Карк на привале пребывал в подавленном состоянии.
Пожалуй, решил Вельд, с тревогой смотревший на некроманта, он был значительно веселее в самом начале своего пленения. Поймав на себе взгляд эливенера, колдун горько сказал:
— Раньше я боялся только пыток, которым могли меня подвергнуть в Аббатствах.
— У нас не пытают, — произнес Кен, но некромант только отмахнулся от него:
— Попытка выкачать из моего мозга информацию все равно бы имела место, произведенная тем или иным способом.
— Чего же ты боишься теперь? — спросил отец Вельд. Колдун шумно почесал лысину и усмехнулся. Черты его лица странно исказились, словно то была раскрашенная деревянная маска из тех, что вырезают язычники с южного берега Внутреннего Моря.
— Смертным не понять ужас члена Братства, которого насильно исторгнут из нашего коллективного разума.
— А можно подробнее? — Эливенер подмигнул Карку: — Мы же договорились делиться сведениями, мой друг, лишенный волосяного покрова.
— Все адепты Великой Пустоты связаны друг с другом определенным способом, выходящим за рамки человеческого разумения… — Некромант наклонился, с хрустом вырвал пучок мха и принялся скрести им свой череп. — Проклятые кровососы! — с чувством произнес он.
— Ну, отчего же, — весело сказал отец Вельд, разгоняя ладонью комаров, кружащихся вокруг. — Колонии термитов, водяных гидр и пчелиный рой живут сходным образом.
— Глупости, старик. Впрочем, можешь думать так, как тебе удобнее. Наше единство — более высшего порядка, чем у насекомых. Даже оглушенный тобой, свернутый в кокон ментальных полей, с оборванными нервными окончаниями, я все равно являюсь частью великого целого. И в одночасье это может закончиться!
— Одним словом, как только С'лорн решит, что тебя стараются доставить на север… — Кен взял из костра чадящую головню и принялся тыкать ею в звенящие тучи кровососов, висящие вокруг них. Возмущенные комары и москиты стали отступать под натиском вонючего дыма, но сам северянин закашлял, передал головню в руки эливенера и принялся яростно тереть покрасневшие глаза.
— Он снимет его с довольствия, — закончил за Карка эливенер, подошел к некроманту и вдруг погладил его по лысине. — Кренись. Я обдумал наш предыдущий разговор и уверен, что смогу отразить атаку С'лорна. Правда, ты должен будешь мне помочь.
— Отразить нападение можно, особенно на большом расстоянии, — некромант слабо улыбнулся, потирая макушку, в которой унялось досаждавшее ему жжение от многочисленных укусов. — Однако я в любом случае окажусь оторванным от того конгломерата чистого рассудка, который и есть Темное Братство. Пройдя первую ступень иерархии адепт становится особым существом, лишенным всяческой индивидуальности. Возврата нет.
— Поглядим, — эливенер казался настроенным весьма решительно. — Я, конечно, не священник и не богослов, но уверен, что индивидуальное существование в первую очередь зависит от свободной воли, а не от каких-то смутных психических феноменов. Прояви эту волю, и мы поможем тебе.
— Собственно, выбирать мне не приходится. Приличного посмертия и растворения в Великой пустоте я лишился в тот момент, когда проиграл поединок и попался в плен. А скитаться в Царстве Теней в качестве бездумного клочка тьмы… Бр-р! — Колдун выглядел весьма жалко. Даже северянин, продолжавший относиться к пленнику весьма насторожено, проникся к нему если не симпатией, то сочувствием. Голос лысого звучал без обычных саркастических интонаций:
— Значит, воля к жизни наличествует. Ну что, Кен, попытаемся вырвать из лап Нечистого заблудшую душу?
Метс поднялся и произнес торжественным тоном:
— Не знаю, совершу кощунство, или благое дело, но я отправляюсь молиться за Карка.
— Спасибо, — колдун хмыкнул, всем своим видом показывая, как мало верит в практическую пользу от этой инициативы следопыта.
— Браво, мой мальчик. Думаю, что нам не помешает ничего из того, что мы можем бросить против Крыльев Тьмы. Я слыхал, что иногда молитвы оказывались более действенным оружием, чем мечи и копья.
В это время показались охотники. Ушан и Ирм шли налегке, а флоридяне тащили на плечах здоровый дрын, к которому была привязана большая туша какого-то копытного.
— Нам сопутствовала удача! — издали закричал Вагр. Ушан и Ирм исполнили вокруг брошенного рядом с костром трофея некое подобие военной пляски, а Аграв устало опустился рядом с колдуном и сказал:
— Пожалуй, желтый лис не такой уж вредный зверь, как мне казалось. Видели бы вы, отец, как мастерски он выгнал эту антилопу прямо под выстрел Вагра! Если бы не он, сидеть бы нам ближайшие дни без еды. Топь вокруг словно вымерла, шныряют одни лишь ядовитые гады, да хищники.
Эливенер встрепенулся:
— Это дурной знак. Значит, скоро вернутся ездящие на спрутах! Животные Внутренней Флориды обладают потрясающим чутьем.
— И что же мы станем делать? — Аграв принялся свежевать антилопу. Карк следил за его действиями с полным безразличием, а эливенер поднялся, ибо не переносил подобных зрелищ. Уходя, он бросил через плечо:
— Сегодняшняя ночь все решит. Похоже, я зря притащил вас в такую даль. Мой ученик великолепно замаскировался и не собирается со мной встречаться. Когда же появятся охотники Хвоща, топи станут весьма опасным местом.
— Ну, почему же зря? — Аграв сосредоточенно потрошил тушу, бубня себе под нос: — Думаю, что слуги Нечистого уже перестали нас искать, да и война в северной Флориде отгремела. Теперь можно попытаться пробраться назад, и поселиться в уединенной избушке где-нибудь на западном берегу океана.
— Вряд ли нас оставят в покое, побратим. — Вагр с отвращением стирал пучком водорослей кровяные брызги со своих сапог. — Видимо, придется нам перебираться на север. Где бездельник Кен? Надо спросить у него, не выгонят ли нас из его Тайга?
— Думаешь податься в такую даль? — изумился Аграв.
— А что? Не в топях же сидеть? По рассказам краснокожего, у них вполне свободное житье, по крайней мере, в Атви. Устроимся в порубежники, или сделаем себе вырубку, и заживем на свой лад. Тайг, он большой.
— Это верно, — отозвался вовремя появившийся Кен, который как всегда после молитвы, выглядел умиротворенным и несколько печальным. — Я приглашаю вас к себе. Мне опостылел юг. Раз нельзя выяснить судьбу похищенных из Мертвой Балки машин, то я удовлетворюсь колдуном. А отец Вельд пусть поступает, как знает.
Карк откликнулся на слова разведчика в своей обычной сварливой манере:
— Скорее всего, я окажусь развоплощенным раньше, чем вы доедите остатки этой антилопы. Так что своим Аббатам ты доставишь лишь горстку пепла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
