она.
– Ты не старшая! – уличил её я.
– Старшая! Мама сказала, что я на две минуты старше тебя! А значит, должна помогать своему младшему брату. Так что ешь давай!
Несколько секунд я смотрю на девочку. Лица не видно, но уверен, выражение на нём довольное.
– Хорошо, – беру я ложку.
Всё исчезло.
––
Вспышка.
Мальчик и девочка. Идут. В тумане. Я стою позади них. Смотрю им в спины. У девочки в руке какая-то игрушка. Второй она держит за руку мальчика. Почему-то становится приятно. На очередном шаге девочка… растворяется в воздухе.
НЕ-ЕТ!!!
Мальчик делает ещё шаг вперёд, но потом останавливается. Оборачивается назад в поисках девочки. Его лицо… моё лицо не ярко-белое пятно, оно смесь чёрных и белых красок, которые плывут по лицу, образуя спирали. Я наклоняюсь, поднимаю с земли маленького плюшевого зайца, оставшегося от девочки, прижимаю его к груди. Всматриваюсь в окружающий туман, который становится гуще и темнее. Разворачиваюсь и иду дальше во тьму.
Уже один.
Всё исчезло.
––
Вспышка.
Комната. Передо мной на коленях стоит мужчина, за его спиной на диване сидит женщина. Лиц не видно – светлые пятна. Женщина тихонько всхлипывает.
– Это я… это я виноват, – слова слетают с моих губ.
– Это не так. Ты ни в чём не виноват! – обнимает меня мужчина.
– А кто?! – встаёт женщина с дивана. – Нет! Это его…
Пощёчина. Женщина падает обратно на диван. Мужчина нависает над ней.
– Не смей! Заткнись!
Всё исчезло.
––
Вспышка.
Новая комната. Рядом девушка. Вроде молодая. Лица снова не видно. Кладёт руку мне… не нужно!
– Не стоит, – чуть отодвигаюсь я.
– Почему? – спрашивает она.
– Это неправильно. Мы должны сделать всё правильно.
– Мы же уже всё решили. Почему ты так на этом помешан? Ты всегда хочешь следовать правилам и делать всё правильно.
– Я не… это личное.
– Расскажи мне. Разве я не личное?
– … Хорошо. Пообещай никому не рассказывать.
– Обещаю, – на этом слове на светлом лице девушки появляются тёмно-серые полоски. Будто по лицу ползают черви.
Нет, скорее личинки.
Не надо! Не говори ей!
– Это произошло, когда я был маленьким…
Всё исчезло.
––
Вспышка.
Коридор. Кругом люди. Я иду. Просто иду мимо.
– Ты слышала? – шепчет одна девушка другой. Вроде шёпотом, но так громко, что слух режет. – О том, что он сделал со своей сестрой, когда они были детьми?
– Знаешь?..
– С ума сойти…
– Я всегда подозревала…
– Он ведь такой нелюдимый…
Лица всех вокруг становятся как у той девушки. Личинки. Они вроде съедают именно мёртвую плоть. Вашим душам это нужно.
Всё исчезло.
––
Вспышка.
Стою. Очень маленькая комнатка. Что-то держу у уха. Вспомнил. Телефонная трубка.
– Мы с папой беспокоимся. Ты ведь отличник. Олимпиадник. Ты ведь только шахматами занимался. Почему военная кафедра? Это на тебя не похоже. Что-то случилось?
– Нет, мам. Всё хорошо. Я просто так решил.
– Володя? Если это из-за моих…
– Нет. Ты ни в чём не виновата.
– Ты тоже.
– Спасибо.
Всё исчезло.
––
Вспышка. Вспышка. Вспышка. Вспышка.
– Товарищ старший лейтенант, вот, смотрите, – протягивает мне какой-то молодой парень маленький прямоугольник. Что это? Всё как обычно размыто. А-а! Понял. Это фотография. – Это Светка моя. Правда красивая?
Всё исчезло.
––
Вспышка.
