Кто бы мог подумать, что именно у суккубы появится такое чувство опасности. —
Ты, мой дорогой и любимый Зандр, скажи лучше вот что — уничтожение города хоть какой-то смысл имело? Получил, что хотел? — Получил, — ответил я, переведя взгляд на новую сопряжённую структуру. Если структурой можно назвать два обнажённых тела, превратившиеся в одно целое. Во всех смыслах этого выражения. Развивать мысль мне не хотелось, так что на новые вопросы отвечать я не стал. Вместо этого подул сумасшедший ветер, что начал выметать чёрную пыль из гигантской ямы. Превратить её обратно в землю не получится — это уже инертная к любым техникам субстанция. Поэтому следует развеять эту гадость по окрестностям, а на её месте сформировать новую землю! Или, раз у нас появилась такая яма, целую сеть подземелий! С последним предложением я даже к семье обратился — как они смотрят на то, чтобы оформить многоуровневую сеть подземелий в Бристоне. Как показывает практика, порой это полезно. Будет ли полезно нам — вопрос.
Началась дискуссия, которую я практически не уделял внимания. Пусть спорят без меня — управлять всем этим хозяйствам предстоит им, а не нам с Вилеей. Куда больше меня сейчас занимал продолжающий претворяться трупиком отступник.
— И долго ты собрался так валяться? — спросил я, продолжая частью сознания избавляться от чёрной пыли. Наше помещение уже подняло на поверхность — я сформировал шпиль, что вывел нас на воздух.
Карлик открыл глаза и сел. Он продолжал молчать, но сейчас обмануть меня не сумел. Если раньше его сердце билось спокойно, сейчас оно бесновалось, готовое выпрыгнуть наружу. Ещё бы! Отступник стал един с осколком Первородной Души!
— Знаешь, если продолжишь молчать, я ведь могу эту связь и оборвать, — я показал, что прекрасно понимаю, что происходит с карликом. — Вновь отделить твоё сознание от тела и, если мы так и не придём к какому-то выводу, сдам тебя твоим бывшим братьям. Вместо того, чтобы заинтересовывать меня великими тайнами, ты молчишь и изображаешь из себя великого героя. Что же — это твой выбор, у меня нет права его осуждать. Для начала я тебя отсоединю.
Если кто-то думал, что я блефую — он глубоко заблуждался. Процесс присоединения я отработал, теперь мне хотелось понять, могу ли я отсоединить душу существа изнанки от его тела. О! Прекрасно могу! Проблем с этим вообще не возникло — стоило потянуть энергию из всех свои сформированных нитей, как отступник словно лет на сто постарел. Это при том, что он и до этого выглядел не очень свежо.
— Теперь мы с тобой…
— Постой! — карлик согнулся, словно его покинули силы, но всё же сумел протянуть в мою сторону руку. — Верни всё как было, и мы поговорим.
— Зачем мне это делать? — отступать я не собирался. Если и дожимать, то максимально.
— Ты получишь знания!
— Точнее, отступник! Практика общения с подобными тебе наглядно показала, что знания знаниям рознь. То, как правильно повязывать мантию — тоже знания.
Карлику с каждой секундой становилось хуже — резкое отлучение от кристалла не добавляло ему здоровья. Я дал себе ещё минуту, после чего собрался возвращать нити обратно — сейчас с этим проблем вообще не будет. К третьему разу уже научился. Зачем мне нужен отступник? Из-за его знаний, чтобы им пусто было. Этот крон может быть мне полезен, осталось его только дожать. И через двадцать секунд у меня это получилось! Упав на колени, отступник начал хрипеть, но всё же собрался и, подняв голову, заявил:
— Если ты вернёшь мне тело, узнаешь о том, как уничтожить разум моего родителя! Существа изнанки, что желает стереть ваши миры, не станет. Но на его место придёт тот, кто был рождён в этом мире. Тот, кто будет служить тебе верой и правдой, заменив собой породившую его тварь. Такие знания тебя устроят?
Глава 17
— Ты хотел со мной встретиться, — произнёс я, глядя в глаза одному из библиотекарей. Я сидел в центре пустого пространства, что когда-то носило гордое название «город Бристон». Сейчас от города остались лишь наполовину уничтоженная внешняя городская стена, комната с осколком Первородной Души, да портал, что я швырнул неподалёку от себя. Всё остальное было уничтожено. Посовещавшись, советники и главы клана Панд приняли ответственное решение — в Бристоне не будет никаких подземных уровней. Плодить преступность, чтобы потом за ней гоняться, мы не станем. Поэтому мне пришлось потрудиться — выдув всю чёрную пыль, я заполнил огромную яму землёй, уплотнив её до состояния камня. Камень был сформирован силой медного бога, так что вздумай я проводить эксперименты с очисткой ещё раз, проблем для города больше не возникнет. Во всяком случае, я на это очень сильно надеюсь.
— Смотрю, у тебя возникли проблемы, покоритель тайн, — произнёс карлик. Он прибыл в город через внешний портал и сейчас вальяжно расхаживал по земле, абсолютно ровной, как тихая водная гладь. Проблема, о которой намекал библиотекарь, заключалась в том, что у Вилеи не получалось сформировать червоточину в Бристон на стороне демонов. Трижды моя жена пробовала пробиться на ту сторону, и каждый раз червоточина открывалась в нескольких сотнях, а то и тысячах километрах от искомой точки. Третий круг мира демонов был слишком велик, а второго координатора червоточин у нас под рукой не было. Теперь стало понятно, почему их всегда было двое — один со стороны мира демонов, другой со стороны мира людей. Для того, чтобы гарантировать прокол в двух нужных точках!
— Это не проблемы. Так, мелкий дискомфорт, — я лишь пожал плечами. — У Вилеи нет ограничений по количеству червоточин. Не получится с десятой попытки — получится с сотой. Тысячной. Миллионной, если на то будет воля Неба. Время нас не подгоняет. Мало того — здесь, как видишь, остались лишь стены. Значит, мы сможем перенести Бристон в любое другое место.
— То есть договариваться ты не собираешься, — недобро зыркнул на меня карлик.
— Всё зависит от условий этих самых договорённостей. Мне необходима червоточина и восстановление города. Что нужно тебе — огромный вопрос.
— Воссоединение, — тут же последовал ответ. — Нам нужно воссоединиться с телом!
— Чтобы тут же убраться из наших миров, превратив их в руины?
— Я не понимаю, о чём ты, покоритель тайн. Каким образом моё воссоединение превратит эти миры в руины?
