Предлагаемые «предсказания» по планетам здесь даются в столь общей форме (хотя они и наваны частными), что их можно трактовать как угодно, можно под них подгонять любые события.
Например в планетнике (как автора, называют, однако, не Брюса, а… некоего Иосифа Мута) каждая из семи планет влыдчествует, согласно календарю, над группой годов (анализ «Планетника» см. ни– же). Однако, несмотря, казалось бы, на специфичность «характеров» богов-планет, «прогнозы» на го– ды, находящиеся под их «покровительством», бедны и схожи.
Почти на каждый год предсказывается: «великая перемена в некотором государстве, новй образ правления в некой республике, славное побоище, воцарение великого государя…»
Разумеется, на суеверных людей совпадения реальных событий с теми «предсказаниями», которые встречались в календаре, производило сильное впечатление, подчас даже пугало их. Однако особой премудрости в подобных предсказаниях нет.
По сей день на земле много государств. По сей день, время от времени между ними вспыхивают войны, за войнами следуют премирия. Где-то совершаются государственные перевороты, рождаются и «воцаряются» новые государственные деятели. Поэтому расплывчатые слова «в некотором», «в некоей» и т. п. никому ни о чем не говорят. Но, подробнее, об этом – ниже.
Если вышеназванный «Брюсов календарь» (Харьков, 1875) предлагал «прогноз» событий на 200 лет, начиная с 1800 года подлинный, изначальный «Брюсов календарь» был, в действительности, попроще, охватывал периоды не столь значительные, и, в общем-то и не претендовал на многое, кроме как на «просвещение» люда российского.
«Под надзрением его превосходительства генерал-лейтенанта Иакова Вилимовича Брюса» – значилось на обложке календаря, выпущенного в 1709 году. Но тут же упоминался и другой автор выпуска: «Тщанием Василия Киприянова».
Киприанов, библиотекарь навигационной школы в Москве, был составителем целого ряда математических и географических пособий для этой школы. Одновременно он служил и в типографии гражданских книг, поскольку владел искусством гравирования, хорошо рисовал и вдобавок сочинял стихи. Тяжеловесные вирши, сообщавшие основы астрономических знаний, украшали и страницы календаря.
Первый календарь был гравирован на 6 медных листах, со стихами, символическими рисунками и таблицами. Все позднейшие издания других авторов и составителей, гораздо большие по объему, особенно в своей прогностической части, продолжали носить привлекательное название «Брюсова календаря».
Первый лист его давал сведения в основном общепознавательного астрономического характера.
Второй располагал на себе собственно календарь и типичные для тех лет церковные святцы.
Третий лист показывал предзнаменования «по всякий год по планетам… и многих расположенных избранных вещей, которые деются от каждой сильнейшия и господствующия планеты».
Четвертый лист содержал несколько таблиц, рекомендующих, в какое время и какие действия следует предпринимать, чтобыдобиться наиболее благоприятного исхода.
Какой-либо особой «научности» во всем упомянутом повествовании, разумеется, и не ожидалось. Все было почти так же, как в типовых ныне (в конце 90-х годов) брошюрках «ширпотребовских» гороскопов, продаваемых с уличного лотка.
Была ли нужда в таком календаре?
Молва о волшебнике и предсказателе Брюсе ходила в народе почти два столетия. И, как уже сказано, этому в немалой степени способствовал первый выпущенный в России календарьна 1709 год, где «тщанием» библиотекаря и гравера Василия Киприянова было обозначено крупными буквами, что календарь напечатан «под надзрением его превосходительства господина Генерала лейтенанта Якова Вилимо– вича Брюса».
Календарь окрестили «Брюсовым» или просто «Брюсом». Календарь пользовался успехом. Он привлекал не только «прогностикой» (предсказаниями), заимствованной из заграничных календарей, но и непривычными по тем временам данными о восходе и заходе Солнца, Луны, о долготе дня, о затмениях с расчетами, сделанными на многие годы вперед».
Неужто все заранее уже предсказано? И мир, и войны, и урожаи, и засухи? Как? Не с дьявольским ли участием? Доверие к печатному слову было безграничным и открытое появление стольнепривычного издания – поражало. Различия между научным и не научным не делалось – отталкиваться было не от чего.
В календаре были и специальные таблички, из коих желающие могли узнать, когда надлежить «кровь пущать, мыслити почать, брак иметь» или «чины и достоинства воспринимать, долг платити» и тому подобного, на все случаи жизни.
