На пороге стояла Виктория с пакетом в руках.
– Я набралась наглости прийти без приглашения и предупреждения, вот, вещи принесла. – Девушка приподняла пакет. – Зашла в подъезд с кем-то из жильцов.
– Тебе ее набираться надо? По-моему, у тебя ее через край. Заходи, раз принесла. – Света отошла в сторону, пропуская незваную гостью. «Теперь я веду себя, как хамка». Уже мягче пригласила.- Заходи.
– Мне надо было позвонить, я понимаю. Если я некстати, то просто оставлю пакет и уйду. – Вика смотрела на хозяйку квартиры. «Вид у нее… даже слова не подберу… истерзанный какой-то, а тут я еще…».
– Ничего, раздевайся, кофе будешь? Прости за мой вид, не ждала гостей.
– Буду. – Вика сразу воспользовалась предоставленной возможностью.
Когда напряжение первых минут прошло, и девушки сидели мирно пили кофе, разговаривая о всяких мелочах. Вика решилась задать интересующий ее вопрос.
– Свет, я все хотела спросить. Вы с Олегом кто друг для друга? Если не хочешь, не отвечай, конечно.
– Друзья и никто больше, хотя нет, еще коллеги. А ты решила, что мы любовники. – Фраза прозвучала как утверждение, а не вопрос.
– Вообще-то да, до того момента, как не увидела тебя в клубе с той девушкой, потом я засомневалась. – Вика замялась, решаясь на следующий вопрос.
– По логике следующим вопросом должен быть: «а кто для тебя та девушка?», я правильно понимаю? – Опередила ее Света и немного улыбнулась, увидев, как Вика кивнула, не поднимая глаз. – Тоже не то, что ты подумала – это моя университетская подруга.
– Ясно, прости, что лезу в твою жизнь. – Вика решила прервать временно допрос о личной жизни девушки. – Вообще то, я пришла еще по одному поводу.
– И опять я догадываюсь, что это за повод. Мне тоже будет полезно, если ты посмотришь мои рисунки. Кроме друзей и нескольких знакомых их никто не видел и никто из них не является специалистом. Пойдем, будешь моим критиком.
– Ты меня читаешь, как открытую книгу, – усмехнулась Виктория, вставая и направляясь за Светой.
***
Заправив кровать, Света предложила гостье присесть, доставая папки с рисунками и пододвигая ближе стопки холстов на подрамниках. Рассматривая работы Светланы, Вика делала очень полезные замечания по технике, некоторые откладывала в сторону, те, которые на ее взгляд, получились лучше всего.
– Вообще ты молодец. Училась когда-нибудь рисовать?
– В детстве только, художественную школу окончила. Потом долго не брала в руки ни кисть, ни карандаш. Год назад снова начала, так и продолжаю до сих пор.
– Вот эти работы у тебя замечательные. Нравится женское тело? – Вопрос был задан опять с заминкой.
– Как видишь… все твои вопросы для того, что б выяснить какой я ориентации? – Она лукаво посмотрела на Вику, видя, как девушка испытывает неловкость от прямо поставленного вопроса. «Надо же, а она не такая уж и самоуверенная».
– Да. – Все, что смогла ответить Вика.
– И поэтому, думая, что я предпочитаю мужчин, ты начала на меня нападать? – Света улыбалась уже шире.
– Близко к истине.
Девушки продолжали разговор о рисунках, вперемешку с воспоминаниями о прошлых стычках. Их общение стало легким и приятным. Свете нравилось, как стали складываться их отношения, невольно она вспомнила, как у них все начиналось с Вэл. Все было сложно с самого начала и никогда не было такого общения «на одной волне», нашла она нужное определение. «Мы никогда не были на одной волне. Я жила в норе своей вины, сомнений и неуверенности. Трудно удержать на волне человека, который не умеет плавать, да Вэл? Ты научила меня плавать, самым простым и жестоким способом, бросив в воду и оставив в ней. Жестоко, но, как выяснилось, эффективно ты меня научила. Выбор у меня был не большой, научиться или утонуть. Я научилась. Поблагодарила бы тебя, если бы нашла после того, как встала на свою волну». Очередной вопрос вырвал ее из размышлений.
– Свет, у тебя есть кто-нибудь? Я имею в виду, человек, которого ты любишь.
Девушка не поняла, как и что произошло. В голове острой болью отозвался этот вопрос. «Есть ли у меня такой человек? Или нет? Вэл! Ты есть или тебя нет?».
Вика смотрела, как Света замерла, а потом ее плечи вздрогнули. Девушка обняла себя руками и, чуть покачиваясь, начала произносить как заклинание:
– Я устала… я устала… я устала… я устала… я устала… я устала…
Вика опешила от такого развития событий, вызванного ее вопросом. Потом она просто обняла Свету. От этих объятий и теплоты человеческого тела рядом, слезы неконтролируемым потоком хлынули из глаз девушки. Прижавшись ближе, она плакала, не сдерживаясь. Плакала… и с этими слезами выпускала из себя все то, что мучило ее. С каждой новой каплей слез освобождаясь от боли. Эти слезы смывали оковы, сковывающие ее сердце и душу. Когда слезы закончились, а плечи перестали вздрагивать, Света не отстранилась от этих рук, предложивших ей свою защиту и заботу. Они долго еще сидели молча.
– Прости меня за эту истерику. – Прошептала Света.
– Не извиняйся – это я виновата, допытывала тебя весь день. – Опять повисло молчание. Света вдруг почувствовала, как до ее виска дотронулись теплые губы.
– Мне умыться надо. – Света не могла сама отстраниться от Вики. Но после этих слов руки последней покинули ее плечи.
– Конечно, а мне, наверно, пора уже идти, дать тебе отдохнуть. – Вика встала с кровати.
Света, оставшаяся сидеть, взяла ее за руку.
– Останься со мной сегодня. – Прошептала она, глядя снизу вверх в зеленые глаза.
Эта ночь была наполнена нежностью. Бережные руки, нежные губы, чарующий шепот, жаркое дыхание, взгляды, проникающие в душу – все это слилось в одном прекрасном танце любви. Танец, который заставлял сердце Светланы биться в новом ритме, заставлял дышать по-новому, приглашая войти в новую жизнь. Жизнь, которая началась на следующее утро, наполнившись новым смыслом, новыми желаниями и стремлениями.
Глава 8
– В Арамболь, пожалуйста, к сёрфинг клубу. – Забросив сначала сумку, а затем сев сама, сообщила она таксисту.
Вэл направлялась в гэстхаус из десяти бунгало. Вот «Surfing club», безлюдный и тихий днем, она улыбнулась и замедлила шаг. Солнце пробивалось сквозь пальмовые кроны, рассеиваясь на песке с островками травы. Завидев высокую плетеную изгородь, которая тянулась вокруг стоящих рядом друг с другом таких же плетеных бунгало с крышами из пальмовых ветвей, опять ускорила шаг. Войдя внутрь изгороди, прошла к самому большому сооружению.
– Мариса, ты здесь? – Позвала на хозяйку.
На ее голос вышла статная женщина лет пятидесяти пяти, одетая в легкие брюки и такую же рубашку, невероятно ярких цветов. Всмотревшись в стоящую пред ней посетительницу, она вскинула в эмоциональном приветствии, присущем представителям Италии, руки.
