совсем не обрадовала. В широкой словно рыбацкие сети паутине висели три тарантула, каждый величиной в три фута. В свете фонарика тускло поблёскивали голубые хитиновые покровы. Черные глазки хозяев пещеры сверлили незваного гостя весьма недружелюбным взглядом. О хищной натуре недвусмысленно свидетельствовали разбросанные на земле кости мелких животных.
Стараясь выглядеть увереннее, Митч улыбнулся и предпринял попытку наладить контакт с мерзким членистоногим.
— Привет, парни! Отлично выглядите.
Комплимент никак не подействовал на настроение пауков. Самый крупный из всей троицы издал угрожающий клокочущий звук и задвигал изогнутыми клыками, торчавшими вокруг его пасти как турецкие ятаганы. Заслышав боевой сигнал, его мохнатые членистоногие собратья начали медленный обход добычи с флангов.
— Парни, вы чего? Может обойдёмся без крайностей? — Митча прямо-таки обескуражил столь нерадушный приём. — Занимайтесь своими делами, не обращайте на меня внимания. Я тут пару минут постою, и всё. А что вы обычно делаете? Едите всё, что движется?
Тарантул снова заклокотал и сполз по паутине вниз ещё на пару дюймов. Из паучьего брюха, сверкнув кинжальным лезвием, вылезло наружу острое жало. На конце его повисла мутная желтая капля яда. Митч понял, собеседование с хищными тварями не его тема, и с ней пора завязывать. Не искушая больше судьбу, он развернулся и пулей вылетел из пещеры.
Лунную сумрачность прорезывали лучи лазеров, воздух сотрясался от звуков винтовочных выстрелов. Повертев головой в поисках более безопасного убежища, он увидел нечто, напоминающее разбитый остов старого джипа, на котором не было ни единого колеса.
— Ого, колеса уже и на Луне воруют! — удивился журналист и поспешил к новому укрытию.
От лазерных сгустков водная гладь бассейна бурлила точно в джакузи. Оттуда одна за одной выпрыгивали серебристые лягушки и набрасывались на военных. Земноводные на Луне явно не отличались мирным характером. Друзьям пришлось переключиться на новую угрозу. Отстреливая маленьких хищников, Дэвис весело крикнул приятелям:
— Зубастики несомненно хотят нами пообедать!
— Предлагаешь закончить бой паническим бегством от каких-то ластоногих пираний? В моей карьере такого еще не было! — возмутился сержант и раздавил прикладом прыгнувшую ему под ноги лягушку. — Не тратьте зря патроны, друзья!
Земноводные конвейерным потоком выплёскивались из бассейных недр. Они кидались на людей с таким оголодавшим зверством, что Скотт уже начал сомневаться, кормили ли Готы своих тварей когда-либо. От бесконечных взмахов винтовкой по лягушачьим головам заныло плечо. Краем глаза сержант видел, что Чарли и Дэвис следуют его приказу и, морщась от отвращения, давят злобных тварей ботинками и прикладами. Лягушки лопались под рифлёными подошвами как воздушные шарики. Прибывшее из воды земноводное пополнение сообразило, что к чему, и сменило тактику. Вместо целенаправленных нападений лягушки хаотично прыгали в разные стороны. Серебристое мелькание мешало сфокусироваться, и военные растерялись. Тифлоны хохотали, опустив оружие. Созданные по человеческим образу и подобию, повеселиться они любили, да и про дурной нрав земноводных тварей знали прекрасно, потому и стрельбу вели не столько по противнику, сколько по водной глади бассейна.
В штанину Скотта мертвой хваткой вцепилась толстая лягушка. Резкий рывок ногой, и лягушка отлетела в сторону. Правда, вместе с куском сержантских штанов. Голодная хищница не замедлила проглотить добычу.
— Эти бестии жрут все подряд!
Пока Скотт дивился чьей-то прожорливости, рядом уже вопил и вертелся волчком Чарли.
— Ай, черт, больно!
