правду, более не сдерживаемый клятвой. И я найду тех, кто захочет слушать темного.
— Мир сошел с ума, — покачал головой Васа. — Знаешь, я устал и хотел бы уйти на покой. Поселиться на небольшом островке, выложить очаг из камня завести овец, которых можно водить на пастбище и отгонять от них волков.
— Палкой, — закончил я за собеседника, но не улыбнулся.
Я напряженно смотрел на него, понимая, что ничего не закончено. Эта битва продолжается. И пока не в мою пользу.
— Кто-то должен убить императора, чтобы Дало стал новым правителем, — задумчиво произнес Васа, а потом хитро посмотрел на меня, — двойник старого повелителя может стать телом, которое возможно предъявить дознавателям и похоронить как императорское.
— На меня не рассчитывай, — я нахмурился.
— У бедолаги уже пару лет как стоит крохотный имплант в голове. Я предусмотрел этот вариант на случай непредвиденных обстоятельств. При особых условиях он уничтожится, разорвав пару сосудов.
Я содрогнулся, осознав, что император продумал даже это.
— И никто не узнает, что причиной была чужая воля.
— Твоя, — проговорил я, почти неслышно и внезапно похолодел, — Вагош обо всем знала? Она была в курсе твоего плана?
— Эта девчонка? — Васа развеселился. — Запомни, Миша: хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам.
«Вот только своего наследника тебе нельзя убить самому», — подумал я, но говорить такого вслух не стал. Не стоило продолжать эту игру.
— Осталось совсем немного… — сказал парень скучающе и предложил, — отойди-ка, Морозов. Дядя Вася сейчас сотворит большой бум.
Я сделал пару шагов вправо, а император расставил ноги шире и развел руки в стороны.
Не смотреть не вышло. Как завороженный я наблюдал, как вокруг яхты скользят тела китов. Неожиданно один из них с силой ударил по корпусу хвостом. Другой толкнул лодку широким боком. Вода окрасилась красным. Это я увидел отчетливо, так как включенное ночное зрение позволяло замечать все. Раненое животное отчаянно бросилось на яхту, погребая ее под своим телом. Треугольные плавники рассекали водную гладь, стекаясь со всех сторон на неожиданный пир.
— Как… — прохрипел я пораженно.
— Дало умел заставлять живых рвать друг друга на куски. Он любил это…
Я решил, что не стоит говорить Васе, что его сыночек набрался талантов от родителя. Было видно, что повелитель наслаждался моментом. Его кожа переливалась красными всполохами. Глаза горели фанатичным огнем. Губы кривила безумная улыбка.
Император перевел на меня шальной взгляд и спросил:
— Разве ты не желал бы испытать подобную власть? Не хотел владеть чужими жизнями и повелевать ими?
— Я хочу вернуться домой, — спокойно ответил я. — Сесть за стол со своей семьей и сказать им, что все будет хорошо. И не соврать при этом.
— Ты так молод, — фыркнул парень. — Однажды тебя перестанут волновать такие мелочи. Простые вещи больге не будут трогать душу…
Он продолжал говорить что-то пафосное и наверняка кажущееся ему важным. А я подумал, что Александр ждет меня в номере отеля и наверняка переживает. Особенно если сериал завис, как уже случалось. Еще вспомнилось, что стоит купить сувенир для Лилии. Какую-нибудь ракушку, которая будет ее раздражать всякий раз, когда запылиться. Маришке надо взять масло для волос. Федору понравится баночка специй. И брату следует найти какой-нибудь ножик в подарок.
— Загостился я у вас, повелитель, — сказал я негромко, когда мужчина затих. — пора и честь знать.
— Уже? — удивился Васа. — Мы же решили все разногласия. И предлагаю тебе съездить на имперскую охоту.
Я вспомнил кошечку — питомца Вагош и покачал головой. Хватит с меня кровавых зрелищ.
— Дела семьи ждут, повелитель. Может, в следующий раз я приеду к вам на более внушительный срок.
Мы оба понимали, что я не вернусь сюда по своему желанию.
— Я хочу попросить тебя об одолжении, — не унимался Император. — Моя дочь… сестра, — тут же поправился он. — Так вот, она будет рада понести от тебя.
— Что? — я опешил и с трудом заставил себя закрыть рот.
— Алиментов требовать с тебя никто не станет, — беззаботно продолжил Васа. — Я бы сделал нашего с тобой потомка наследником.
На моем лице появилось какое-то нехорошее выражение, от которого император откашлялся.
— Ты не так понял, — вкрадчиво продолжил он. — Я бы вырастил достойного преемника твоей крови.
— Я свинкой в детстве болел, — резко отчеканил я.
— И? — не сразу понял Васа.
— И детей иметь не могу.
— Точно? — нахмурился император.
— Точнее некуда, — вдохновенно врал я, ощутив, что теперь способен это делать.
Может причина в том, что силы императора сейчас были направлены на другие дела. Но получилось продолжить, тем более, часть была правдой.
— Мне девушка заявила, что беременна. Но оказалось, что не от меня.
— А что говорят врачи? — озабоченно допытывался разочарованный повелитель.
— Что на подгузники мне тратиться не придется. Но я могу стать хорошим приемным отцом. Ведь не тот, кто родил…
— Ну да, — кисло отозвался парень и равнодушно взглянул туда, где пировали акулы, поглощая трупы. — Тут мы уже не нужны. Пора возвращаться во дворец Михаил Владимирович. Ты готов?
Я кивнул, взялся за штурвал, и корабль, развернувшись, полетел в сторону пирамиды.
В спину дул стылый ветер. Плащ не давал мне замерзнуть, но внутри разливался холод. Реальность происходящего накрыла меня волной. Некоторое время мне казалось, что Никон и Синод — необходимое зло. Что именно их мне стоит опасаться. Потом появились хранители времени, грозящие выбросить меня из этого мира. Но оказалось, что у мрака есть другие лица. Одно из них было императором Мезоамерики.
Кажется, повелитель понимал, о чем я думаю и не мешал принимать новые открывшиеся мне правила игры. Он чему-то улыбался, накручивая шелковистый локон волос на тонкий палец. Потом, кажется, опомнился и снял несколько колец, чтобы сунуть их в карман.
— Не стоит показывать имперские перстни, — лениво объяснил он. — Пару дней после перерождения я не могу пользоваться своими силами. И меня будут видеть. Странно это.
Он пожал плечами, став похожим на хулиганистого мальчишку. А потом перегнулся через руль и приказал:
— Включить автопилот.
— Команда отклонена, — спокойно произнес электронный голос.
— Что? — возмутился Васа.
— Включить автопилот, — повторил я и
