сделал вид, что на что-то решаюсь — а он вдруг остановился метрах в тридцати от нас и недоверчиво посмотрел за угол, махая хвостом, потом снова повернулся ко мне. Кто-то его приманивал чем-то вкусненьким, и верный пёс думал, сразу бежать ко мне или схватить угощение и уж тогда подойти. Подсказки ждёт. А команду не дашь, Султан поймёт, что пёс мой, и контакт будет упущен.
— Садись уже, — распорядился я. — В городе стрелять, что ли? При всех? И смотри, вон, в ошейнике кобелина, вдруг хозяин рядом. Шухер поднимет, а я с ментами не хочу дел иметь. Я с ними в одной степи срать не сяду.
— Ты прав, брат… да просто ненавижу я этих тварей, — как выплюнув, произнёс Султан и сел вперёд. — Стрелять их надо. Шайтан!
Я уселся на место водителя, удержав желание дать ему за такое по морде, завёл двигатель и развернулся. Ох, Сан Саныч растеряется, куда это я вдруг делся, но что тут поделаешь — вечером угощу его чем-нибудь вкусным.
— И какой у тебя бизнес? — поинтересовался я как бы между делом.
— Большой, — Султан смотрел в зеркало заднего вида. — Вот тварюга какая, и чё ей надо?
Его аж корёжит. Только что чуть не избили, а пышет злостью на собаку. Думаю, собаки его тоже ненавидят. Есть за что.
— Ну, надо серьёзных людей в городе знать, — я начал забрасывать удочку. — Я вот много кого знаю, в основном, с Кроссом работаю, но иногда с Артуром приходилось переговариваться. Много кому я нужен, ха! У меня тоже, можно сказать, бизнес. Но такой — специфический. Не оформленный.
— А чем ты занимаешься, брат? — Султан повернулся ко мне.
— Вагонными перевозками! — объявил я. — Короче, любой груз по стране могу отправить или принять без палева. Знаешь, надо в этой теме жить, чтобы разбираться. Я могу любой вагон в любую точку России запулить. Просто нужный номер напишу на борту, его на станции перецепят, особенно если с дежурным и сцепщиком хорошо жить. И уедет вагон куда тебе нужно, лишь бы ветка железнодорожная была протянута.
— Вот поэтому ты всем нужен, брат, — боевик продолжил грубо льститься. — Большой человек. Логистика всем важна.
— Если чё перевезти надо, — я полез во внутренний карман и достал визитку, которую мне приготовил Турок. — Вот мои цифры. Васян я, меня весь город знает. И я весь город знаю.
— Понял, брат. Вот моя визитка.
На белой картонной карточке был выбит только номер и имя — Али.
— В любое время дня и ночи звони, — продолжил он, широко улыбаясь. — Кто знает, может, мы и с тобой посотрудничаем. Как раз надо вагон один отправить. И здесь принять тоже.
— Набирай, как созреешь, — спокойно бросил я.
Ехать было недалеко, я высадил Султана у гостиницы и больше к нему в товарищи не набивался, как и было условлено. Он сам мне позвонит, сегодня или завтра, а пока будет под колпаком.
Так что я вернулся в город, на условленное место неподалёку от нашей точки встречи. Там уже стояли машины. Сан Саныч что-то ел из миски, батя курил рядом.
— Вот кобелина, — ругался он. — Чуть всё не испортил, ещё и два раза. И смотри, какой довольный.
Пёс кинулся ко мне и начал прыгать рядом, поскуливая от радости. Убедившись, что я рядом и никуда больше не еду, он вернулся к миске.
— Да не ругайся на него, — сказал я, — всё вышло как надо.
— А я тут перед ним виноват, — батя усмехнулся. — Приманил его голой рукой, когда он к тебе бежал, обманул, получается. Он на меня потом смотрел, как на врага народа. Вот и купил ему вкусняшек, пусть ест. А то подходить не будет потом.
— Вышло ваще супер, — заявил Турок, появляясь из-за «Газели». — Ты как профессиональный разведчик его вербовал, Паха, тебе в ГРУ надо было идти.
— Мне и в милиции хорошо, — я расправил плечи, а новенькая кожанка скрипнула. — Твоё, — я передал ему ключи, но про деньги промолчал. — И газовик держи.
— Жди звонка, — из «Нивы» вышел Николай, держа в руках мобилу. — Он точно должен позвонить, ты его заинтересовал.
— Если что, зови, — подал голос местный чекист Сергей Кепкин, держа руки в карманах. — Как ты всех организовал, как по учебнику. Правда, кто-то в доме милицию вызвал, приехал наряд, тех твоих знакомых пацанов искал. Я подошёл, всё решил, угрозы парням нет.
Я кивнул, а то не хватало ещё, чтобы за помощь команду Орлова прихватили.
На этом мы распрощались. Я погладил собаку, подумал, что делать дальше. День уже шёл к вечеру, я сделал многое, и даже продвинулся в своём расследовании, узнал про Севера, информатора покойного Кузьмина. Но зацепку надо раскручивать дальше.
Шёл я по тротуару, машины проезжали мимо. Все, кроме чёрной «Волги», которая поравнялась со мной и затормозила. Окошко приоткрылось, за рулём сидел Кепкин.
— Ты, можно сказать, всю ситуацию сегодня спас, — он заулыбался. — А то московские приехали, напортачили, чуть не испортили всё. Мы-то с тобой местные, привыкли здесь работать, а вот они специфику нашу не знают, сразу рубят топором, когда тонко надо работать.
— Я вашу кухню не знаю, — сказал я. — Но с твоими коллегами работал и раньше. А Туркин — тоже здесь родился.
— Да я понимаю, но вот если бы ты со мной с самого начала поработал, а не с ними, мы бы и тех киллеров у кафешки всех бы взяли живьём, и я бы твоего Кузьмина бы раньше времени выцепил, он всё бы рассказал. Эх, — он махнул рукой. — Теперь поздно. Но знаешь, Павел Алексеич, ты если чё узнаешь от этого барана с гор, — Кепкин хмыкнул, — шепни сначала мне, я по-тихому всё пробью, узнаю. А то москвичи сразу штурмом всё брать будут, и что — обосрутся в итоге. И оружие не найдём, и наркоту в город привезут.
— Так им не веришь? — спросил я, думая про себя, к чему ему этот разговор.
— Мы с тобой умные люди, понимаем, что в наших краях грубый подход не работает. Да и они, знаешь, приехали, потом уехали, а нам-то дальше
