приехать к нам даже без компании.
Прошло около недели, очередной день перевалил за половину. И вот в густых зарослях позади нашего коттеджа послышалось рычание мотора. Похоже, какой-то водитель загнал автомобиль в дебри, в которые ни машина, ни какой другой транспорт заехать, как мне казалось, просто не могли. Я в тот момент сидела в комнате на втором этаже, поэтому, решив, что кто-то заплутал, выглянула из окна и увидела, как из застрявшего среди деревьев и кустов автомобиля в гордом одиночестве выходит Мори-сан. Он поднял взгляд, но меня, похоже, не заметил – окно мое как раз накрыла тень одного из деревьев. Между тем местом, где он стоял, и нашим садом раскинулась поросшая мискантом поляна с купами усыпанного мелкими цветочками кустарника. Гость подъехал не по той дороге и теперь, отрезанный густой зеленью от дома, к которому проделал такой путь, замер, не решаясь двинуться в его сторону. Мне отчего-то показалось, будто он медлит, смущенный тем, что приехал к нам один.
Немного погодя я спустилась на первый этаж, принялась как ни в чем не бывало наводить порядок на чайном столике, а сама ждала. Наконец под вязами показался Мори-сан. Я засуетилась, будто только теперь заметила гостя, и поспешила ему навстречу.
– Вроде бы направлялся к вам, а попал в итоге… впросак… – Стоя передо мной, он оглядывался на заросли кустарника, сквозь которые все еще просматривались очертания его автомобиля, непрерывно издававшего глухие, рокочущие звуки.
Первым делом следует, конечно, приветить гостя, а после, рассуждала я, можно будет сходить за тобой – ты с утра убежала к соседям; однако, пока я строила планы, небеса, уже какое-то время хмурившиеся, резко потемнели, и стало понятно, что с минуты на минуту пойдет дождь. На лице Мори-сан читалось замешательство.
– Я звал на прогулку госпожу Атаку, но она отказалась, сославшись на то, что к вечеру погода, вероятно, испортится. Похоже, она была права… – Он произнес это, не отводя обеспокоенного взгляда от грозового неба.
Начинавшийся за домом лесок накрыли тучи, плотные, точно ком старой ваты, а уже секунду спустя их черную массу зигзагом рассекла молния. Тотчас же со стороны леса донеслись устрашающие раскаты грома. А вслед за тем по крыше застучало: казалось, кто-то без остановки горстями забрасывает нам на кровлю мелкую гальку…Мы словно растеряли все слова и какое-то время молча смотрели друг на друга. Просидели мы так, кажется, довольно долго… Неожиданно двигатель автомобиля, ненадолго замолкший, вновь взревел диким зверем. И почти сразу до нас донесся треск дерева.
– Кажется, ветки сильно поломало…
– Не могу понять, где трещало, рядом с нашим домом или нет. Не берите в голову.
Вспышки молний время от времени озаряли заросли, из которых донесся треск.
После этого какое-то время еще громыхало, но в конце концов небеса над лесом начали потихоньку светлеть. И у нас на душе тоже стало как будто светлее. Я, прищурив глаза, любовалась на травинки, которые сияли в лучах солнца все ярче, когда на крыше снова послышался стук. Мы невольно переглянулись. Но это были всего лишь капли, срывавшиеся с листьев вяза…
– Дождь, похоже, закончился, не хотите немного пройтись и осмотреться? – С этими словами я тихо поднялась с кресла, стоявшего напротив того, которое занимал гость. Я решила, что сначала покажу ему деревню, а уже потом пойду за тобой к соседям.
Местные жители только начинали осваивать шелководческий промысел. Во всей деревне не набиралось и трех десятков дворов, при этом многие постройки выглядели так, будто вот-вот рухнут, а некоторые уже кренились к земле. Лишь на кукурузных и бобовых полях, окружавших полуразвалившиеся домишки, все полнилось жизнью и неудержимо тянулось ввысь. Картина эта удивительно гармонировала с нашим внутренним состоянием. Встретив по пути несколько чумазых девочек, каждая из которых несла на спине увесистую кипу шелковичных листьев, мы наконец добрели до дорожной развилки на окраине деревни. Возвышающийся к северу вулкан Асама все еще окутывала плотная завеса дождевых облаков, сквозь которую тут и там проглядывала его красноватая кожа. А на юге небо уже совершенно очистилось: над макушкой поднимавшегося напротив деревни холма, который сейчас казался ближе, чем обычно, белела последняя стайка перистых облаков. Обдуваемые приятным прохладным ветерком, мы в задумчивости остановились на развилке, и ровно в этот миг от вершины холма к раскинувшейся перед нами сосновой роще протянулся расплывчатый радужный мост, словно дожидавшийся нашего прихода.
– Удивительно, такая красивая радуга… – невольно восхитилась я, выглядывая из-под солнечного зонтика.
Стоявший рядом Мори-сан прищурился и тоже посмотрел вверх, на радугу. Вид у него при этом был чрезвычайно умиротворенный и одновременно до странности восторженный.
Тем временем вдали на проселочной дороге показался сверкающий легковой автомобиль. Видно было, что из салона кто-то машет нам рукой. Оказалось, это ты и наш сосед, Акира-сан, – вас привез шофер господина Мори. Акира-сан прихватил с собой фотоаппарат. Ты что-то прошептала ему на ухо, и он принялся, заходя сбоку, ловить в объектив нашего гостя. Я не находила в себе сил отчитать вас, поэтому вынуждена была с замиранием сердца следить за вашими ребячливыми забавами. Мори-сан притворился, будто ничего не замечает, но, пока вы делали снимок, стоял почти неподвижно, лишь перебрасывался со мной время от времени короткими фразами и немного нервно тыкал тростью в траву у своих ног.
В течение следующих трех-четырех дней сразу после обеда, как по мановению, непременно начинался проливной дождь. Вечерний ливень стал для нас чем-то привычным. И каждый раз над головой оглушительно грохотал гром. Сидя у окна, я внимательно – как за самым увлекательным зрелищем – следила сквозь просветы между вязами за зловещими dessin, которые вспыхивали над лесом. А ведь прежде так боялась гроз…
После нескольких дождливых дней пришел день туманный: дымка до самого вечера скрывала даже ближайшие склоны. На следующее утро она все еще держалась, но ближе к полудню подул западный ветер, и не успели мы оглянуться, как погода прояснилась.
Ты еще пару дней назад выражала желание посетить деревню К., но я тебя удерживала, уговаривая дождаться хорошей погоды; в то утро ты снова заговорила о прогулке, поэтому я предложила: «Что-то я устала, не хочу никуда идти, но, может быть, вы сходите вдвоем с Акирой-сан?» Сначала ты надулась: «Раз так, то и я не пойду», но после полудня внезапно оживилась, позвала Акиру-сан и вместе с ним отправилась в К.
Однако не прошло и часа, как вы возвратились обратно. Ты так ждала этой прогулки – и так скоро вернулась; лицо твое отчего-то заливал румянец негодования,
