Он поспешно подвинул горку на место, встал к ней спиной и опустил руки.
— Мёска! — сказал он, и в его суровом голосе послышалось отчаяние еще более глубокое, чем прежде.
Он ненадолго замер, затем с достоинством выпрямился. Звонки прекратились.
Потом Фо Хи начал методично брать с полок некоторые из книг и бросать их в большой металлический тигель, стоявший на треножнике. Вслед за этим он вылил в него содержимое большой стеклянной банки. Вспыхнуло пламя, и поднялись клубы дыма. Он замер, прислушиваясь.
Казалось, что шум голосов слышится со всех сторон, также как и неясный шорох шагов.
Фо Хи взял пузырьки и банки и разбил их бросив в очаг, покрытый кафелем, в котором горело пламя. Он разбил пробирки, сосуды и реторты, наконец, он поднял большую стеклянную витрину с орхидеями и разбил ее так же, как и другие, не имевшие названия, но бесценные для западной науки приборы.
ГЛАВА ХХХV
ПОСЛЕДНИЙ ХОД «СКОРПИОНА»
Темное облако, заслонившее на мгновение луну, скрылось, и холодный свет снова залил узкую улочку и испещренную тенями деревьев аллею, ведущую к фасаду одиноко стоящего особняка. Сад был огорожен высокой стеной, гребень которой был утыкан битым стеклом, над которым была протянута колючая проволока. Стальные кованые ворота, запертые на замок, закрывали оба въезда в усадьбу.
— И эти тоже закрыты, — сказал Гастон Макс, попробовав открыть ворота, и посмотрел сквозь них в направлении мрачного дома.
На всех окнах, которые можно было рассмотреть отсюда, были закрыты ставни. Через них не проникало ни полоски света. Никому из наблюдавших за этим домом и в голову не могло прийти, что там кто-нибудь есть.
— Как вы полагаете, с какой стороны дома находится та большая комната? — спросил Макс.
— Не могу сказать определенно, — ответил Стюарт. — Но полагаю, что она расположена на втором этаже с фасада здания, так как я прошел по длинному коридору, спустился на несколько ступенек, повернул направо и попал в ту часть сада, которая граничит с улочкой, где стоял на посту инспектор Сауэрби.
— У меня из головы не выходит то окно и балкон, с которого, как говорил «Скорпион», открывается вид на Хэмптон-корт. А Хэмптон-корт, — он повернулся вполоборота, — расположен приблизительно вон там. Таким образом, доктор, вы, вероятно, правы, полагая, что эта комната должна находиться где-нибудь в передней части дома. А! Черт возьми! Луна опять скрылась!
Темнота окутала особняк.
— На стене, покрытой плющом справа от входа, виднеется балкон, — воскликнул Стюарт, смотревший туда, куда вела покрытая пятнами теней аллея. — Готов поспорить, что эта комната находится именно там!
— А! — ответил Макс. — Полагаю, что вы правы. Итак, мы поступим следующим образом: инспектор Келли с двумя полицейскими переберется через стену около садовой калитки, через которую вы вышли. Если им не удастся открыть ее изнутри, то вам тоже придется через нее перелезть и пойти по дороге, ведущей ко входу, который вам известен. Сауэрби и еще двое останутся наблюдать за улочкой. Фасад дома, выходящий на реку, охраняется очень надежно. Мы поставим одного человека у этих ворот, а одного — у других. Данбар и я перелезем через эти ворота и сразу же побежим к балкону, на который мы надеемся забраться по плющу. А, вот и инспектор Данбар… и с ним еще кто-то!
На углу улочки, ведущей к реке, появился Данбар; рядом с гигантским шотландцем бежала девушка, наряд которой выглядел очень странным и совершенно не вписывался в окружающий пейзаж.
Это была Мёска, одетая в платье из тонкой материи, подобное тем, какие носят в гаремах!
— Мёска! — воскликнул Стюарт; он рванулся к ней и горячо обнял, то ли полностью забыв о присутствии Макса и Данбара, то ли просто отбросив условности.
— А! — вдохнул француз. — Да, она — прекрасна!
Сильно дрожа, Мёска прижалась к Стюарту и заговорила по-английски, но значительно хуже, чем обычно, из-за обуревавших ее чувств.
— Слушайте, быстрее, — выпалила она. — О! Не держите меня так крепко. Смотрите, у меня ключи от дома, — она подняла связку ключей, — но ключей от ворот здесь нет. Двое полицейских должны отправиться в конец туннеля, где рядом с рекой спрятана лодка. Кому-нибудь лучше перелезть через эти ворота и по плющу вскарабкаться в комнату, где находится Фо Хи. Я сама так спустилась. Вы не видели меня потому, что луну закрыли в этот момент облака. Затем я побежала к боковой калитке. Она открыта. Идемте со мной!
Она сжала руку Стюарта, глядя ему в глаза.
— Да, да, Мёска!
— О! Чанда Лал! — она разразилась рыданиями. — Быстрее! Быстрее! Он убьет его! Он убьет его!
— Доктор, не теряйте времени, — воскликнул Макс. — Пошли, Данбар.
И начал перелезать через кованые ворота.
— Сюда, — сказала Мёска, увлекая Стюарта за руку. — О! Я умираю от страха, и огорчена, и обрадована!
— Я очень рад снова тебя видеть, прелестная маленькая Мёска, — прошептал Стюарт, следуя за ней.
Они свернули на узкую улочку, ведущую к реке, где находилась незапертая садовая калитка. Стюарт остановил Мёску. Если бы речь шла о жизни и смерти, как в действительности, возможно, и было, он все равно не поступил бы иначе. Он приподнял очаровательное лицо девушки и горячо ее поцеловал.
Она вздрогнула и восторженно к нему прильнула.
— Я буду жить! — прошептала она. — О! От счастья я теряю голову! Это Чанда Лал вдохнул в меня жизнь, сказав мне правду. Фо Хи не сделал мне инъекцию той жидкости, которая погубила бы меня, а только имитировал это. Это была уловка, рассчитанная на то, чтобы связать мою жизнь с ним! О, Чанда Лал! Поторопитесь! Он сейчас убьет его!
Радостное известие, что Мёска будет жить, воспламенило сердце Стюарта; оно было для него важнее всего на свете.
— Слава Богу! — сказал он горячо. — О, слава Богу, Мёска!
У садовой калитки их уже поджидала группа полицейских. Сержант Сауэрби и двое его помощников остались наблюдать за выходом на улочку, а Мёска повела Стюарта и огромного Келли по дорожке, шедшей вдоль стены, которую Стюарт очень хорошо запомнил.
— Поторопитесь! — прошептала она горячо. — Мы должны попытаться добраться до него прежде…
— Ты боишься за Чанда Лала? — спросил Стюарт.
— О да! У Фо Хи страшный дар, который он никогда до сегодняшнего вечера в отношении меня не применял. А! Только Чанда Лал спас меня! Но Чанда Лалу не справиться с его волей. Он может сделать своим рабом любого, и от этого нет спасения. В Квебеке, в Канаде, я как-то видела, как человек забыл обо всем и начал действовать, послушный воле Фо Хи, который был от него на расстоянии в несколько тысяч миль.
— Господи! — пробормотал Стюарт, — что же он за чудовище!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
