Ведь Луи не придется разводиться со мной.
Джоан вспомнила, как лекарь осматривал ее. Ей это совсем не понравилось. И как они определили, что она здорова, все равно не поняла. Что такого они могли там увидеть? Но Джоан, как и Лотта, доверилась словам шарлатанов, именующих себя лекарями. Не только ведь амазонки выдумывают нелепицы.
– А мне тоже нужно научиться делать ребенка?
– Поверь, Эрик сделает все сам. – Лотта вдруг смутилась, потому что никогда ни с кем не обсуждала постельные секреты. Ее саму никто не учил этому. – На самом деле неприлично обсуждать секс.
– Это то, чем занимаются мужчина и женщина, чтобы появились дети, да? Но почему об этом неприлично говорить? Все же им занимаются. Иначе откуда столько людей?
Лотта покраснела, но вдруг задумалась. Действительно, а почему столь естественное действо считается постыдной темой?
– Не знаю.
– А ты покажешь, что будет со мной делать Эрик?
Лотта стыдливо хохотнула и почувствовала себя обязанной поведать Джоан об интимных связях с будущим мужем, предупредить, что ее ждет.
– Показать не смогу. Но попробую рассказать все, что знаю. У мужчины между ног есть такая кожаная палочка, иногда она становится твердой.
– Насколько твердой?
– Достаточно, чтобы проникнуть внутрь. У тебя есть особое место для этой палочки. Чтобы в первый раз все прошло менее болезненно, ты должна покорно лежать и позволить Эрику просунуть эту палочку тебе между ног.
– А она острая?
– Что? Нет! – Лотта прикрыла рот, чтобы не рассмеяться: так стыдно ей еще никогда не было.
– Почему тогда болезненно?
– Так всегда происходит в первый раз. Потом тебе понравится, обещаю.
– Я даже сама себя там не трогала, а теперь в меня будут тыкать кожаной палочкой.
Лотта оглянулась по сторонам, чтобы удостовериться, что их никто не подслушивает, и шепотом спросила:
– А зачем себя там трогать?
– Так амазонки иногда делали. Мне кажется, им это нравилось.
– Только мужчина может прикасаться к этому месту! Но это действительно приятно. Так вот, потом в тебя попадет семя, благодаря которому ты можешь понести ребенка.
– И сколько раз нужно это делать? Одного раза недостаточно?
– За один раз у меня никогда не получалось. У меня и через пять попыток не всегда наступала беременность. Чем чаще, тем больше шансов. Когда каждую луну у тебя перестанет идти кровь, значит, все получилось, и вскоре твой живот начнет расти.
– Я буду толстой?
– Не сразу и лишь временно. Родишь и восстановишься для следующего малыша.
– А сколько детей я должна родить?
– Чем больше, тем лучше. Роды очень болезненный процесс, но оно того стоит.
Джоан подумала о том, что лучше бы дети росли на деревьях. Мысль об Арде тревожно отозвалась в сердце, но плохие воспоминания быстро улетучились, стоило ей увидеть на балконе Гаррета, наблюдающего за ними. Он с улыбкой подмигнул ей, и Джоан от волнения снова прослушала, что сказала Шарлотта.
– Джоан, ты опять меня не слушаешь? – с упреком спросила Лотта.
– Я хочу потренироваться! – внезапно выпалила она. Почему-то это показалось ей хорошей идеей, чтобы привлечь к себе внимание Гаррета. Конечно, она до сих пор не умела правильно использовать женские чары, поэтому не понимала, как глупо себя ведет. Но Гаррет не был напыщенным лордом или даже слугой, рожденным в стенах замка, и его, напротив, позабавило поведение принцессы, когда она украдкой махнула ему рукой, чтобы он продолжал смотреть.
Лотта замерла как вкопанная, не заметив знаков от девушки стражнику.
– Что? О чем ты говоришь?
– Ты многому научила меня за эти два месяца, Лотта, – ответила Джоан. – Я тоже хочу тебе кое-что показать. Хочу научить тебя сражаться! Это ведь очень важно, особенно за стенами замка.
– Девушкам не положено брать в руки оружие, мы уже говорили об этом. – Шарлотта мило улыбнулась, приобняв Джоан за плечи.
– Нас никто не увидит! Вон, возьми палку, – Джоан указала на ветку, валявшуюся под деревом. – Я себе тоже найду.
Лотта оглянулась посмотреть, не заходит ли кто в сад, но увидела лишь стоящего на балконе Гаррета. Рассмеявшись, она схватила палку и встала в стойку, которую видела на тренировках Луи. Когда Джоан обернулась на нее, то прыснула со смеху и подошла ближе, чтобы показать, как правильно держать меч. Лотта нисколько не смутилась и внимательно слушала еще не обученную манерам сестру мужа.
– Вот так, немного согни колени, а потом делай выпад вперед! – Джоан встала вплотную к Шарлотте и, придерживая одной рукой за кисть, показывала, как правильно наносить удары.
– У меня получается, да? В платье неудобно, – хохотала Лотта.
– Ты учишься бою на мечах лучше, чем я танцам и пению, – с досадой отозвалась Джоан.
Гаррет с балкона наблюдал за тем, как они бегают по саду, смеясь и размахивая палками, как воины. Он улыбался, а иногда тихо смеялся, когда Джоан восторгалась успехам Лотты, пока к нему не подошел Уилл.
– Кажется, она здесь освоилась. Все гораздо лучше, чем мы могли представить. Даже знатного жениха ей везут, а не с каким-нибудь старым лордом сватают. Скоро и Араксана отпустят, и ты сможешь вернуться к своей Кейл. Жаль, что мне тоже придется уехать – тут отменно кормят, удобные кровати, а девушки-то какие! Ты, видел сколько здесь девушек? Сплошная услада для глаз.
Гаррет оторвал взгляд от зрелища в саду и повернулся к другу.
– Она не хочет выходить за него замуж. Согласилась только для того, чтобы Араксана отпустили. И потому что мы ее в этом убедили. – Улыбка сошла с лица Гаррета.
– Гаррет, ну ты сам подумай, она всю свою жизнь спала под открытым небом, а здесь теплая постель, ее одевают, кормят чуть ли не с рук. Ей здесь хорошо, гляди, как она резвится с Шарлоттой! Удивительно, как быстро они сдружились, будто с детства росли рука об руку. Она счастлива. Я не вижу причин сопротивляться свадьбе… И потом, если Эрик такой же милый, как его сестра, то лучшей участи для Джо и представить нельзя.
– Она не сопротивляется потому, что верит нам и совсем не понимает, что ждет ее на самом деле.
– И что ты предлагаешь? Сомневаюсь, что Джо намеренно дадут в обиду.
– Ты прав, но я бы хотел сопроводить ее до Элрога, когда они отправятся туда. Вдруг ей будет нужна наша помощь.
– Какая помощь, Гаррет? Сами, что ли, не доедут? – спросил Уилл. – Ты забыл, что сказала королева? После свадьбы мы должны уйти. Для нас и так много всего сделали. Эти месяцы я провел лучше, чем за несколько столетий своей
