— Пожалуй, — кивнул Дервенуотер, — пожалуй, ты прав, Шеффилд! Но учти, кто бы ни были твои друзья, я всегда рад их видеть у себя в доме! — И с этими словами граф развернул лошадей и взял с места в карьер.
* * *
Таверна «Веселая Камбала» открылась поздно. Почти до утра трактирщик, дядюшка Стив, старательно уничтожал следы ночной пьянки и поножовщины, пытаясь придать своему отнюдь не фешенебельному заведению хотя бы слегка приличный вид. Поэтому он был мрачен и философски настроен. Еще издали заметив Тома, направляющегося к двери под грубо намалеванным чудовищем, изображавшем, видимо, пресловутую камбалу, он сердито заворчал:
— Ходят и ходят, гуляки! Делать им, что ли, нечего с утра пораньше? Еще дверь открыть не успел, а уже сидит компания, наливается. А потом вытащат ножи — и плати, дядюшка Стив, за битые кувшины. Да еще полицию умасливай, чтоб держала глаза закрытыми… Том усмехнулся и, не обращая внимания на дурное настроение хозяина, вошел в трактир. В крошечном зальчике были заняты всего два-три столика. У самой двери расположилась веселая компания матросов, еще ночью бросивших якорь у родных берегов. Теперь путешественники вовсю веселились, с наслаждением запивая английским элем впечатления о заморских диковинах. Дальше в углу, спиной ко всем присутствующим, сидел высокий человек, закутанный в черный плащ и в шляпе, надвинутой на самый нос. А в другом углу тихо переговаривались Нэд Волверстон и одетые в мужское платье Джоанна и Ксави. Увидев Тома, Мари радостно вскочила, но была водворена на место тяжелой ладонью осторожного Нэда.
— Не шуми, — тихо сказал он. — Мало ли тут ушей? Как дела, Том?
Шеффилд оглянулся. Кажется, их не подслушивали. Впрочем, в таверну ввалилась еще одна буйная компания, стало шумно. Для того, чтобы услышать что-то в этом гаме, надо было сильно постараться. Том подсел к друзьям.
— Ну, что ж, ребята, вышло все, как я и ожидал. У Арабеллы Уэйд есть дядя…
— Этот пень Бишоп? — встряла Мари. — Он разве в Англии?
Черная фигура в углу шевельнулась. Волверстон бросил на нее подозрительный взгляд, но вскоре успокоился, так как фигура не подавала больше признаков жизни.
— Не шуми! — снова повторил он.
— Так вот, — продолжал Шеффилд, — как я и надеялся, женщина не может хранить тайны, ей просто жизненно необходимо поделиться с кем-нибудь свежей новостью (я не имею в виду присутствующих здесь дам). А так как леди Уэйд здесь, в Лондоне, посплетничать не с кем, она пишет дядюшке длинные и пространные письма, подробно излагая в них все события двора. И, конечно, «подвиг» своего мужа она не забыла упомянуть. Я не стану рассказывать подробно, как мне удалось очаровать старого джентльмена, но в руках у меня бумаги, способные отправить лорда Джулиана прямиком в Тайберн[49], минуя Ньюгет, Тауэр и прочие увеселительные заведения. А что у вас?
Джоанна вздохнула:
— Питер бежал из тюрьмы, не дождавшись нас.
Том удивленно присвистнул, а девушка продолжала:
— И я даже не знаю, радоваться по этому поводу или плакать. Ведь немцы сегодня уходят, а значит, пропадает прекрасная возможность скрыться из Англии, пока его не стали искать.
Шеффилд покачал головой.
— Да. Сегодня в полдень корабли снимаются с якоря. Мы, собственно, пришли сюда попрощаться с ними.
— Ну-ка, погоди! — недобро прищурился Нэд. — Ох, и не нравится мне, ребятки, эта темная личность в углу! Что-то он слишком нахохлился. Пойду-ка я, гляну, чей это он, такой любопытный! — и с этими словами Волверстон направился к дальнему столику.
Грозной скалой нависнув над человеком в плаще, он рявкнул нечто невежливое. Человек поднял голову. Лицо Нэда внезапно покрылось пятнами, точно кожа испуганного осьминога. Фигура в плаще вскочила и, крепко схватив Нэда за ворот, что-то прошептала. Ответом был звук, напоминающий кваканье.
