тот момент был одноруким. Лечение не отращивает конечности. Оно просто затянет рану. Помогала только Регенерация. И у парня нашлась единственная микстура именно для восстановления тканей и костей, которую Влад сразу принял. Ему ещё не меньше суток быть одноруким. Но это его не остановило.
Он вырезал. Сначала куб для Жезла. Потом два цилиндра для Согласия. Закончив с артефактами, Влад взялся за тренировку. Он метал ножи. В один из использованных Высших Кристаллов. Результат был плохонький. Одно дело раздавить Кристалл, другое сломать брошенным лезвием. Кристалл просто отскакивал, он же не приклеен. Или нож соскальзывал при попадании по одной из граней Кристалла. Влад начал делать зазубрины на ножах. Когда он зажимал одно лезвие в зубах, чтобы другим его стачивать и подпиливать, когда лезвие резало ему губы, когда он глотал собственную кровь, продолжая молча заниматься этой дикостью, я понял – это не закончится хорошо.
Он смотрел на нож в своих руках так, будто собирается им перерезать нить, на которой Катинол висит, подвешенный в космосе.
Зазубрины помогли. Результат улучшился. Уже в поселении Влад на каждый нож накрутил металлической проволоки, добавив им веса. Плюс, его тренировки за всё время пути – я не удивлён, что каждый Каратель, в который он метал ножи, взрывался.
Когда Влад с парнем добрались до поселения промелькнула искра надежды – Влад попросил найти старосту и Воеводу и договориться о разговоре с ними. Отлично. Он не кинулся сломя голову в сторону замка. То, что он делал, всё ещё было самоубийством, но сам факт здравомыслия был хорошим знаком. Ещё пару шагов в правильном направлении – и он мог одуматься.
Не мог.
В той комнате Влад заговорил. Тоже хороший знак – он по минимуму общался с парнем, когда они шли обратно. Да и парень не особо хотел общения. А здесь Влад разговорился. Снова проявил свой странный талант убеждения. Получил согласие помочь в нападении на замок. Вот что могло пойти не так?
Всё.
Они ему не были нужны. Его безумие не прошло. Он собирался один всех убить. Более того, он стал бы и с местными драться, попробуй они оспорить его желание лично покарать Гильрена и его приспешников. Он был дико хладнокровен и при этом сгорал изнутри.
В замке же… Я был порядком удивлён. Толпа оказалась не зря. Нападение в лоб оказалось не зря. Влад просчитал Гильрена. Он видел его пару минут, слышал о нём десяток историй, и всё равно смог его просчитать.
В обычной ситуации он бы даже в замок не проник. Его пустили. В обычной ситуации толку от артефакта Кристаллизации бы не было. Все гвардейцы сами собрались в одном месте, отрезав себе же все пути для отступления. В обычной ситуации Влад не смог бы живым до этого места добраться. Его приказали не убивать и часть гвардейцев сами проводили его куда нужно. В обычной ситуации Гильрен за секунду убил бы надоевшего Героя. Влад стал для него не просто надоевшим – он вывел его из себя, пробудив в нём черты садиста – любителя запугать и помучать жертву перед смертью.
Он готовил эти артефакты конкретно под этой план, с этими обстоятельствами. Он разработал его прямо тогда – полумёртвый на той поляне? Сколько факторов он тогда учёл? Как он смог всё это продумать за такой короткий срок? У него ведь не может уже работать Ускорение Мышления?
Или может?
Я не знаю. И всё могло бы сложиться хорошо, не будь он в безумном хладнокровии. Когда последний гвардеец затих, я поверить не мог, что Владу это удалось. Появился шанс уговорить его отступить. Было бы идеально прибей он ещё и ту ублюдочную тварь, но она наверняка уже покинула Область. Такие как она всегда бегут. Но даже так, более ста убитых гвардейцев – достойная месть.
Влад продолжил швырять ножи, калеча трупы и себя. Стало ясно, что его не остановить. Даже рассуждая со мной на философские темы, вроде рабства, или объясняя мне, как он использовал садистскую философию Гильрена себе на пользу, когда мне он казался вполне адекватным, с вернувшейся иронией и любопытством, ничего не изменилось ещё с той поляны. У Влада часто меняется настроение и отношение к собственной жизни, но то, что случилось там, так просто не изменить. Сотни мёртвых гвардейцев для этого будет недостаточно.
Влад доломал решётку. И занялся расчленением. Он отрубил пять пар кистей гвардейцам. Четыре использовал, чтобы Приклеить их к рычагам своей импровизированной ловушки. С одной ходил и открывал двери комнат замка. Искал что-нибудь полезное, вроде той же оружейной. Или артефактной.
Пусто.
Скорее всего такие важные комнаты хорошо спрятаны в глубинах замка. Я во время своего посещения этого места дошёл до тронного зала, заключил с Гильреном Договорённость и ушёл. Ещё он продемонстрировал мне созданную в своём замке ловушку, которую не признавал ловушкой. Поэтому я знать не знал где и что в его замке находится.
Зато уже на пути к тронному залу он нашёл эту… хрень. Гильрен совсем поехал крышей. Владу тоже не понравился творческий вкус Гильрена и именно эту галерею боли и страданий он заминировал, использовав почти все прихваченные артефакты гвардейцев. Остальные Приклеивал к полу или к стенам по пути в тронный зал. Я знал, что всё это бесполезно. Знал, что созданный нашими совместными силами артефакт, спрятанный за его спиной, также ничем не поможет. Но и остановить его я бы не смог.
Я не ожидал, что Влад хочет применить артефакт так. Следовало догадаться, учитывая, что он требовал от меня именно таким образом Усилить подарок его земляка. Но я был уверен, что Влад хочет попасть по Гильрену и причинить ему как можно больше боли. Не ожидал, но и превзойти все мои теоретические предположения Влад не смог.
Но он хотел. Он верил. Он наконец смог выдохнуть. Он отомстил.
Когда Гильрен вышел из озера лавы, что-то во Владе изменилось. Он держался на своём хладнокровии и всепоглощающем жаре одновременно. Но всё это будто исчезло, когда Влад решил, что справился.
И теперь мы пришли к этому.
Влад бежал. Дыхание сбито. Моргает чаще обычного. Оборачивается чаще обычного. Гильрен не отстаёт. Он и раньше не отставал. Теперь он делает это ещё наглее. Влад поворачивает в соседний коридор, а Гильрен уже за спиной, тянет к Владу руку. Рывок! Влад отрывается. Вот только Гильрен стоит на месте. Ухмыляется. Влад добегает до конца следующего коридора, и история повторяется. Он играется с Владом.
