замахнулась и в последний момент увидела испуганные глаза Марии-Луизы.
— Черт побери, Лия, это я! — воскликнула подруга, отскочив на метр назад.
— Лу! Зачем так пугать? — прошипела в ответ.
Сердце бешено стучало в груди. Мне казалось, еще чуть-чуть — и я выплюну легкие на адреналине.
— Ты меня чуть не стукнула! — голос подруги звучал обиженно. Я тревожно выдохнула.
— Прости…
Лу всё поняла. Мне не удавалось расслабиться в такой обстановке. Я чувствовала себя на взводе, и это было видно со стороны.
— Но больше так не делай, — добавила я и попыталась успокоиться.
— Ладно-ладно. Я не хотела тебя напугать…
Вернувшись к надуванию кровати, я тихо ответила:
— Всё в порядке.
К вечеру, когда палаточный городок был разбит, наша группа сидела у костра в ожидании ужина. Кто-то бренчал на гитаре, кто-то крутился у котлов, помешивая варево, я же устало откинулась на пледе, чувствуя, как шершавая кора дерева врезается в кожу на спине. Прохладный воздух наполнял легкие, но я чувствовала себя паршиво. Не было такой радости, которая могла бы обнять меня в своих объятиях. Была лишь усталость и злость.
Финн с Тео пришли чуть позднее, взяв пластмассовые тарелки с едой, и уселись около меня и Марии-Луизы. На ужин была сварена армейская гречка с курицей и приправами, овощной салат и компот. Никакого алкоголя. Но были личности, которым удалось пронести с собой в термосах пойло.
Весь ужин я молчала. Тео тоже. Мне казалось, что он избегает меня весь день, хотя и сама я была ничуть не лучше его в поведении. Вечер начал набирать обороты лишь тогда, когда Маркус решил сыграть на гитаре знакомую всем песню.
Звук трескающегося костра. Щебетание ночных птиц. Надоедливое жужжание комаров и веселая песня не в лад голосом Маркуса. Он пел дурацкую песню. Слова не вязались, словно Маркус придумывал их на ходу. Однако некоторые из студентов поддержали парня и гнусаво подпевали.
К Тео подсела одна из его бывших. Якобы случайно, поближе к огню, хотя места было полно. Из-за комаров, которые пытались нас Питать, многие ушли в свои палатки, чтобы посмотреть фильм на телефоне или же поиграть в карты. Мне не хотелось уходить в палатку, хотя я чувствовала себя неуютно возле костра. Мне и так надоели стены университета и дома, поэтому, стиснув зубы, я пыталась абстрагироваться от разговоров и ужасного голоса Маркуса, который продолжал завывать под гитару.
Оглянувшись по сторонам, я поняла, что Мария-Лу и Финн испарились.
— А куда Лу подевалась? — спросила я вслух, и Тео наконец-то обратил на меня внимание. Он ковырял тонкой палкой пепел, что оседал за пределами костра.
— Наверное, пошли развеяться…
— Тео, спой! — попросила Берта, а у меня сразу же подступил ком ревности к горлу.
Кто-то нежно улыбнулся.
— Я не пою.
— Ну пожалуйста! — настаивала она, и змеюки ее поддержали.
— Да, спой, пожалуйста! — произнесла кокетливо София, и я почувствовала, что меня вот-вот вырвет.
— Давай, чувак, — поддержал их Маркус, передав гитару. Заметила, что Тел кинул на меня любопытный взгляд.
— Ладно, но только одну!
Тео откашлялся и, взяв гитару поудобнее, вдохнул полной грудью.
Я не успела и глазом моргнуть, как приятный низкий бархатный мужской баритон, словно завораживающий раскат молнии, полился из уст Тео. Я замерла.
Du bist das Wasser in dem ich tauch´. (Ты — вода, в которую я окунаюсь).
Практически на предыхании пропел Тео. Его взгляд был направлен в темноту, что расстилалась плотным полотном впереди нас.
Du bist die Brandung, der ich am liebsten lausch´. (Ты — морской прибой, который слушаю с упоением)
Каждое слово пронзило мою душу острой иглой от слов, что слышала в песне.
Hät nie gedacht, das es mal sowas gibt. (Никогда бы не подумал, что может быть такое)
Тео перевел свой взгляд на меня. Его тонкие и длинные пальцы умело ласкали натянутые струны на грифе, будто бы боялись, что нейлон вот-вот лопнет. Тео касался их настолько нежно, что мне казалось, всё это магия.
Jetzt sing ich dir´n deutsches Liebeslied.(Но сейчас я пою тебе немецкую песню о любви)
Слова из песни «Sarah Connor Deutsches Liebeslied»
Мое сердце пропустило один удар, когда Тео исполнял свою мелодию без пристального взгляда на гитарный гриф. Было что-то необыкновенно завораживающее в его проигрыше.
Глаза, холодные и одновременно зажигающиеся ярким светом костра, безжалостно проникали в самые глубины моей души.
Между нами растаял лед недоверия.
Тео улыбнулся с такой нежностью, что моё сердце, казалось, замерло на мгновение, чтобы насладиться каждым его выражением лица. Слова, которые он произносил, были лаской для моих ушей. Они проникали глубоко в мое сердце, вызывая мурашки на коже и пульсацию в каждой клеточке моего тела. Каждая его фраза была искренней, словно он знал, как дуть на угли моих эмоций, чтобы разжечь яркий огонь любви и страсти. В тот момент я почувствовала, что наконец-то нашла то, что всегда искала, — искреннюю связь, которая придала новый смысл моей жизни. Эта связь была сильной и непоколебимой, словно древо, укорененное глубоко в земле. Мы были две души, соединенные невидимыми нитями, и каждый день с ним был новым приключением, новым открытием и новой возможностью стать лучше.
Глубоко в душе я верила, что эти глаза будут светиться для меня всегда, даже в самые темные моменты. Они были как две ярких звезды на ночном небе, которые умели разгонять страх и сомнения, превращая их в ничтожные и мимолетные тени. Когда они смотрели на меня, словно лучи солнца проникали в туман моих мыслей, согревая и наполняя сердце нежным теплом.
В этом был весь Тео. В этом были все его искренние чувства. Я знала и видела это.
Когда песня закончилась, Тео приложил ладонь к гитарному грифу и расплылся в улыбке, продолжая смотреть на меня влюбленными глазами. Я ощутила, как сердце замирает, словно время замедлило свой ход.
— Чувак, это было круто! — воскликнул Маркус, хлопая в ладоши. Я поддержала друга Тео и тоже похлопала ему.
— Спасибо, — довольно ответил Тео.
— Давай еще что-нибудь сыграешь? — попросил Маркус, наклоняясь вперед к Тео. — Что-нибудь веселое?!
— Нет, — твердо ответил Тео, передавая ему гитару. — Мы договорились на одну песню!
— Да ладно тебе, — перебил его Маркус, поворачивая кепку козырьком назад. — Всем же было весело!
— Nein…
— Ну пожалуйста, Тео!
Берта ближе подсела к Тео и практически взяла его под руку. Я ощутила, как ком ревности застревает в горле. Бывшая Тео кинула на меня высокомерный взгляд, будто бы вызвала
