— Великая Пустота! Да что же здесь творится! — вскричал морской волк, разглядев прямо перед своим носом конвульсивно подергивающуюся лапу Ревуна, забрызганную кровью. Пират вскочил, и тут же из тумана вылетел длинный черный бич, который хлестнул его поперек груди, отшвырнув человека в лужу.
С рычанием Юлл выбрался из грязи, выхватил из-за широкого кушака свой любимый кривой нож с волнистым лезвием и ринулся туда, где лежал погибший лемут. Над трупом колыхалась зеленая тень и раздавался жуткий хруст костей и утробные звуки, с которыми неведомое чудовище поглощало истерзанную плоть. Пират, очертя голову, рванулся в облако, размахивая оружием. Клинок встретил какое-то препятствие. Пират выдернул его и еще раз полоснул противника, разглядеть которого было решительно невозможно. Появившаяся на уровне человеческой груди когтистая лапа, покрытая зеленой чешуей, отбила в сторону кинжал, и попыталась цапнуть мужчину за ногу. Юлл отпрыгнул, и вслед свистнул уже знакомый ему бич. Темная плеть обхватила лодыжку и рванула. Юлл упал и в два удара перерубил странный отросток. Из тумана послышался высокий рев боли, и зеленая тень растворилась в молочном море.
Юлл посмотрел на останки Ревуна и отвел глаза. С лемутом было покончено. Тяжело вздохнув, пират поднес к губам свисток. По третьему сигналу «свистать всех наверх» слева и справа стали возникать его матросы, испуганные, перемазанные в тине. Чуть позже появились Люди-Крысы и Ревуны.
— Никому не разбегаться. Шагом марш за мной! — Капитан повел свою команду к просвету в тумане, в котором проглядывал склон холма и искривленное дерево на его вершине. У поваленных деревьев, которые пришлось обходить, отряд подвергся новому нападению. Рассекающие влажный воздух бичи ударили слева и справа от тропы, уволакивая в белесую муть матроса и лемута. Спасти их не удалось — подбежавшие на помощь застали лишь растерзанные на части тела. Хищники были вокруг. Прячась за облаками, они выбирали добычу наугад и своими гибкими и длинными хвостами утаскивали жертвы, чтобы в мгновение ока превратить их в груду дымящейся плоти.
— Все наверх!
Юлл остался прикрывать отход, воинственно поводя из стороны в сторону кинжалом. Зеленые тени кружились вокруг, не рискуя приблизиться, лишь хвосты щелкали в тумане, словно плетки работорговцев на невольничьем рынке в Ниане.
Наконец пират сам устремился вверх по склону, решив не рисковать понапрасну. У подножья дерева столпились оставшиеся в живых члены его группы. Потери были значительные. Отряд потерял едва ли не треть своего состава. Самым печальным оказалось то, что зеленые чудища уволокли трех Людей-Крыс, которые были навьючены провиантом.
— Проклятье! Придется охотиться. — Капитан устало привалился к дереву, наблюдая за мерно колыхающемся у подножья туманным морем. — Это сильно задержит наше продвижение. Какое отвратительное место — эта Внутренняя Флорида! По мне, у выпавшего за борт в кишащем снаперами и аллигаторами море больше шансов на спасение, чем у слуги Великой Пустоты, сунувшегося в эти гиблые топи!
Потрясенные нападением матросы переговаривались, указывая друг другу на зеленые гибкие тени, скользящие в молочном море, омывавшем холм. Лемуты, сбившиеся в кучу, скулили и рычали.
— Привал! — скомандовал Юлл. Он собирался дождаться, пока рассосется туман. Пускаться в путь, пока внизу кишат сокрытые в облаках хвостатые хищники, было бы чистым безумием.
Пират уселся на травянистый склон, снял со спины ящик и задумчиво пожевал губами.
— С'муга должен знать, что за чудища нас осадили, и как с ними бороться.
Дважды рука морского волка тянулась к фигурной серебряной застежке, и дважды отдергивалась. Ему было боязно выпускать вампирствующего адепта, вызванного к призрачному существованию колдовством С'лорна. Хотя глава Зеленого Круга уверял, что Дитя Ночи находится под контролем и его воля полностью подчинена любому члену Братства, владеющего ящиком, Юлл сомневался.
Слишком свежо было воспоминание о том, как медуза выпила жизненные соки из провинившегося матроса.
— Проклятье, рано или поздно его все равно придется выпускать! — Капитан зажмурился и приоткрыл ящик. Из щели раздался голос потревоженного С'муги:
— Зачем я тебе нужен, С'лорн? Или тебе мало издевательств, доставшихся на мою долю?
— С тобой говорит капитан Юлл, командир отдельного рейдерского отряда Зеленого Круга, Дитя Ночи. Выползай и повинуйся мне.
— Какая честь, — проворчал С'муга, вытекая из ящика струйкой дыма. — И что нужно столько большому начальнику от несчастного ученого, разжалованного в упыри?
Юлл перевел дух. Он сильно опасался, что С'муга накинется на него и попытается вырваться на свободу. Или же, что более вероятно, просто откажется говорить. Однако в ящике было темно и скучно, и бывший наместник Северной Флориды оказался не прочь поболтать.
— Ишь ты, куда меня занесло! Мы на границе топей.
— Это я и без тебя знаю, — проворчал пират. — Видишь внизу эти облака?
— Конечно. Это блуждающая туманная река, в которой, кстати сказать, живут весьма милые зверьки, которые питаются теплокровными животными.
— Я это уже заметил. Как мне от них избавиться?
С'муга помолчал. Дымный столб приобрел контуры человеческой фигуры. Пират никак не мог понять, как разговаривает прозрачный колдун. Голос доносился то ли из самого ящика, то ли откуда-то из недр холма. От этого морскому волку становилось несколько не по себе. Наконец столб изрек:
— Спустись вниз. И проложи себе дорогу с помощью оружия.
— Спасибо, я уже потерял достаточно бойцов. Воевать, не видя врага, — гиблое дело. Предложи что-нибудь еще.
— А зачем мне, собственно, помогать тебе?
Юлл был готов к этому вопросу. Он подозвал одного из матросов и извлек из его заплечного мешка завернутый в шкуру череп С'муги. Прозрачная фигура молча наблюдала за его действиями. Пират нарочито медленно достал трубку, набил ее и достал кусок кремния.
— Что ты собираешься делать? — встревожено спросил призрачный голос.
Молча капитан примерился, и ударил камнем по макушке черепа. Дымный столб взвыл и ринулся на пирата, но тут с хрустальным звоном из ящика показался потрескивающий цилиндр, при виде которого С'муга замер. Юлл криво ухмыльнулся, пальцем раскрыл черепу рот, нашарил вставной железный клык и чиркнул по нему кремнием.
Одновременно с тем, как призрак завопил от боли, сноп искр ударил в табак, и морской волк принялся торопливо раскуривать трубку, косясь на прозрачную фигуру.
— Вот незадача, — пояснил он, выпустив изо рта ароматный дым и хохотнув от удовольствия. — Забыл кресало… Хорошо еще, что прихватил твою мертвую башку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
