Также на этой неделе свершилось чудо – муж неожиданно вспомнил о ее присутствии. Не то чтобы он раньше игнорировал ее – просто теперь они даже проводили какое-то время вместе: играли в шахматы по вечерам, Пэн ходил с ней гулять… но разговаривал он по-прежнему мало. Эвелин начинала осознавать, что ее муж по натуре не очень общительный человек. Он больше слушал и что-то ворчал себе под нос, но иногда у них все-таки получалось беседовать. Эвелин была счастлива снова и снова убеждаться в доброте и честности Пэна.
– Ну пожалуйста! – упрашивал Дэвид, напоминая Эвелин о его просьбе подержать поросенка. Она заколебалась, но в конце концов отдала его мальчику.
– Только осторожно, Дэвид. Он стал тяжелее, – предупредила она.
За прошедшую неделю Самсон прибавил в весе благодаря совету Эвис, жены трактирщика. Она приехала из деревни вместе с первой порцией пива и эля, и как раз в этот момент Эвелин пыталась придумать, чем накормить поросенка. Эвис рассказала, что однажды у ее отца была такая же проблема – только с жеребенком. Тогда он решил смастерить из промасленной ткани сосуд: зашил его, сделал кончик в форме соска и наполнил емкость козьим молоком. Получилась хорошая замена материнской груди, жеребенок был очень доволен.
Эвис предложила свою помощь, и Эвелин с благодарностью согласилась. Женщина нравилась ей, они довольно быстро нашли общий язык. Сегодня, отправляясь в деревню за новыми товарами и узнать, как продвигаются дела у плотника, Эвелин взяла Самсона с собой, чтобы с радостью продемонстрировать Эвис результат: поросенок выглядел пухленьким, здоровым и счастливым.
Сейчас они уже возвращались в замок, и Эвелин не терпелось поделиться с Диамандой впечатлениями об этом путешествии. Она и раньше была в хороших отношениях с девочкой, но после первой прогулки в деревню они сблизились еще сильнее, проводили много времени вместе, а работая по дому, постоянно переговаривались и шутили. Диаманда, конечно, хотела сегодня пойти с Эвелин, но тетя Хелен запретила, велев ей сидеть и упражняться в шитье, потому что у нее до сих пор не получались ровные стежки.
Эвелин подозревала, что к моменту их возвращения Диаманде уже страшно наскучило это занятие, и она, возможно, просто сидела у окна, смотря на ворота замка в томительном ожидании.
– Изворотливый какой.
Улыбнувшись словам Дэвида, Эвелин увидела, что Самсон действительно изо всех сил вырывается из рук мальчика. Шлепнувшись на землю, поросенок побежал вдоль стены. Вскрикнув, Дэвид припустил за ним, но это лишь подстрекнуло Самсона двигаться быстрее. Эвелин тоже ускорила шаг, боясь, как бы Дэвид снова не споткнулся о собственные ноги.
Естественно, предсказание сбылось, и буквально через пару шагов мальчик упал. Покачав головой, Эвелин подошла к нему, но, зная, что муж не одобрит ее желание помочь, просто встала рядом, удивленно наблюдая за Самсоном, который повернул назад, подбежал к Дэвиду и начал обнюхивать его. Он забрался на него, быстро исследовал пятачком его руки, спустился к коленям, затем обратно. Мальчик засмеялся.
Умиляясь этой парочке, Эвелин наконец нагнулась и взяла поросенка на руки.
– У тебя пыль на шоссах, – сказала она, когда Дэвид встал.
Эвелин терпеливо ждала, пока он отряхнется. Неожиданно сверху донесся какой-то скрежещущий звук, и, подняв голову, она с ужасом увидела, как на них со стены летит огромный каменный блок. На долю секунды сердце будто остановилось. Крикнув, Эвелин бросилась к Дэвиду, отпихивая его и себя с дороги.
С ее губ сорвался короткий стон от боли – камень задел ей плечо. Они втроем полетели на землю. Эвелин выпустила Самсона, чтобы не раздавить его, вместе с тем пытаясь не упасть на Дэвида. Она приземлилась, так сильно ударившись, что по всему телу пробежала судорога.
– Миледи, как вы? – Дэвид первым вскочил на ноги и с беспокойством разглядывал Эвелин.
Ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Она села, потерла ушибленное плечо и слабо улыбнулась при виде Самсона, суетившегося вокруг них.
– Да… со мной все хорошо. Спасибо, Дэвид. А ты не ушибся?
– Нет. – Он протянул ей руку. Эвелин взялась за нее, но встала, в основном обойдясь своими силами. Мальчик был недостаточно большой, чтобы всецело помочь, но она ни за что не стала бы отвергать его благородный жест.
– Лорд Пэн будет винить меня, – горестно сказал Дэвид.
Эвелин удивилась:
– Почему это?
Задав вопрос, она посмотрела наверх, откуда свалился камень, и… застыла на месте, увидев Диаманду, спускавшуюся со стены. Совершенно очевидно, что девочка перегнулась через край и наблюдала за ними с того самого места, откуда свалился камень. Но она отклонилась назад именно в тот момент, когда Эвелин подняла голову. Еще секунда – и Эвелин вовсе не заметила бы ее.
– Ну, после того как на меня чуть не упал валун, он запретил мне ходить с ним к стене каждый день. Сказал, что я могу погибнуть, а одного мертвого оруженосца ему уже достаточно, – объяснил Дэвид, отвлекая Эвелин.
Опомнившись, она посмотрела на мальчика. Его глаза наполнились тревогой.
– Как вы думаете, он… он ведь не запретит мне теперь проводить время с вами и с Самсоном, верно?..
Эвелин продолжала смотреть на него остекленевшим взглядом, пытаясь отвлечься от только что увиденного. Что Диаманда там делала? И упал ли камень случайно?
– Запретит! – горестно воскликнул Дэвид. Эвелин молчала. – О, миледи, прошу вас, не рассказывайте ему! Он не даст мне больше ходить с вами и Самсо-оном! Пожалуйста, не…
– Я не расскажу, – быстро заверила его Эвелин, но имела и свои причины молчать. Здесь что-то не так, и надо было все обдумать. Она считала Диаманду своим другом, но в голове сейчас вертелось столько вопросов…
Она неожиданно вспомнила про испорченную тунику, пропитанную свиным жиром, затем удар, из-за которого она провалилась в дыру, теперь этот камень, чуть не раздавивший ее и Дэвида… А Диаманда почему-то оказалась именно в этот момент на этом месте.
Но они же были друзьями, спорила сама с собой Эвелин. Ей нравилась Диаманда. Правда, это не значило, что девочка на самом деле питала ответные чувства. Как бы то ни было, дружба есть дружба, и Эвелин должна будет поговорить с Диамандой, прежде чем скажет Пэну о случившемся.
Конечно, Эвелин понимала также, что если девочка действительно желала ей зла, то будет очень глупо встречаться с ней наедине. Лучше сделать это на виду у людей, но так, чтобы никто не подслушивал.
– Спасибо, миледи.
Эвелин похлопала Дэвида по плечу и, взяв на руки Самсона, поторопилась к воротам. Когда они вошли во двор, она вдруг вспомнила про охранников. Если Диаманда действительно столкнула камень, то солдат, стоявший у этой части стены, должен был закричать или по крайней мере заметить ее. Эвелин посмотрела туда, где обычно стояла охрана, но там было пусто. Бросив взгляд чуть дальше, она увидела человека, забиравшегося по ступеням к стене. Чуть позже он вернулся на свой пост.
