— Собака, — объявила малышка, помахивая кулачком.
— Верно, — согласилась Роуз, а мопс тихо, но возбужденно фыркнул.
Девочка наклонилась и погладила его по голове. Мопсик льстиво вильнул хвостом. Тем временем трясущийся крошечный Нифкин спрыгнул на землю и уселся рядом с девочкой, и теперь уже они все уставились на Роуз.
— Я Джой, — сообщила девочка.
— Привет, — жизнерадостно откликнулась Роуз. — А это…
О Господи, она так и не знает, как зовут мопса!
— А это собака, с которой я гуляю.
Крошка кивнула, словно все поняв, потянула Нифкина за поводок и потрусила по дорожке. Седовласая дама в темных очках заинтересованно прислушалась к разговору.
— Петунья! Это ведь Петунья? — спросила она. Значит, Петунья?
Мопс оглянулся, и Роуз показалось, что на плоской мордочке промелькнуло нечто вроде смущения.
— Привет, Петунья, — обратилась к нему женщина, и мопс величественно фыркнул. — Значит, Ширли уже вернулась из Европы?
— Хм… — замялась Роуз. Меньше всего она рассчитывала на встречу со знакомыми мопса.
— Я думала, Ширли оставила ее на передержке до следующего месяца, — продолжала женщина.
Роуз мгновенно ухватилась за соломинку.
— Верно. Но, видите ли… это новая услуга… ежедневные прогулки. Собаки должны дышать свежим воздухом, навещать соседей, приятелей…
— Прекрасная мысль! — воскликнула женщина, с одобрением поглядывая на подбежавших к ним собак: большую, шоколадного цвета, с лохматым изогнутым хвостом и горделиво гарцующего черного пуделя с высунутым красным языком. — Так вы работаете в пансионате для собак?
— Собственно… я, как говорится, свободный художник, — пробормотала Роуз, вспоминая старую сказку о заколдованной принцессе. Стоило бедняжке заговорить, как изо рта сыпались лягушки и жабы. Очевидно, на ней тоже лежит проклятие, только вместо амфибий с губ срывается ложь за ложью.
— Я прогуливаю собак и для заведения, но работаю также… ну, вы понимаете, по вызовам. Только в приличных домах.
— А визитная карточка у вас есть? — осведомился пожилой господин, державший за поводок пуделя.
Роуз притворилась, что шарит по карманам, и беспомощно развела руками:
— Простите, кажется, оставила дома.
Пожилой тип вытащил из кармана ручку и блокнот. Роуз нацарапала свой домашний номер, а под ним написала: «Роуз Феллер. Забота о домашних животных».
Не успев оглянуться, она оказалась в самом центре дикой мешанины из поводков, хвостов, ушей и гомонящих собачников, похоже, давно искавших человека, способного позаботиться об их любимцах.
Да, кивала Роуз, она и за кошками следит. Нет, собак она не тренирует, но будет более чем счастлива сопровождать их на занятия.
— Не согласились бы посидеть с собакой? — окликнула Роуз женщина в обвисшем зеленом свитере. Ее собака, такая же коротконогая и короткошерстная, как Петунья, была вдвое больше с собранной в складки кожей. С морды тянулись длинные вожжи слюны.
— Уик-энд Дня поминовения? — спросила хозяйка этого сокровища.
— Я приду, — пообещала Роуз. Петунья и морщинистая собака торжественно обнюхали друг друга, словно члены некоего секретного клуба, обменявшиеся только им понятным приветствием.
— А лицензия у вас есть? — поинтересовалась одна из женщин властным командным тоном. — Договор? Страховка?
— Э…
Собачники затаили дыхание.
— Как раз заканчиваю оформление. К следующей неделе все будет готово, — пообещала Роуз, прикидывая, что понадобится для получения лицензии и страховки в качестве собачьей няньки.
— А расценки? Расценки…
— Э… десять долларов за прогулку, двадцать пять — за полный день.
Судя по реакции собравшихся, Роуз сильно продешевила.
— Специальные скидки для первых клиентов, — поспешила добавить она. — Если предпочитаете, чтобы собака оставалась в пансионате, я могу забирать ее оттуда и выгуливать в парке каждый день. Звоните!
Она задорно махнула рукой и поспешила к выходу.
— Кто такая Ширли?
Мопс не ответил.
— Тебя действительно зовут Петунья?
Мопс продолжал игнорировать ее всю дорогу до «Элегант по». Роуз толкнула дверь, колокольчики звякнули, а сидевшая за прилавком женщина поспешно вскочила.
— Петунья! — ахнула она, гася сигарету. Петунья залаяла и принялась вилять не только хвостом, но и всем задом. — Слава Богу! Мы с ума сходили!
— Привет, — выдохнула Роуз, но женщина, не слушая, подбежала к собаке, бросилась на колени и стала растирать шоколадную спинку.
— Где вы ее нашли? Господи, мы не знали, что делать! Ее хозяйка должна приехать только через три недели, но мы не хотели звонить… можете себе представить? Оставляете собаку на передержке, улетаете в Европу, и вдруг звонят с известием, что собака пропала!
Женщина выпрямилась, одернула комбинезон и уставилась на Роуз сквозь упавшие на глаза седые пряди.
— Где вы ее нашли? — повторила она.
— В парке, — пояснила Роуз, решившая, что за этот единственный день выполнила годовую норму вранья. — Она не выглядела беспризорной, ничего подобного… но я ее знаю… то есть видела раньше в парке, и подумала, вдруг она вам тоже знакома…
— Слава Богу, — снова сказала женщина, подхватывая Петунью на руки. — Мы ужасно волновались. Видите ли, мопсы такие нежные… подвержены различным простудам, респираторным инфекциям, любой заразе… не знаю, у кого она была последние несколько недель, но, похоже, о ней заботились. Естественно, вам полагается вознаграждение…
— Нет-нет, — поспешно отказалась Роуз. — Я очень рада, что она в надежных руках.
— Я настаиваю, — возразила женщина, возвращаясь за прилавок и открывая кассу. — Как вас зовут? Живете рядом?
— Я… э… то есть да. В Дорчестере. Помощник адвоката в «Льюис, Доммел и Феник». Но, видите ли, я начинаю новый бизнес. Выгул собак.
— Да? Но таких заведений в городе полно, — сообщила женщина, бросив Петунье собачье печенье, которое та поймала на лету и с хрустом разжевала.
— Знаю. Но разница в том, что я гуляю с собаками, которых сдали на передержку. Свежий воздух и упражнения, знаете ли. Весьма полезно…
На этот раз взгляд сотрудницы «Элегант по» показался Роуз более заинтересованным.
— Сколько?
— Десять долларов за прогулку, — брякнула Роуз и, заметив, что женщина недовольно нахмурилась, добавила: — Которые я готова разделить с вами. Новый бизнес нуждается в развитии.
— Значит, из десяти долларов пять получу я?
— Именно. За первый месяц. А там посмотрим.
