И, припадая на одну ногу, направился к дому Четти Синга.
Когда он перелезал через ограду, собак не было; не появились они и когда он негромко свистнул. Доза, которую Дэниэл им дал, могла вообще отправить их на тот свет. У ворот, ведущих на подъездную дорогу, ему потребовалось даже меньше двух минут, чтобы открыть замок. Ворота он закрывать не стал и пошел к дому по лужайкам, чтобы не скрипел гравий на дороге.
Дэниэл готов был услышать окрик ночного сторожа; хотя Малави не такое беззаконное и неуправляемое государство, как Замбия, здесь мог быть охранник. Однако Четти Синг, по-видимому, больше верил животным, чем людям.
Никто его не окликнул, и из увитой бугенвиллеями беседки Дэниэл принялся разглядывать дом. Низкое здание типа ранчо, с большими окнами, из которых открывается прекрасный вид: большая часть окон закрыта занавесями, в комнатах горит свет.
Изредка на занавескам мелькали тени обитателей дома, и Дэниэл легко различал силуэты мамаши Синг и ее изящных дочерей.
К главному дому примыкал гараж с двустворчатой дверью. Одна створка двери была раскрыта, виднелся сверкающий хром «кадиллака».
Четти Синг дома.
По-прежнему стоя в тени, Дэниэл собрал дробовик и сунул в стволы патроны. На близком расстоянии они способны разорвать человека почти пополам. Он закрыл затвор и поставил ружье на предохранитель.
Подставив циферблат часов под свет из окон, он прочел светящиеся цифры. Примерно через двадцать минут в зависимости от скорости горения фитиля пакет со спичечными головками может вспыхнуть ярким фосфоресцирующим пламенем. Горящая груда мусора выпустит большой столб дыма, и через несколько секунд пожарная сигнализация его засечет.
Дэниэл быстро прошел по открытому газону, глядя на окна дома. Гравий слегка скрипел под ногами. И вот Дэниэл наконец в гараже. Дэниэл напрягся, ожидая окрика, а когда ничего не услышал, попробовал дверцы «кадиллака».
Все заперты.
В стене со стороны водителя – дверь, очевидно, ведущая в дом. Четти Синг придет через нее.
У него есть еще по меньшей мере пятнадцать минут, прежде чем сообщат о возгорании и Четти Синг выбежит в гараж, чтобы поехать на пожар.
Ждать Дэниэлу пришлось долго. Он коротал время, стараясь выбросить из головы все рассуждения о нравственности того, что собирался сделать.
Чейва он убил, защищаясь, но Дэниэл убивал и раньше, во время войны в буше. Однако убийства никогда не доставляли ему удовольствия или удовлетворения, как некоторым другим.
Это был его долг солдата, и тем не менее после каждого такого эпизода в нем нарастало чувство вины и отвращение. Это отвращение привело к полному отрицанию этичности войны, которую он вел, и к присоединению к группе «Альфа».
Однако сейчас он снова готовился совершить убийство, и гораздо более хладнокровное и расчетливое, чем тогда. Те другие безымянные жертвы, которых он оставлял в залитом кровью вельде, тоже были патриотами, сражались за свое дело, это были храбрые чернокожие люди, почти несомненно храбрее его, готовые умереть за свое представление о свободе и справедливости. И в конечном счете они победили, а он потерпел поражение. Хотя они давно мертвы, их мечта расцвела, а его потускнела и развеялась. Родезии, за которую он так ожесточенно сражался, больше не существует. Для него эти давние убийства превратились в непристойный ритуал, равнодушный и, как он теперь понимает, аморальный.
С другой стороны, можно ли оправдать то, что он собирается сделать, памятью Джонни Нзу? Можно ли убедить себя в справедливости своего поступка? Ведь он собирается привести в исполнение приговор, которого не выносил ни один судья. Достаточно ли в нем ярости, чтобы довести дело до конца?
Но тут он вспомнил Мевис Нзу и ее детей, и пламя гнева ярко вспыхнуло. Он понял, что не сможет умыть руки. Он должен сделать то, что задумал.
Он знает, что ему станет тошно, когда пламя гнева погаснет, но все равно – он должен.
Где-то в доме за дверями прозвенел телефонный звонок.
Дэниэл пошевелился, встряхнулся, как спаниель, выходящий на берег из воды, отбросил сомнения и неуверенность. Он крепче сжал дробовик и поднял его.
За дверью послышались торопливые шаги, в замке повернули ключ, и дверь распахнулась. Вошел человек. Он был освещен сзади, и в первое мгновение Дэниэл не узнал Четти Синга без тюрбана. Человек склонился к «кадиллаку».
Звякнули ключи, человек поискал замок, не нашел, негромко выругался и повернулся к выключателю на стене.
Свет заполнил гараж.
Четти Синг был с непокрытой головой. Длинные нестриженые волосы и борода были пронизаны сединой.
Все еще спиной к Дэниэлу он перебрал в руке связку ключей и сунул нужный в замок «кадиллака».
Дэниэл подошел к нему сзади и упер ствол ружья в спину.
– Не делайте ничего героического, мистер Синг. Мистер Безотказный смотрит вам в спину.
Четти Синг застыл, но медленно повернул голову и наконец оглянулся через плечо на Дэниэла.
– Я думал… – начал он и осекся.
Дэниэл покачал головой.
– Не получилось. Боюсь, Чейв не блистал умом. Вам давно следовало его уволить, мистер Синг. Теперь обойдите машину, но медленно. Давайте оба сохраним достоинство.
И он так сильно ткнул сикха стволом в спину, что под тонкой хлопчатобумажной рубашкой должен был появиться синяк. На Четти Синге были только эта рубашка навыпуск, брюки цвета хаки и легкие сандалии. Очевидно, он очень спешил, когда одевался.
Они друг за другом обогнули сверкающий радиатор «кадиллака» и оказались по ту сторону машины.
– Откройте дверь. Садитесь, – приказал Дэниэл.
Четти Синг сел на роскошное кожаное сиденье и заглянул в ствол ружья в нескольких дюймах от своего лица. Он потел гораздо сильнее, чем можно было ожидать в нежаркую ночь. Капли пота блестели на крючковатом носу и скатывались по щекам в заплетенную бороду. От Четти Синга пахло соусом карри и страхом, но в его глазах мелькнула надежда, когда он протянул в открытую дверцу ключи от «кадиллака».
– Вы поведете? Вот ключи, возьмите. Я полностью отдаю себя в ваши руки.
– Отличная попытка, мистер Синг, – холодно улыбнулся Дэниэл. – Вы с мистером Безотказным не разлучитесь ни на минуту. Передвиньтесь на место водителя, только медленно.
Массивный Четти Синг неловко подвинулся вдоль приборного щитка, кряхтя от напряжения. Дэниэл подтолкнул его дробовиком.
– Вот так. Да вы паинька, мистер Синг.
Он сел на пассажирское сиденье, а Четти Синг взялся за руль. Дэниэл держал дробовик на коленях так, чтобы не мог заметить случайный наблюдатель, но ствол по-прежнему был прижат к нижним ребрам Четти Синга.
