информацию, — откликнулся Радов, но без особого энтузиазма.
Достоверность получаемых сведений может содержать критические пробелы — мысленно закончил за него я. Так в общем-то и делалось при прошлом князе. Его вводили в курс дела настолько насколько это было необходимо. Следом шли уверения, что все в порядке и Удел развивается ударными темпами. К чему это привело все знали.
— Это была идея Бельских? Чтобы вы меня учили, — «догадался» я.
Первый Советник скорчил рожу, словно лимон сжевал. Предполагалось, что я не узнаю о договоренностях между двумя ветвями власти, Юлии уже высказали за слишком вольное трактование понятия конфиденциальности.
— Мы все пришли к мнению, что вам необходимо знать основы, чтобы понимать принципы управления Уделом. К тому же, это отвечает нашим общим интересам, — туманно ответил Радов.
Ну да, это энтузиазм от этого у тебя прямо на физиономии написан — мысленно хмыкнул я, но вслух ничего не сказал. Вместо этого вдруг вспомнились слова Юлии, сказанные в ходе тренировки:
'Хлад ломает железо, как спички, заключает в свои оковы и стирает в мелкую пыль. Я говорю не про боевые заклятья, а про чистую стихию. Я видела, как выгибались и трескались листы брони, должные выдержать попадание стодвадцатимиллиметрового боеприпаса. Все эти боевые заклятья, по сравнению с ним чистое баловство. Если ты научишься контролировать его, тебя не смогут остановить. Но если не научишься, сила тебя пожрет, и ты станешь одержимым. После этого, в любом случае долго не протянешь, либо умрешь сам, вымороженный изнутри, либо тебя убьют другие одаренные.
— Тогда зачем это все? — я кивнул на столб. — Обучение заклятьям, если от них мало толку?
Девушка усмехнулась.
— Во-первых, кто сказал, что от них мало толку? Я лишь указала на то, что по сравнению с ними чистая стихия всегда выигрывает. А во-вторых, ты должен понимать принципы работы магической энергии'.
И теперь Радов и остальные Советники тоже хотят, чтобы я понимал принципы работы, но только экономики. Политика и экономика, два сапога пара, всегда идущие рука об руку друг с другом.
— Кхмм… продолжим, — строгим голосом произнес Радов, но в этот момент в дверь постучались. Через секунду в проеме мелькнула рыбья физиономия одного из помощников из канцелярии. Тусклый голос печально произнес:
— Простите Яков Сигизмундович, но вас срочно требует Екатерина Львовна.
Голос бесцветный, безжизненный, словно у автомата. Водянистые глаза на мгновение уставились на меня, но тут же пугливо соскользнули дальше. Весь какой-то прилизанный, но лишенный живости, человек напоминал странный механизм, созданный для выполнения строго заданной функции. Он даже в эмоциональном фоне почти не читался.
Зато Радов светился словно елка от раздражения. Хотя обычно бывает закрыт. Может защитный артефакт разрядился? Или хуже контролирует себя из-за надоевшего урока?
Советник уверенно шагнул к двери.
— Можете не спешить, — великодушно разрешил я.
Мужчина дернулся, словно споткнулся, физиономия пошла красными пятнами, но быстро справился с собой. Тонкие губы растянулись в вежливой улыбке.
— Разумеется, ваша светлость. Благодарю. Продолжим урок позже, — и вышел из зала.
Подумав, я неспешно последовал следом, выйдя в коридор.
Три года назад резиденцию полностью перестроили согласно современным стандартам. Здесь имелась обширная библиотека, несколько просторных конференц-залов, оборудованных по последнему слову техники, сауна, бассейн и даже спа-салон с массажистками, жилые помещения, многочисленные ванные комнаты, и черт знает что еще, о чем мне не рассказали. Где-то в здании точно прятался центр правительственной связи, потому что на крыше я видел, как минимум три массивных спутниковых тарелки, и крошки эти явно предназначались не для просмотра мультиков.
И конечно охрана, она была тут везде. Причем смешанного типа. Где-то мордовороты в темных костюмах, где-то солдаты в полной боевой выкладке. Такая пестрота сначала путала, потом разобрался: вояки держали внешний периметр и крайне редко заходила внутрь, бодигарды занимались внутренней безопасностью.
Сам комплекс резиденции был огромный, состоял из нескольких корпусов, соединенных между собой переходами и крытыми галереями. В одной из таких галерей с широкими панорамными окнами я натолкнулся на Юлию. Девушка куда-то спешила.
— Что случилось?
Княжна притормозила, похоже не собираясь останавливаться, но потом передумала и задержалась.
— Один из накопительных складов с готовым к отправке Конденсатом полностью уничтожен. Снова напала группа европейских наемников, охране удалось уничтожить половину, но остальные ушли, — глаза княжны сверкнули, пальцы сжались в кулак, оставшиеся фразы прозвучали шипением: — И это несмотря на усиленные меры безопасности. Кто-то хорошо знал, куда и как бить, — она помедлила и уже спокойным тоном резюмировала: — У нас серьезные провалы в системе защиты.
Было видно, что признание далось ей с трудом.
— Чем были вооружены нападающие? — спросил я.
— Что? — на меня подняли недоумевающий взгляд.
— Нападающие, чем они были вооружены? — я повторил вопрос.
На лбу княжны мелькнула складка задумчивости. Я продолжил давить:
— Обычным оружием? Или с магической составляющей, вроде разрядника?
Стоило отдать должное сообразила она быстро куда я клоню, соотнося известные факты.
— Намекаешь на Лидию? — вопрос прозвучал утверждением.
Я даже растерялся от подобной догадливости. У девки в голове не мозги, а компьютер. Или это результат работы развитой интуиции? Для боевых магов это тоже важно, наравне с хорошей реакцией.
— У нее есть для этого все возможности, — я пожал плечами.
После всего случившегося, я стал лучше угадывать, когда люди лгут. Не всегда и небезупречно, но достаточно, чтобы понять, что слова о долге перед умершим князем и обещанием помочь, сказанные корпоративной наемницей были ложью. Понятия не имею, зачем она тогда звонила в номер, но точно не для того, чтобы заверить в добросердечности, тем более верности.
— Она в курсе внутренней кухни клановых междоусобиц, имеет необходимые знания и опыт для проведения атак, у нее есть связи, чтобы достать необходимое оборудование и оружие. И у нее наверняка полно знакомых наемников, готовых подписаться даже на самое опасное дело, если хорошо заплатят, — я развел руками, как бы говоря — выводы