На ягодицах военного, по-бульдожьи сжимая челюсти, висела зубастая лягушка.
— Стой, не двигайся! — крикнул сержант.
Чарли замер. Скотт прицелился.
— Друг, умоляю, только не промахнись.
Выстрел сержанта к большой радости его товарища оказался довольно метким. Тифлоны, довольные представлением, повалились на землю от хохота.
Митч осторожно высунул нос из-за разбитой машины. Он ещё не знал, ему вновь не повезло с укрытием. Из-под разодранного сиденья вылезла жирная белая гусеница, изображение которой красовалось на коробке в продовольственном складе Готов. Журналиста передёрнуло от омерзения. Насекомых он терпеть не мог. Следом за первой вылезла вторая, затем третья, четвёртая. Полуметровые хозяйки жилища, видимо возбужденные появлением человека, расползлись по салону джипа, и к ужасу Митча, по нему самому. Он едва успевал брезгливо сбрасывать их с себя.
— Да отстаньте же от меня, — взмолился он и затряс ногой. Из левой брючины вывалилось насекомое.
Их было столь много, что журналист даже не заметил, как одна гусеница проползла по его спине и уселась на плече. Большие зеленые глаза кокетливо уставились на Митча. Гусеница, явно соблазняя человека, опустила веки, демонстрируя свои длинные ресницы, и томно вздохнула.
— Даже не мечтай! — бескомпромиссно отверг намек журналист. — Своих парней не хватает?
Он брезгливо сбросил зеленоглазую совратительницу на пол. Гусеница обиженно фыркнула и уползла под кресло. Однако, поступая столь грубо, Митч пренебрег известной на Земле истиной — отвергнешь женскую любовь, жди неприятностей. Из-под кресла послышался тонкий голосок расстроенной многоногой красотки, и через мгновение оттуда выполз самец. Следом показалась голова самой гусеницы.
— Нажаловалась уже? — хмыкнул Митч. — Я тут ни при делах.
Зеленоглазая подстрекательница что-то пропищала бойфренду. Самец развернулся, весь извиваясь от негодования, и угрожающе уставился на человека. В отличие от женских особей выглядел этот мачо далеко не так привлекательно. Отвратительная морда с отвисшими щеками напоминала бульдожью. Из-под оттопыренной нижней губы торчали два острых клыка. Выяснять отношения с хозяином ползучего гарема журналист не захотел и поспешил убраться из машины.
Дела у военных шли чуть успешнее, чем у Митча. Они наловчились планомерно выхватывать из хаотично снующих вокруг лягушек отдельных особей и уничтожать их одну за одной. Лягушки поняли, эта добыча им не по зубам, и убрались назад в бассейн. Необъявленное перемирие с Тифлонами закончилось, и Скотт, Чарли и Дэвис вновь открыли огонь по роботам. Поражаемые меткими выстрелами землян, Тифлоны валились на землю, как подкошенные.
Ричард и Люси по-прежнему укрывались за углом здания из серого камня. Устав от долгого стояния, они присели на вытянутый валун. Вся его зеленоватая поверхность была испещрена извилистыми канавками. Напуганная шумом выстрелов девушка в страхе прижалась к молодому ученому. Ричард, успокаивая, обнял ее за плечи.
— У меня дурное предчувствие, — вздохнув, сказала Люси. — Мы скоро расстанемся.
— Не говори так. Мы никогда не расстанемся, — ответил Ричард, пытаясь внешне сохранять свое обычное спокойствие, но внутренне напрягся. — Наши военные отлично справляются со своей задачей.
— Причина не в них, — покачала головой девушка.
Ричард взглянул в голубые полные грусти глаза Люси и вздрогнул, расставаться с девушкой, пусть даже сделанной из резины, ему совсем не хотелось. За то время, что они прожили вместе, он настолько привык к ней, что уже не представлял своей дальнейшей жизни без неё.
Тем временем суетливые поиски убежища привели Митча к внушительной куче беспорядочно сваленных на земле