– Стоять! – крик разрывает мне лёгкие.
Взрыв.
Всё исчезло.
––
Вспышка. Взрыв. Вспышка. Выстрел. Вспышка. Взрыв. Вспышка. Выстрел.
––
Вспышка.
Кабинет. Всё размыто, но видно, что богато обставлен. А это что за мужик встал из-за стола и идёт ко мне?
– Молодец, майор! Задача выполнена, потери минимальны. Успех!
– Успех? Минимальны? – эти слова забирают столько воздуха из лёгких, что начинают меня душить. – А не пойти бы вам на..уй, товарищ генерал-майор?!
Всё исчезло.
––
Вспышка.
Комната. Я сижу в кресле. Неудобно. Слишком мягкое. Слишком удобное.
В кресле напротив девушка. Молодая. Вроде. На коленях лежит толстая тетрадь, в руке карандаш.
– Почему вы здесь? – приятный у неё голос.
– Командование приказало.
– Да. Как и всем. Вот почему ко мне никто сам не хочет прийти? – мило пожаловалась девушка.
Улыбка сама собой растянулась на лице. Наверное, потому что кресло удобное.
Всё исчезло.
––
Вспышка. Я с ней. Вспышка. Я с ней. Вспышка. Я с ней. Вспышка. Я в ней.
––
Вспышка.
– Потрогай! Давай!
– Ого! Я уже завидую его удару!
– Ничего подобного! Он у нас не будет драчуном, как папа.
Всё исчезло.
––
Вспышка.
Где это я? Это уборная? Умывальник. Похоже на то. Не могу точно сказать – эта комната размыта даже больше, чем были остальные. Всё, кроме зеркала. Оно очень отчётливое. Висит на стене над умывальником. Руками я обхватил раковину. Взгляд опускается. На полу что-то валяется. Маленькое. Размытое. Отчётливо я вижу только… трещины. Да, я не вижу, что это за предмет, но вижу, как по нему змеятся трещины.
Вспомнил! Это… как его?.. смартфон!
Это мой?
Плевать.
Взгляд поднимается. На зеркало. Кто это? Я? Ничего не видно. Зеркало видно отлично, а вот отражение в нём размыто. Всё те же чёрно-белые полосы вместо лица – спираль из чёрного и белого.
Это хорошо. Почему-то я не хочу его сейчас видеть.
Что-то начинает меня злить. Что? Не знаю. Но злит! Бесит! Жутко бесит! Ненавижу!
Руки сжимаются. Я чувствую, как раковина под их напором начинается деформироваться.
Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!
Всё исчезло.
***
Я открыл глаза. Нет. Влад открыл глаза. Потолок. Больше ничего не видно.
А это что? Слёзы? Нет, судя по запаху железа – это кровь. У Влада из глаз текут кровавые струйки, стекают до подбородка и капают на пол.
Влад опустил голову. Теперь я смог увидеть его.
Гильрена.
Из его глаз тоже текла кровь. И глазная жидкость. Глаза постоянно вытекали и постоянно восстанавливались. Из его горла выходило еле слышное сипение. Он не успевает восстановить связки, постоянно их срывая. Изо рта струится кровь. Из ушей. Из носа. Руки выгнуты под странными углами, как и ноги. Он продолжал держать в руке Связующую Нить. Правда пальцем кнопку активации уже не зажимал.
Неожиданно я снова потерял осязание.
– “Что с ним будет? Это можно исправить?” – вполне ровно спросил Влад.
– “Нет. Даже если его полностью уничтожить, оставив лишь палец и дав ему восстановиться, смысла не будет. Он восстановит именно этот Разум, Душу и Характер. В которых он живёт в бесконечных кошмарах. Ты изменил уровень его сознания. Исправить такое, – посмотрел я на то, что когда-то было Владыкой, – сможет если только Древнейшая. Ты уничтожил его изнутри.”
– “Это навсегда?”
– “Нет. Он умрёт. Тело нужно развивать. То, что происходит сейчас,