Нужен ли был в России подобный «Брюсов календарь», ведьс точки зрения современного ученого, отвергая старое, он добавлял с собой новый сонм суеверий, ничуть не меньший? Зачем нужно, скажем, грубым неграмотным крестьянам знать, когда слуится – солнечное затмение? Впрочем, о том, что просветительская роль даже подобных (по нынешним меркам, чисто «уличных») изданий была очень вели– ка, говорят некоторые события тех лет.
Вот первое. Произошло оно в Нижнем Новгороде в 1706 году,1 мая. Предстоял большой церковный праздник. К нему нижегородцы усиленно готовились, считая этот день датой основаниякрупнейшего местного Вознесенского Печерского монастыря. Как всегда, устраивалось большое народное гуляние у монастырского села Высокова (ныне район Высоковской церкви).
Ко дню этому готовились не только жители, но и городские власти, получив особое указание от правительства. Предусмотрительный царь Петр, узнав, от астрономов, что 1 мая 1706
года произойдет видимое в средней части России полное солнечное затмение, принял меры для широкого оповещения населения, во избежание ненужной по ту пору паники.
До этого подобные астрономические события происходили неожиданно, без какого-либо предварительного предупредления и разъяснения, производя часто страх и смятение на людей.
Петр, в частности, писал своему соратнику Ф.А.Головину: «Господин адмирал! Будущего месяца в первый день будет великое солнечное затмение. Того ради изволь сие поразгласитьв наших людях, что когда оное будет, дабы за чудо не поставили. Понеже (поскольку – А.А.) когда люди про то ведают прежде, то не есть уже чудо».
В «Санкт-Петербургских Ведомостях» за 10 апреля появиласьпредупреждающая печатная заметка:
«Изъявление о затмениях. Нынешнего 1706 лета четыре затмения явятся: два на солнце и два на луне; которых два затмения на луне и единое на солнцу под нашим горизонтом, аще чист воздух, (т. е. если в небе будет безоблачно – А.А.) усмотрены будут…
Затмение на солнце предстояит маня в 1-й день. Сие затмение, когда солнце на большую часть по мрачится у нас, с великим удивлением и страхом больше двух часов видимо будет».
Первые газеты в России лишь появлялись. Столичное сообщение, естественно, не получило распространения в провинции.
Единственный экземляр «Ведомостей» получался в Нижнем воеводой Леонтьевым. Попытка устного разъяснения не привела ни к чему: воеводу попрсту не поняли, да и не поверили. Но «указание сверху» было дано. Как же его выполнить?
Обескураженный неудачей градоначальник не нашел ничего лучшего, как… организовать грандиозное гулянье именно в самый момент затмения!
Благовещенскую площадь уставили каруселями и балаганами.
Воздвигли помосты для песенников и музыкантов. Военная команда должна была показать «воинские эволюции» и примерное сражение. Пушкарский мастер приготовил фейерверк с бенгальским огнем, который собирался запалить на Поганом пруду (позднее – Черный пруд).
Утром, 1 мая по улицам начали ездить конные рейтары с трубами и во всеуслышание объявляли, что после обедни имеет быть военный парад, а затем увеселения с музыкой и потешными огнями. К 11 часам дня площадь наполнилась ожидающим людом.
У Дмитровских ворот показалась рота мушкетеров в треуголках, напудренных париках и с развернутым знаменем. Пришли и спешенные рейтары с ярко блестевшими на солнце алебардами. Все выглядело очень весело и празднично. И вот отошла обедня, зазвонили колокола, появился на площади сам вовеода со всеми чиновными людьми и дал знак начатьпразднество. Грянули трубы, зазвенели бубны, завертелись карусели, песенники затянули песни, и вся площадь пришла в движение. Рота мушкетеров стала во фронт, рейтары тоже, оба отряда выстроились один против другого.
Прапорщик, принявший команду над мушкетерами, вышел вперед и громко скомандовал: «тушкеты на плечо!» Толпы народа замерли в ожидании и предвкушении. По команде «Пли!» грянул холостой залп, оглушив всех и окутав дымом всю площадь (порохеще был «дымный»).
Но вот через некоторое время дым рассеялся, народ был поражен: свет солнечный – как бы померк! Все инстинктивно подняли глаза вверх и ужаснулись – солнце закрывало какое-то черное кольцо… С каждой минутой свет все более угасал: вместо дня наступала ночь!
