- Несс! Несс! - Герр тряс его, приводя в чувство.
- А, и ты здесь... - разлепил тяжелые веки Несс. - Ты знаешь, он был прав... тот турок...
- О чем ты? - не понял Герр. - Скажи что-нибудь, Несс, открой глаза. Слышишь?
Несс не отвечал. Герр выпустил его, и шлем Несса глухо стукнулся о камень. Герру показалось, что он ясно слышал этот стук. Хотя этого быть не могло. Он встал, пот заливал лицо, включил вентиляцию в скафандре, сказал глухо: - Нет, скорее всего он был не прав. Даже тебе судьбу не удалось обыграть, хотя ты был близок к этому.
Герр огляделся, приходилось быть осторожным, где-то поблизости прокладывали трубопровод русские, а свидетели ему не нужны. Он решил подняться на ближайшую скалу, чтобы осмотреться.
Герр добирался до ее вершины дольше времени, чем рассчитывал. Проклятая поверхность была острой и в то же время скользкой, маслянисто-жирной от кислот. Но вот и конец подъема. Внизу, словно на поле боя, была разбросана разбитая техника, блестела неподвижная фигурка Несса, все было мертво. Только грозы, словно стервятники, собирались над местом трагедии.
Герр сел на камень. Внезапно занавес "снега" был разорван. Огненные цветовые столбы встали над мертвой долиной, высекая из скал неправдоподобно яркие краски. Суперотация.
Где-то в верхних кислородных слоях атмосферы ураганные ветры разорвали многокилометровый слой облаков, и в эти колодцы к поверхности планеты устремились кубические километры чистого холодного кислорода и потоки солнечного света.
Один из "столбов" встал над скалой, где сидел Герр. Камень у него под ногами превратился из серого в коричневый, а высоко в голубом перевернутом колодце замерцали звезды.
Герр с облегчением откинул шлем и глубоко вдохнул кислород, которого так не хватало Нессу. Герр достал сигареты и закурил. Если бы Несс меньше боролся с судьбой и был внимательным, то уцелел бы. Ему чересчур везло, и он расслабился. Несс забыл, что уже вечер, а в это время кислородные "колодцы" опускаются до вершин скал, где он мог бы отсидеться до прихода помощи. Увы, нет совершенства на свете, Несс сплоховал под самый конец, хотя прекрасно провел всю партию. Лучше всех тех проходчиков, которых Герр спровадил на тот свет здесь, на Деянире.
Дураки платят Гос-Страху, а Гос-Страх платит ему, Герру. Завтра, узнав о гибели взбунтовавшегося Несса, неаккуратные плательщики и сомневающиеся внесут свои задолженности, а прогнозы пройдут, как по маслу. Смерть - это такой козырь, с которым не поспоришь.
Смерть - это серьезно.
Герр улыбнулся, глубоко затягиваясь. Сам себя он называл авантюристом и последним романтиком. Он считал, что мужчина должен иметь в своем активе с десяток подвигов, чтобы чувствовать к себе уважение. А под подвигом он подразумевал любую авантюру, экстравагантный поступок - была бы потом слава. Он работал провокатором не ради денег, как жалкие наемники типа Арно, его привлекали опасности.
Герр поморщился, все-таки вкус сигареты на Деянире совсем иной.
Время от времени Страх, узнав, что его авторитет пошатнулся, а проходчики предпочитают обходиться без "предупреждений" и взносов, устраивал подобные "профилактические" операции.
Несс продержался поразительно долго. Только старый трюк с испорченными фильтрами помог, уже когда вставали кислородные "колодцы". Завтра бухгалтеры компании отметят очередной рост поступлений, и с этого Герру будет причитаться определенный процент. А с трусом и предателем Арно, который бросил дело на полпути, он еще разделается.
Герр удивился, сигарета горчила так, словно была вымочена в кислоте. Он отбросил ее, одел шлем, нужно было сделать еще кое-что. Герр снова стал спускаться в раскаленный кислотный ад. Он медлил, что-то мешало ему. Два раза его тошнило, а в конце спуска уже сильно болела голова. Наверное, сидя без шлема, он все-таки угорел.
Герр перевернул Несса лицом вниз и стал выкручивать у него из скафандра со спины обойму фильтров. Он сам подменил ее сегодня утром, украв перед этим у Несса ключ от бокса. Сейчас обойму с "секретом" предстояло извлечь и уничтожить, а на место поставить исправную.
Что-то оборвалось в воздухе, как паутина, и легкий пар на мгновение окутал Герра, но он не был брезглив. Это внешнее давлением уравнялось с давлением внутри скафандра Несса, и в руках Герра оказалась злополучная обойма, стоившая Нессу жизни.
Готово, но Герр чуть не задохнулся от усталости. Что с ним? Он снова перевернул Несса с трудом - он показался ему величиной с гору-и невольно закрыл глаза. Он видел это уже не впервые, но каждый раз испытывал тошноту. Пока он менял обоймы, безумная сухость воздуха и давление мгновенно превратили Несса в высушенную мумию. Лицо его сморщилось и съежилось до размеров печеного яблока, даже кости уменьшились.
Подавив дурноту, Герр поднялся. Несс должен погибнуть не от испорченных фильтров, а от потери герметичности в результате разбитого им самим по неосторожности шлейного стекла.
Что и предстояло проделать Герру. Камни были хрупкими и не годились, он нашел, гаечный ключ, которым открывал баллоны, хотя и знал, что они пусты, и вернулся к Нессу.
Он поднял ключ обеими руками и хотел ударить, но только вяло опустил его на шлем Несса. Ему показалось, что он ударил по огромному колоколу и волна звука мягко подняла его и отбросила в сторону.
Что с ним? Как мог он так сильно отравиться? Он с трудом выпрямился, переключил фильтры и отдышался. Внезапно он подумал, что сделал для Страха уже достаточно много для того, чтобы тот пожелал от него избавиться.
С ним могли проделать тот же нехитрый трюк, подменив фильтры, а Арво мог участвовать в этом.
Герр застонал, отгоняя подозрение, но что бы там ни было, а дело нужно было довести до конца. Ведь осталось совсем немного - разбить стекло.
Механически, раз за разом он поднимал ключ и опускал его, но хрупкое стекло даже не треснуло, словно было из стали. Он стал понимать, что силы его на исходе...
- Что ты делаешь, парень? - Внезапно услышал он и выронил ключ, обернулся. Позади него стоял человек в блестящем скафандре с темной полосой на груди.
- Тебе плохо? Что ты с ним делаешь?
Герр хотел ответить, но язык не слушался его. Ему показалось, что сверкающий человек высоко возвышается, а он, Герр, лежит в глубокой, темной трещине. И тут он почувствовал нестерпимый жар в спине и понял, что фильтры прорвались, что кислота проникла в скафандр и быстро охватывает тело.
Деянира одевала Геракла в огненную рубашку Несса, и герой возопил: - Я все скажу, я все знаю и все скажу! Только возьми меня, прошу, достань меня..
Он хотел сказать еще что-то, но не успел, потому что края трещины сомкнулись над ним, и голос его исчез в темноте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
