Некоторые из планет отстояли так далеко от центров своих систем, что там было темно и невыразимо холодно. Опять-таки: можно воевать в полной темноте и, возможно, даже при двухстах по Кельвину (не вылезая, разумеется, из машин с мощными обогревателями). Но это сводило бы все действия к самому примитивному набору элементарных приемов. Нет, только при крайней необходимости – но до этого ведь дело не дошло?
И наконец, выбрать среди остальных помешало самое большое зло всей Галактики, какое только можно себе представить: люди. Те самые, что ухитрились правдами и неправдами просочиться сюда и даже как-то зацепиться за эти миры.
Доходило до анекдота. На одной вполне пригодной планете с высоты оказался зафиксированным всего лишь один (один!) обитатель целого мира радиусом под пять тысяч километров! Это возмутило разведчиков настолько, что они совершили посадку и учинили отшельнику серьезный допрос. Он и не отрицал, что действительно живет тут в одиночестве уже почти год, но уверял, будто сюда уже летит вся его семья да еще соседи, всего набиралось человек тридцать. Ему не поверили, но оказалось, что он поддерживал с кораблем постоянную двухстороннюю связь. Убедившись, что отшельник не лжет, разведчики убрались с планеты.
Но ищущий обрящет. И в конце концов – а конец этот давал начало войне – они обнаружили искомое. То самое поле боя, на котором можно было сразиться с применением самого современного арсенала, свежих тактических идей и первоклассной выучки войск.
После
– Инспектор Солк, сходите к распаковщикам, разберитесь, в чем дело, они несут какую-то чепуху, иначе их доклад не назвать. Кстати, скажите: кто контролировал доставку аппаратуры с базового склада?
– Лично я, колон.
– И что?
– Простите, не понял вопроса.
– Не заметили тогда какого-то нарушения – в упаковке или в месте хранения?
– Никак нет, колон. Все было в абсолютном порядке. Я все сдал капу Симону для погрузки на корабль, он принял груз без единого замечания.
– Хорошо, выполняйте. Пройдите здесь лесом, сбережете минут десять, не меньше. Мимо той гари – и все время прямо.
– Слушаюсь.
– На всякий случай оружие держите наготове. Мало ли…
– Так точно. Держать оружие наготове. Вам не кажется, колон, что ветер усилился?
– Ну а нам-то что? Мы ведь не с ветром воюем.
– Прошу извинения.
– Поспешите, Солк.
До
В достижение счастья веришь не сразу. И поэтому разведка не ограничилась первыми впечатлениями. Кто-то уверял, что в таком месте хоть один мерзавец да обязательно обнаружится. Оба корабля сорок часов мотали орбиту за орбитой, оплетая ими всю планету, ища малейшие признаки деятельности хотя бы самого примитивного разума. Не нашли. После этого, выбрав место, которое, по их представлениям, предпочел бы любой нормальный человек, оба крейсера совершили посадку – мягко, бережно, почти плывя в атмосфере, а не прорубая ее, опустились, как семечко одуванчика. Выждали. Потом осторожно вышли при полной защите и вооружении. Разошлись ра-диально, положив на первое знакомство час времени. Вернулись в целости и сохранности, не подвергшись ни малейшей опасности, улыбаясь до ушей.
Да, тут было все, что нужно. Одного не было: никаких контактов. Но они как раз и не требовались. Ни в коем случае. Все контакты привезут с собой воюющие стороны. И никто другой.
Очень довольные достигнутым результатом и друг другом, разведчики враждующих государств вполне дружески распрощались. Приглядывая, впрочем, за тем, чтобы враги-коллеги не оставили бы тут чего-то такого, что не было предусмотрено «Положением о совместных действиях» – какой-нибудь следящей, слушающей и передающей аппаратуры, стационарной и мобильной, а также искажающей и дезинформирующей, кроме, конечно, той, что Положением предусматривалась. Убедившись, что ни одна сторона не прибегла к запрещенным действиям, коллеги отсалютовали друг другу, условившись после драки неофициально встретиться на какой-нибудь нейтральной почве, чтобы обсудить результаты войны и обменяться мнениями, а также сделать выводы на будущее – поскольку война, как все понимали, не окажется последней. Наконец погрузились на корабли, синхронно стартовали и устремились к родным мирам.
Доклады разведывательных групп были без задержки обсуждены на специальном совещании высших государственных кругов – на этот раз, конечно, в каждом мире порознь и в условиях глубокой секретности. Не менее серьезной работой занялись в это же время и Главные штабы противоборствующих сторон. А именно – они, пользуясь доставленной информацией, принялись разрабатывать конкретный план кампании. Где сядут корабли? В каких местах расположатся районы сосредоточения? Где высадившиеся войска начнут оборудовать, а затем и занимать исходные позиции? Где поместятся распаковочные пункты для приведения вооружений из транспортного в боевое состояние? Где вероятнее всего займет позиции противник, а следовательно – где прокладывать пути сближения и рокадные дороги, с учетом особенностей рельефа и характера поверхности? Где выкладывать на грунт боеприпасы, располагать базы энергоносителей, ремонтные мастерские, санитарные пункты и в каком отдалении – полевые госпитали? И так далее, и тому подобное. Очень много работы у офицеров штаба.
Но, пожалуй, еще больше – у команды аналитиков. Их задача: проанализировать всю информацию, доставленную разведкой, определить коэффициент ее достоверности. Понятно, что в первичной интерпретации увиденного и запечатленного ошибки неизбежны, и их необходимо выловить еще здесь, пока действия не перешли с дисплеев на натуру и не привели к большим потерям. Поэтому аналитики, чувствующие свою ответственность за результаты войны ничуть не меньше, чем ощущают ее полководцы, склонны придираться к каждой мелочи, сомневаться во всем на свете, иногда спорить до хрипоты и чуть ли не вступать в драку друг с другом для доказательства своей правоты. Правда, все их разногласия и схватки никогда не выходят за пределы Службы аналитики, из дверей которой выносят лишь согласованные выводы. Так что со стороны может показаться, что там всегда царит единомыслие. На самом же деле…
После
– Колон Терел, вызывает распаковка! Мы просили направить к нам инженера, чтобы разобраться. Потому что и второй комплект оказался…
– Вы хотите сказать, что инспектор еще не прибыл?
– Никаких признаков, колон.
– Неужели заблудился? Буквально в трех соснах! Ну помогите ему – хотя бы акустическими сигналами. Не поняли? Да просто покричите погромче, он никак не мог зайти далеко. Зовите просто по фамилии: Солк!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