Первой не выдержала Ксави. Выхватывая на ходу нож, она вскочила на ноги с воплем:
— Наших бьют!!!
![]()
Джоанна, вылетев из-за стола, схватила висящую у очага чугунную сковородку и с размаху опустила ее на голову незнакомца. Тот тяжело осел на пол. Шляпа, смягчившая удар, свалилась, и Джоанна, выронив сковородку, прижала ко рту ладонь:
— Питер!!!
* * *
— Ваша ручка, как всегда, тверда, Джоан! — смеялся Блад, потирая ушибленный затылок.
Вся компания весело хохотала, за исключением, пожалуй, только смущенной до слез Джоанны.
— Как она его! — веселилась Ксави. — От всей же души! И как у тебя голова не треснула, кэп?
— А я-то! — басил Нэд. — Ведь, ей-богу, хотел дать в морду шпиону, а он как глянул!.. Я думаю: призрак — не призрак… Вроде живой. За грудки взял и шипит: «Тихо, Нэд, тихо, дружище!». Я хочу мисс Джоан позвать, а не могу…
— «В зобу дыханье сперло…», — помогла Ксави.
— Вот-вот. А тут и она сама со сковородкой. Приласкать, значит.
Все снова грохнули от хохота. Не выдержав, рассмеялась и Джоанна.
— Ладно, — сказала она, когда компания немного успокоилась, — в таком случае, планы резко меняются. Вероятно, по следу Питера уже идут…
— Меня видела Арабелла.
— Тем более. Поэтому оставаться в Англии долее не имеет смысла. Разве что лорд Джулиан…
— Я сам отнесу бумаги герцогине Мальборо, — вызвался Том. — И немедленно. Когда вы отправляетесь?
— Немецкие корабли уходят около полудня. Наши друзья должны вот-вот появиться. Кстати, Питер, познакомишься со своим тезкой. Оригинальный мужик. Длинный, как Нэд, — Ксави похлопала Волверстона по могучему бицепсу, — только тощий, как глист в корсете.
— Хорошо, — улыбнулся Том. — Я постараюсь поспешить, чтобы успеть проводить вас.
— Не стоит, Томми, — покачала головой Джоанна. — Тебя ведь тоже могут вычислить. Лучше сразу отправляйся домой. А теперь… Спасибо тебе за все, друг! Иди!
Шеффилд горячо пожал руку Питеру и Нэду, расцеловал обеих девушек и, резко повернувшись, чтобы никто не заметил его влажно блеснувших глаз, направился к выходу. У порога он оглянулся:
— Графство Ноттингемшир, город Мансфилд, Шеффилдхолл. Запомните. Там всегда будут вам рады! — и скрылся в дверях, едва не столкнувшись с вошедшими в трактир круглолицым черноволосым матросом и его франтоватым синеглазым спутником с красивым продолговатым лицом.
— Петер!!! — радостно воскликнул Волверстон, вставая из-за стола.
Последовали медвежьи объятия, восторженные возгласы, и за радостью встречи никто не заметил пожилого джентльмена, с брезгливым видом заходящего в таверну.
Глава 39
Молния ударяет в самые высокие деревья.
Последние два дня полковник Бишоп не находил себе места. Блад в Англии! Значит, он больше не губернатор Ямайки. Он снова преступник. Осужденный. И снова беглец. Следовательно, он, Бишоп, должен, обязан изловить негодяя! Это его долг. Это его месть, в конце концов, за весь тот позор, который заставил пережить полковника этот черномазый мошенник! К племяннику обращаться за помощью было бессмысленно: он так занят поисками Шеффилда, что, кажется, Блад его вовсе не беспокоит. Поэтому Бишоп решил сам поквитаться с этим пиратом. Вот уже третий день он обшаривал все лондонские притоны в надежде найти хотя бы след беглеца, но тщетно. «Веселая Камбала» была сегодня уже пятой по счету забегаловкой, а сколько их еще на Рэтклиф-Хайуэй!..
Бишоп сел за первый же стол и заказал горячий грог, чтобы хоть немного отогреться от свирепого и сырого декабрьского ветра.
— Мы отправляться через два-три часов, — донесся до него из угла голос с жестким иностранным акцентом. — Раз ваш друг нашли, я предлагаю вы идти с нами. Хорошие моряк нам нужны.
— Куда? — задал лаконичный вопрос до боли знакомый голос.
