коленями.
Она снова подняла бёдра, и его зубы вцепились в нежное кружево. Он сорвал их с её кожи.
Скользнув назад по его груди, Сабель положила ягодицы чуть выше того места, где его эрекция упиралась в простыни, и откинулась на его слегка приподнятые ноги, широко раздвинув свои перед ним. У суккубов не росли волосы, как у людей, поэтому у неё смущения, которое возникало из-за отсутствия должного ухода — только от мысли о том, что он смотрел на её самые уязвимые части со стороны зрителя. Несмотря на это, сбивающее с толку чувство страха и унижения удерживало её в довольно устойчивом состоянии возбуждения — будем надеяться, это не новоприобретенный фетиш.
Она читала о женщинах, которые жаждали унижения. Не то чтобы она имела что-то против, но в её случае это определенно кричало бы о её кошмарном детстве.
Его мышцы вздрагивали под ней, когда он боролся со своими путами.
— Гевин, — прошептала она. — Успокойся.
Тёмное, зловещее ощущение затуманило её голову. Хотя она ничего не могла физически увидеть своими глазами, волосы, вставшие дыбом, и мурашки по коже, говорили ей, что с ними в комнате было что-то ещё. Что-то мощное. Она чувствовала это и раньше, особенно накануне вечером, когда он был во власти савидона. Она думала, что это её собственная сексуальная сторона вышла на первый план, но кто бы ни появился с ними в одной комнате, тогда за этим стоял определенный злой умысел, поскольку щупальца зла схватили её за горло, угрожая перекрыть её дыхание.
Сабель сосредоточила своё внимание на лице Гевина. Желание защитить его от какой-то зловещей ауры, забилось глубоко в её душе. Благодаря глубокому дыханию яркость красного сияния в его глазах уменьшилась, и она не сводила с него взгляда, пока свечение не потускнело до тёплого голубого оттенка, а его кожа не потускнела от красной до своей обычной бронзовой. Казалось, всего на несколько секунд она сосредоточила свои мысли на желании прогнать окружающую его тьму, пока она, наконец, не рассеялась.
Гевин облизал губы.
— Прикоснись к себе, Сабель. Повсюду.
Глубокий обволакивающий тон его голоса пробежал по её телу. Что бы ни владело им всего несколько минут назад, оно исчезло. Только Гевин смотрел на неё глазами, полными похоти.
— Тебе всё ещё нужно, чтобы я это сделала? — Странно, вопрос звучал почти обнадёживающе и в то же время содержал в себе тот же трепет, который она почувствовала ранее, услышав его просьбу.
— Нет. Мне это не нужно. Я хочу этого. Немедленно.
Неуверенное скольжение её пальцев по каждой груди, где она обвела соски, и вниз к пупку, закончилось на вершине её бедер.
Облизнув губы, Сабель закрыла глаза и распахнула бёдра.
Часть её ненавидела себя за такую застенчивость. Словно она не суккуб. Самцы не смущали их, суккубы сводили с ума от желания — самоуверенных, ищущих греха кобелей, которые буквально ломали ноги при побеге, чтобы отделаться от них. Другая часть её точно знала, почему она чувствовала то, что чувствовала.
Он не был очередным самцом.
Он был Гевином.
— Вот так. — Его бёдра извивались под ней. — Идеально. — Его нежные уговоры заставили её почувствовать себя идеально. Даже прикованный к Гевину, он вызывал у женщины желание, дразнящей одобрительной улыбкой, которая говорила ей, что она может быть заслужила от него хоть капельку уважения.
Она скользнула пальцами по бутону, скользя вверх и вниз по клитору, постанывая и поворачивая голову в сторону.
— Скажи мне, о чём ты думаешь, когда прикасаешься к себе.
Она на мгновение замерла.
— Я… я ни о чём не думаю.
— Ты врёшь.
— Гевин, пожалуйста…
— О чём ты думаешь?
Всё ещё лаская свои опухшие, гладкие складки, она облизнула губы и уступила.
— О тебе.
— О чём именно?
— Я представляю твой язык. Вот здесь. — Она провела пальцем по чувствительному участку и открыла рот со стоном, пронзившим её грудь. — Ты так хорош, Гевин. Ты точно знаешь, как прикоснуться ко мне.
— Да, — выдохнул он, его эрекция прижалась к её пояснице. Его ответы уговаривали её, мягко раскрывали её тайны, что казалось совершенно естественным. Без всякого смущения.
— Ты нужен мне внутри, — прошептала она.
— Покажи мне.
Она погрузила палец внутрь себя, погрузив его поглубже, и ахнула от трения.
— Мммм. Ты мне нужен. Чтобы ты наполнил меня.
Его стон защекотал ей уши и пронзил её вены огненной пулей.
— Боги, женщина, не освобождай меня от цепей, а то, уверяю тебя, тебя оттрахают как следует, если ты продолжишь так говорить.
Она вставила ещё один палец и начала танец — медленным, легким ритмом, который засасывал её пальцы при каждом извлечении. Её соки позволяли ей легко скользить при каждом толчке внутрь.
— Глубже! — Она вскрикнула. — Я хочу большего!
Во тьме её закрытых глаз, его тяжелое дыхание просачивалось в картину происходящего — вид с высоты птичьего полёта на сцену, как она её себе представляла.
— Позволь себе больше. Делай то, что тебе нравится.
Она просунула третий палец внутрь и ахнула, выгнув спину. Стенки сжимали её тонкие пальцы, доя их при каждом плавном движении вверх. Нижнюю губу зажала зубами, она поочередно то двумя, то тремя пальцами массировала грудь, другой рукой.
Её разум проигрывал сценарий, в котором вес Гевина давил на неё, её голова отскакивала от изголовья, а он наносил удары по её сердцу. Его ритм был совершенен и непоколебим. Его член наполнял её каждым восхитительным толчком.
— Мне так хорошо, Гевин. Не останавливайся. Не останавливайся! — Её голова каталась по его ногам, а её тело напряглось, стремясь к оргазму.
Дыхание превратилось в хрипы. Её желудок напрягся.
Она ущипнула сосок и держала его, позволяя напряжению нарастать, как пламееи в её мышцах, пока её бёдра не задрожали.
— Да, да, да! — Она вскрикнула. — Трахни меня!
— Кончи для меня, детка. Я хочу, чтобы истекала наслаждением. — Цепи зазвенели. — Сабель, мне так сильно хочется прикоснуться к тебе. Я хочу попробовать эту сладость.
Её тело взорвалось, дрожь пробежала по её тугим мускулам, и она оторвала бёдра от груди Гевина, открыв рот в своём обычном безмолвном крике, когда его имя эхом отдавалось в её черепе, её палец всё ещё удлинял её оргазм.
Последовали проклятия от Гевина, Сабель открыла глаза и увидела его непоколебимый взгляд, широко раскрытых глаз, словно удивившись её оргазму.
— Позволь мне попробовать твоё наслаждение.
Тяжело вздохнув, Сабель придвинулась к нему. Его глаза закрылись, ноздри раздулись, а её мышцы вздрогнули, когда он погрузил в неё язык и засасывал.
— Блядские боги, у тебя божественный вкус.
Она опустила бёдра
