разговора, стало казаться, будто мы попали в какую-то романтическую сцену из сёдзё манги.
Видимо, Итидзё тоже что-то такое подумала, поскольку у неё слегка изменилась походка, дыхание, она занервничала, не сумев это от меня скрыть. Казалось, сейчас самое время остановиться, взять её за руку, влюблённо посмотреть в глаза, нежно приобнять, медленно провести рукой по шелковистой коже, потянуться своими губами к её, а там и недалеко до проверки, придерживается ли она давней традиции не надевать под кимоно нижнее бельё. Ничто не могло нам помешать, ни дождь, ни стыд, ни чёртов вуайерист медведь. Стоп! Какой ещё медведь⁈ Я даже не заметил, когда мы с Итидзё засмотрелись друг другу в глаза, проверяя, подумал ли спутник о том же. Как пелось в одной задорной песенке:
Вань, о чём ты думаешь?
Мань, о чём и ты
Ох, какие пошлые у тебя мечты
Одновременно повернув головы, мы в немом изумлении уставились на чудом забредшего сюда медведя. Тот в ответ настороженно уставился на нас, тоже не ожидав этой встречи. Итидзё сразу напряглась, выкинув из головы лишние сейчас мысли.
— Что будем делать? — прошептала разволновавшаяся девушка, едва размыкая губы. — Бежим?
— Ни в коем случае. Только спровоцируем его. Медведи бегают гораздо быстрее человека. К тому же в этом наряде ты даже от ребёнка не убежишь. Стой спокойно. Медведи не настолько агрессивные создания, чтобы бросаться на всех подряд. Главное, не показывай страха. Звери к этому очень чувствительны, — поделился знаниями об этих хищниках.
— А если он голоден? — её не сильно успокоили мои слова. — Не бросится?
— Без причины, нет. Ещё медведи довольно пугливы и любопытны. На этом можно сыграть.
Я заметил, как медведь потянул носом, учуяв колбасу. А у него хороший вкус, я бы тоже ради неё рискнул напасть. Медленно достав из корзины одну тонкую, вытянутую копчёную колбаску, сам к ней принюхался, не сводя взгляда с замершего у деревьев медведя.
— Охотничья. Как раз самое то.
Размахнувшись, кинул колбасу в куст, выбрав самый дальний от нас. Проследив за её полётом, медведь вновь заинтересованно посмотрел на меня, как на дурака, а потом на корзину, явно что-то прикидывая в уме.
— А он хорош, — уважительно покачал головой. — Почти, как я. Зачем довольствоваться частью, если можно забрать себе всё.
— Не шути так, — встревоженная девушка легонько стукнула меня кулачком по плечу, смещаясь за спину.
Медведь, устав стоять без дела, неторопливо направился к нам. Присмотревшись к нему, я заметил странность. Он не показывал зубы, не рычал, выглядел немного сонным и любознательным, совсем как домашний зверь. Впрочем, заглядывать ему в пасть, чтобы проверить, подпилены ли клыки, занятие для идиотов. А если нет, что тогда? Извиниться и почесать за ушком?
Прикрывая собой испугавшуюся девушку, инстинктивно она всё равно боялась крупного, опасного зверя, достал из коробки массажёр, отдалённо похожий на небольшую футуристическую дрель с круглой, резиновой насадкой. Включив его, к счастью, батарея была заряжена, направил на медведя. Если бросится, использую его как распорку для пасти, не руку же подставлять. Это вам не маленький барбос, царапиной тут не отделаешься.
— Ты угрожаешь ему этой игрушкой? — ошеломлённо спросила Итидзё, усомнившись в моём здравом смысле.
Она вновь подумала о бегстве, только уже от нас двоих.
— Но он-то об этом не знает. Для медведя это непонятная, подозрительно жужжащая фигня, которая может быть опасна. Может, у меня в руках осиный улей. Видишь, зверь остановился? Звук и вибрации его пугают. Не электробритвой же мне его отгонять? А вдруг она ему окажется нужнее? — пошутил, пытаясь разрядить обстановку. — Теперь оставляем корзину и медленно идём вон туда. Насколько помню, там находится закрытая беседка. Оттуда позвоним в полицию и предупредим о заблудившемся медведе. Всё будет хорошо. Спокойствие, только спокойствие — как говорил толстый, великовозрастный маньяк с остро заточенным пропеллером, отстающий в умственном развитии, нападающий на шведских домработниц.
