аппарат тотчас снизил скорость и мягко поплыл по воздуху.
Император недовольно пыхтел, явно переняв не только внешность, но и порывистость сына. Интересно, что еще он заполучил от Дало? Хотя нет, неинтересно. Не хочу знать о наклонностях перерожденного повелителя.
Судно подошло к нужной пирамиде. Там я увидел у входа маленькую фигурку в белой одежде. Вагош ни с кем не получилось бы спутать. Среди ярких аборигенов она казалась особенной.
— Туда рули, — приказал Васа и я подчинился.
Авиалодка остановилась у порога, заставив стражу вытянуться по струнке, а ведьмачку попятиться. Но когда она рассмотрела меня, то шагнула вперед.
— Михаил Владимирович, вы покинули прием…
— Он катался со мной, — громко перебил ее Васа и спрыгнул на дорожку, перемахнув через закрытую дверь.
Мне не понравился взгляд, которым парень окинул Смертопряд. Девушка тоже заметила странный интерес венценосной особы и коротко поклонилась.
— Как насчет того, чтобы прогуляться, девочка? — спросил император расслабленно.
— Нет, — жестко оборвал его я.
— Что? — развернувшись на пятках, парень уставился на меня с яростью. — Мне не говорят такого.
— Вот станешь императором, тогда и заявляй подобное, — отмахнулся я с нажимом. — Дало, ты собирался отдохнуть после прогулки.
Лицо повелителя вытянулось, и лишь потом он медленно кивнул.
— Ты прав, дружище. Мне надо поспать немного. И наверно одному.
Он бросил на Вагош многообещающий взгляд и пошел прочь.
Я смотрел ему в спину и думал, что землячку стоит спасать. Васа заразился от своего сына безумием. Хорошо, если оно выветрится за пару дней. Но что-то мне подсказывало, что не стоит на это рассчитывать.
— Вагош, тебе надо собрать самые важные вещи и поехать вместе со мной на русалью неделю.
— У меня есть дела…
— Нет, — я покачал головой. — Нет у тебя дел.
— Ты чего? — нахмурилась она. — Что случилось? Ты не хочешь оставлять меня тут?
— Я своих не бросаю. Русские должны держаться вместе.
Глава 23 Дерзкий побег
Я ухватил девушку за руку и практически затащил ее в роботакси, которое стояло неподалеку.
— Что происходит? — спросила моя спутница, напряженно вглядываясь в темноту.
Продиктовав адрес отеля, я повернулся к Вагош:
— Ты знала Дало?
— Как и все, — скривилась она, не заметив моей оговорки. — Наследник императора известен в стране…
Она замялась и покосилась на панель управления. Я понял, что Вагош опасается прослушки. Ведьмачка вынула из незаметного до того кармана юбочки крохотное устройство и надавила на кнопочку.
— Дало довольно мрачный тип. Поговаривают, что он одержим кровью и дело не в энергии. Или не только в ней.
— Он поклонялся богу смерти?
— Тут почти каждое божество так или иначе имеет отношение к смерти, — девушка пожала плечами. — Но сын Вассариона Благодушного был не раз замечен в излишней жестокости в жертвоприношениях.
— Понятно, — я задумался.
Васа признался, что пару дней он будет «переваривать» силу своего отпрыска. Это значит, что он способен вести себя порывисто и глупо. Прямо как его безумный сынуля. Быть может в этом есть и моя вина. Я переиграл его, спутал планы. Уверен, что к подобному повелитель не привык. И наверняка произошедшее его разозлило.
— Дало психованный? — рассеянно уточнил я.
— Мстительный, — сообщила девушка и нервно проверила работу глушилки, которую включила раньше. — Мне сложно представить его правителем нашей страны, если откровенно. Несколько раз парень появлялся на фестах и вел себя очень грубо.
— С ведьмаками?
— Нет. Нас он старался не задевать. Выбирал более слабых. Обычно доставалось обслуживающему персоналу.
Смертопряд потупилась, словно вспомнив о чем-то неприятном. Я не торопил ее, понимая, что для нее непривычно быть откровенной.
— Иногда девушки пропадали, — сказала она наконец. — Их особенно никто не искал. Кому важны простолюдины, которыми решил позабавиться аристократ?
Девушка вздохнула и отвернулась от меня, следя за проносящимися мимо пирамидами.
— А жрецы не контролируют подобное?
— Дало вносит хорошие пожертвования на счета храмов. А император закрывает глаза на поведение своего отпрыска. Он мог бы справиться с беспорядками… — она снова тяжело вздохнула.
— Ты никогда не думала о том, чтобы покинуть эту страну?
Вагош улыбнулась и посмотрела на меня темными печальными глазами.
— Тут бывает нелегко, — она осторожно подбирала слова. — Законы старые и давно не менялись. Жрецы велят жить по заветам предков. И большинство повинуется.
— А меньшинство?
— Для того, чтобы менять традиции надо быть кем-то очень важным.
— Например — императором? — догадался я.
— С каждым новым правителем мезоамериканцы надеются на другую жизнь. Даже предлагают поправки к закону.
— И что происходит?
— Ничего нового, — нахмурилась Вагош. — Я в свое время перелопатила учебники истории. В этой стране ничего не меняется несколько столетий. Совсем ничего. Каждый преемник почившего правителя продолжает политику своего предшественника.
«И не удивительно, если каждый раз он воскресает в новом теле», — мрачно подумал я.
— Наша страна движется впереди всей планеты в техническом плане. Но людей у нас становится все меньше. Ты наверно и сам это заметил.
Девушка горько усмехнулась и провела пальцем по стеклу.
— Все дело в диких традициях. Слишком много крови…
— У вас ведь вся магия строится на крови?
— Для этого ее надо совсем немного. И явно не требуются убийства. Да и порой хватает крови жертвенных животных. Но жрецы требуют человеческих жертв.
— Император не возражает?
— Все они, — поправила меня девушка. — Но быть может однажды...
Она вновь замолчала и задумчиво посмотрела на меня.
— Ты подружился с Дало? Вы с ним катались на лодке его отца?
— Так получилось, — я пожал плечами.
— У тебя удивительный талант оказываться в нужных местах в нужное время.
— Есть такое, — пришлось признать очевидное.
— Ты не хочешь мне рассказать, что происходит?
Она положила пальцы на мою ладонь и слегка сжала ее. Кожа девушки казалась прохладной.
— Не могу, — посмотрев на нее, сказал я. — И не по своей воле.
— Ты дал клятву имперской семье, — догадалась Вагош и витиевато выругалась. — Мне стоило тебя предупредить. Но я и не подумала, что тебе доведется общаться с королевской кровью!
— Это бы не помогло, — попытался успокоить подругу я.
—
