Разум станет един с телом и на этом все изменения закончатся. Никакого разрушения не будет.
— Знаешь, даже интересно, как глубоко ты собрался себя закапывать, — усмехнулся я. Нити ринулись в сторону уцелевшего помещения с Первородной Душой, откуда я вытащил пожилого отступника. Хотя, после единения, он значительно помолодел. Теперь ему от силы можно было дать лет шестьдесят.
— Повтори всё, что ты рассказал мне про воссоединение тела и разума существа изнанки, — приказал я. Отступник кивнул и слово в слово повторил тот небольшой рассказ, с помощью которого ему удалось купить моё внимание. Как только произойдёт воссоединение, Первородная Душа исчезнет, отправившись в новое путешествие. Мир не треснет — катаклизм затронет только центральный регион мира людей и центральный дворец мира демонов, да и то мимоходом. Однако то, что последует за этим, будет куда страшнее — оба мира лишатся энергии Ци. Существа, что идут к своему бессмертию, начнут испытывать чудовищный энергетический голод. Чем выше этап возвышения, чем сильнее этот голод будет. Начнётся война за остатки духовных камней, которые уже не получится подзаряжать. Постепенно они закончатся и все, кто возвышается, умрут. Ладно, не все — кандидаты и часть учеников младших рангов останутся живы. Но только те, кто проживает в нулевом круге и поясе. Кандидаты и ученики внутренних поясов и кругов умрут, как и их более развитые сородичи. Неделя, максимум две — столько давал отступник обоим мирам, прежде чем в них закончатся все возвышающиеся.
— Но ведь мир не треснет? — библиотекарь понял, что его поймали, но отступать не собирался. — Он не исчезнет, не разрушится. Он станет чистым. Люди и демоны продолжал существовать и развиваться. Только уже без нас. Твои опасения были услышаны, покоритель тайн. Возможно, нам стоит подумать о сроках исхода, подготовки идущих к бессмертию к этому процессу, обеспечение их выживаемости. Но и держать нас на вечной привязи неправильно. Мы десять тысяч лет являемся рабами этих миров. Разве Небу такое угодно? Разве оно сможет смотреть спокойно на то, как страдают невинные существа?
— Сможем, — ответил я, не желая вдаваться в подробности. — Ещё как сможет. Потому что невинных существ здесь нет. Если на этом всё — можешь идти. У меня дела.
— Отступник должен умереть, покоритель тайн, — последовало неожиданное заявление, после чего библиотекарь атаковал мой источник информации, выпустив в него несколько весьма замысловатых техник. Они находились за гранью моего понимания — я с такими техниками ещё никогда не сталкивался. Вроде как передо мной стояло существо этапа владыка, а используемая им техника по силе равнялась божественной. При том, что у этапа бога нет техник!
Клон библиотекаря завалился на землю и захрипел от боли — его ноги испарились как что-то ненужное. Находись я на этапе алмазного зародыша бога, то этой атаки просто бы не заметил! Вот только времена нашей с Вилеей слабости остались в прошлом. Скульптура, отвечающая за божественный ранг, была наполовину живой, так что пропустить атаку я просто не мог. Техники не достигли цели, в то время как моя контратака оказалась неотразимой. Клон библиотекаря был силён — отрицать этот факт глупо. Вот только пользоваться своей силой в полную мощь он не мог. Понятия не имею, что его останавливало — отсоединения тела от разума, приказ Императора, какие-то другие ограничения. Важно то, что работать на полную силу он не мог. За что и поплатился — мне удалось перехватить опасную энергию и отправить её в нашу полуживую статую. Накатила неприятная тошнота — энергия Ци была «с душком». Однако это была энергия высокого этапа и отказываться от неё я не собирался.
Подняв лишившееся ног тело нитями, я подтащил его к себе. Несколько лечений убрали боль, из-за чего карлик перестал хрипеть. Убедившись, что он сконцентрировался на мне, я произнёс:
— Я знаю, что меня слышит основа. Тот разум, что порождает всех клонов, наделяя их физической оболочкой. Ещё одна подобная выходка и я начну на тебя охоту. Надеюсь, ты не думаешь, что изнанка является надёжным местом, где можно спрятаться? Если потребуется, мы с Вилеей развеем этот миф. Отступник поведал мне много чего интересного о том, где ты находишься и как заглянуть к тебе в гости. Не к клону — именно к тебе, основе. Знаешь, у меня ведь даже несколько раз мелькала мысль о том, что стоит поддаться на его уговоры и заняться тобой вплотную. Уничтожить того, кто дестабилизирует этот мир, а на его место поставить новую основу. Ту, что покинула тебя вместе с отступником. Я не поддался на первые уговоры, решив, что с тобой ещё можно работать, но после того, что сегодня произошло, у меня начали появляться сомнения. Вдруг мой новый союзник был прав и от тебя стоит избавиться? Тебя невозможно контролировать.
— Думаешь, сможешь контролировать его? — прохрипел карлик. Судя по его взгляду, чего-то хорошего в наших будущих отношениях ждать не придётся. Когда на тебя смотрят с такой ненавистью, тяжело рассчитывать на любовь и дружбу.
— Он связан с осколком Первородной Души, как один из твоих клонов. Что, не получилось забрать частичку своего тела? Так она больше тебе не принадлежит. Отныне у неё два владельца — мой союзник и один из твоих клонов. Только они обладают властью над этим осколком. Не ты.
— Ты обрёл силу, покоритель тайн. Но готов ли ты к ней? Ведь за любой силой приходит ответственность. Или те, кому эта сила нужней! Ты можешь делать с этим клоном всё, что пожелаешь. Он мне уже не интересен. Но, если ты решишь оставить отступника себе, мне придётся принять меры. Угрожаешь появлением в изнанке? Милости прошу в мой дом! Приходи и ты узришь всю мою силу и мощь! Ты едва не умер от встречи с нашими домашними зверьками, что будет, когда ты встретишься с их хозяевами?
— Зандр, мне скучно! — зевнула Вилея. — Ой, смотри какой неровный у нас участок в хранилище! Сейчас я его подравняю!
— Прекрати! — взревел карлик, как только часть тьмы в пространственной аномалии отступила, породив зелёную поляну. Вилея действовала без фанатизма, ограничившись несколькими квадратными метрами, но это метры она забрала именно у изнанки, а не притянула к себе уже сформированные участки. Библиотекарь задёргался, пытаясь вырваться из моих пут и броситься на Вилею, но ничего поделать не мог.
— Заметь — я не отказываюсь с тобой работать. Не собираюсь следовать рекомендациям
