Перед его лицом мелькнул черный меч Ниивы, послышался хруст разрубаемого древка. И снова боль, словно молотом, ударила в плечо. В тот же миг К'крик, схватившись с атаковавшим Рикуса солдатом, вонзил в него свои жвалы, впрыснув в кровь урикита смертоносный яд.
Ниива еле увернулась от другого солдата – в последний момент она отбила удар своим кинжалом.
– Если ты думаешь, что мы пробьемся к Древет, – сказала она мгновение спустя, перерезав своему противнику горло, – ты действительно сошел с ума. Надо послать кого-нибудь. Пусть предупредит ее. Может, им и удастся прорваться к нам.
Рикус и К'крик сражались бок-о-бок. Но рана мула давала себя знать. Его реакция замедлилась, а Кара стала тяжелой, словно дубинка великаныша.
– Прикрой меня, К'крик! – отступая, крикнул Рикус.
Держа меч подмышкой, мул сунул руку за пояс. Он коснулся горячего, словно раскаленный уголь, камня Каилума. Ладонь мула горела, будто в огне, но гладиатор не отнимал руки. Несколько мгновений он глядел на черный зев ущелья, где находился отряд Древет.
– Простите меня, – прошептал мул. – Вы заслуживаете лучшей участи. Вытащив камень из-за пояса, он швырнул его в воздух, в сторону наступающих урикитов. Миг тишины, а потом страшный грохот заглушил звуки битвы. Над урикитами вспыхнул шар оранжевого огня. В его свете Рикус увидел бесчисленные лица солдат – плечом к плечу, они заполняли пространство перед ущельем. А из темноты к ним шли все новые подкрепления.
– Сколько их… – ахнул Рикус, снова хватаясь за меч. – У нас нет ни единого шанса.
Огненный шар опустился, превратив десяток урикитов в пылающие факелы. Но легионы врага даже не заметили этой потери.
Отрешившись от мучительной боли в плече, заставив себя забыть о торчащем в нем обломке копья, Рикус вернулся в ряды сражавшихся. Он дрался, не думая о собственной жизни, дрался, стараясь позабыть обо всем…
Вскоре трупы урикитов громоздились вокруг беснующегося гладиатора. Его противникам приходилось прыгать на мула сверху, словно со стены. Но Рикусу было все едино. Его волшебный меч разил врагов в любом положении, сквозь любые доспехи. И гора трупов росла.
К реальности мула вернул оглушительный грохот, раздавшийся со стороны Кратера Костей. Алый свет на миг превратил ночь в ясный день. Земля дрогнула. Рикус, не удержавшись на ногах, повалился на залитые кровью тела. Сверху на него, теряя копья и щиты, скатилось двое урикитов.
В следующий миг ночь взорвалась воем и криками. Шипящие струи жидкого огня посыпались с небес и на урикитов, и на тирян.
Солдаты, свалившиеся на Рикуса, не теряли времени даром. Один из них вцепился в торчащее из плеча гладиатора древко, а другой прижал к земле руку с мечом. Рикус взвыл от боли. Что есть силы он ударил головой в лицо солдата, державшего его за руку. Тот отшатнулся, и мул вырвался, рубанув Карой сразу по обоим атакующим.
Залитый горячей кровью, Рикус скинул с себя раненых врагов и поднялся на ноги. Повсюду творилось одно и то же. Тиряне и урикиты катались по земле, а с обеих сторон в гущу свалки неслись подкрепления. Вновь полыхнуло небо, и на сражающихся посыпались капли расплавленного камня. Запахло паленым мясом. Воя от боли и от ярости, Рикус прыгнул на раненых им урикитов и принялся кататься по их телам, стараясь затушить пылающие капли.
– Рикус ранен?
Подняв голову, мул увидел склонившегося над ним К'крика. Хотя его панцирь местами и обгорел, три'крин, похоже, переносил огненный дождь куда легче, чем мул.
– Жить буду, – сквозь зубы пробормотал Рикус.
– Тогда пошли.
Двумя руками три'крин поднял гладиатора на ноги. Другими двумя показал на устье ущелья.
Оттуда изливалась широкая река раскаленной добела лавы – величественная, медленная река. Войско урикитов, кроме первых рядов, оказалось прямо на ее пути. В ужасе, пытаясь найти спасение, они лезли друг на друга. Но тщетно. Расплавленный камень неумолимо настигал их… На глазах Рикуса сотни солдат превратились в столбы ослепительно белого огня. В следующий миг они уже исчезли в облаке дыма и пепла.
Каилум выиграл для тирян это сражение. Но Рикус не мог не думать о том, как дорого они заплатили за победу.
14. Переговоры
– Рикус… Рикус… Рикус…
Мул поправил перевязь, на которой висела его левая рука и прицепил Кару Ркарда к кольцам Пояса Ранга. Стоящий снаружи отряд уже двое суток без перерыва скандировал его имя. Теперь, несколько оправившись от полученных ран, мул готов был встретиться с ними лицом к лицу.
– Хочешь, я пойду с тобой? – предложила Ниива.
Больше никто не осмеливался находиться в одной комнате с Рикусом.
– Нет. Лучше я один.
Выйдя на маленький балкончик, Рикус посмотрел на стоящий посреди главной площади Маклы отряд мертвецов. Некоторые из них были голыми, и обрывки опаленной одежды лишь кое-где прикрывали обожженные тела. Черные обрубки торчали вместо рук. Другие потеряли ноги и держались за большие, висящие в воздухе, камни. Но большинство воинов превратилось в маленькие смерчи черного пепла, увенчанные смутно очерченными, искаженными мукой лицами. Все они входили в погибший отряд Древет. Впереди, над кругом почерневшей и потрескавшейся мостовой, горел столб оранжевого пламени.
Зловещий отряд неумерших мертвецов пришел в Маклу через несколько часов после легиона тирян. Ни колдовство Каилума, ни угрозы гладиаторов не заставили их уйти.
– Рикус!… Рикус!… Рикус!…
Раз за разом. Монотонно и неизменно. Рикус смотрел на своих погибших воинов и не знал, понимают ли они, что он пришел на их зов. Стараясь не выказывать страха, мул заставил себя выждать несколько мгновений. Потом поднял руку, прося тишины. Но мертвецы продолжали скандировать его имя.
– Мне жаль, что вы погибли! – крикнул Рикус. – Я пытался вас спасти! Оранжевое пламя, которое, как решил мул, было Древет, качнулось вперед. Вслед за ней и весь отряд сделал шаг вперед.
– Слава Рикусу!
Мул отшатнулся, потрясенный ненавистью, прозвучавшей в их голосах. Потом, видя, что отряд больше не двигается, он вернулся на прежнее место. Теперь он крепко схватился за перила балкона – чтобы больше не отступать. И чтобы не так дрожали руки…
– Я должен был спасти то, что осталось от легиона, – пытаясь перекричать снова начавших выкрикивать его имя мертвецов, объявил он. – Вы все равно были обречены!
– Слава Рикусу! – И Древет подвела свой отряд еще на шаг ближе.
Мул стиснул перила так, что побелели руки. На сей раз он не сдвинулся с места.
– Что вам нужно? – спросил он.
Мул пытался говорить спокойно, но в голосе его слышался страх.
– Скажи нам, почему? – делая еще шаг, сказала Древет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
