ней какие-то манипуляции. А потом снова зарядила инъекционный пистолет и в этот раз тем самым раствором из крови наёмника.
А почему она остановилась рядом со мной?
— Держим лапку и не дергаемся.
— Эй, я не давала согласия на…
Поздно. Игла медицинского пистолета уже пробила кожу, впрыскивая черную жидкость внутрь организма. Мутировавшая имунная система реагировала на все медикаменты агрессивно. Стоило ожидать волну острой боли. Но нет. В этот раз никакой боли не было. Наоборот, Веронике показалось, что она резко почувствовала себя лучше. Настолько, что стала замечать раздражающее шипение кислородной маски наёмника, а на поверхности его брони девушка увидела едва различимые блестки металла, от выломанных решеток клетки. Это заставляло задуматься.
— Но мне стало лучш…
— Ничто так не объединяет людей, как переливание крови. Особенно, когда это единственный вариант не сыграть в ящик.
— Вы же специально меня перебиваете, да? Постоянно перебиваете! Не даете даже слова сказать! Какого х…
И он снова перебил возмущенную Веронику.
— Нужно не бухтеть, а благодарить звезды, небо и умения леди Эвелин, которая умудрилась разглядеть в той жиже, что по недоразумению называлась вашей кровью, очень знакомые вещества. А! Кстати, да, я перебивал вас специально. Теперь прям от сердца отлегло. А сейчас отдыхайте, уважаемая доктор научных наук. Мы поговорим потом, когда разрешит ваш лечащий врач. Все-го хо-ро-ше-го.
— Так, блять, стоп. Это что еще за ехарана-бабай! Вы какого хера раскомандовались мне тут⁈ — Доктор Штерн ожидала, что отреагирует этот капитан и она все же сможет продавить его и разузнать ситуацию. Но вместо него к девушке подошла врач.
Мило улыбающийся доктор, с инъектора которого неспешно капает твоя кровь — не самый располагающий к спорам объект внимания.
— Я эту сыворотку делала восемь часов, — голос леди Дарквуд был абсолютно спокоен и это пугало еще сильнее. — Если эффекта не будет из-за нарушенного режима лечения, то я… снова сделаю эту сыворотку. А потом введу ее так глубоко, как глубоко даже философы древности не думали. Ну так что, продолжите спорить?
— Да!
— А мне плевать.
— И мне.
И врач с наёмником покинули медотсек, даже не оглянувшись на горевшую праведным гневом девушку.
* * *
— Показатели стабильны. Но твою кровь, Молох, придется вводить ей постоянно, иначе организм пойдет вразнос. Я пока закончила с лечением. Теперь можете решать ваши вопросы.
Доктор Эвелин вышла. Её «пациентка» все это время сидела и молчала. Хотя нет, она попробовала пару раз огрызнуться, но каждый раз взгляд натыкался на древний урологический зонд с надписью вдоль стержня «Мотивация» и желание спорить пропадало.
— Что ж, у нас скопилось достаточно вопросов, — капитан присел рядом. — Предлагаю начать с нормального знакомства. Меня зовут Молох. Я капитан наёмников Свободной гильдии. Прибыл на Русалку для поиска пропавших людей. Сейчас везу вас к представителю Совета внешнего регулирования.
— Вероника Штерн. Доктор биологических наук. Сижу тут и слушаю… как ты мне пиздишь, уважаемый наёмник! Просто наматываешь лапшу на оба уха. Какой Совет? Мы больше трех суток в пути! Уже давно были бы в центральных системах! Куда бы ты не летел, там Совета регулирования нет! Если решил сдать меня НоваГен, так и скажи, капитан!
Палец, с удлинившимся ногтем, что больше походил на коготь животного, уткнулся в лицевую маску Молоха. Но в ответ наёмник спокойно нащупал ладонью фиксаторы маски и снял ее. Теперь уважаемая Вероника Штерн могла лицезреть его бледное, покрытое черными венами, лицо.
— Так… так ты тоже…
— Мы так долго летим, доктор Штерн, потому что я везу вас на ТэльМара. Эта колония находится под защитой сразу двух гильдий наёмников, и встреча с представителем Совета произойдет там. Только так я могу гарантировать вашу полную безопасность. К тому же, на ТэльМара мы сможем нормально изучить ваше состояние, дабы вы больше не сосали из меня кровь литрами, как любимая тёща.
Помощь? От наёмника? Даже внешне на лице девушки отразилось удивление, граничащее с шоком. Звучало слишком хорошо. Слишком хорошо никогда не бывает.
— Можете мне верить или нет. Но за трое суток я бы мог уже сто раз сдать вас тем же НоваГен и вы бы даже не узнали. Продержать все это время вас под снотворным — это дело двух секунд. Обдумайте это спокойно, леди Штерн. Кстати, доктор, чего они вообще на вас ополчились?
Вдох и тяжелый выдох. Она все обдумала. Тут и думать было нечего. Всё, Вероника Штерн задолбалась. Девушка уже решила для себя, что все расскажет, а дальше будь, что будет. Все равно в её ситуации вариантов было не много.
— Мы мешали им. ДСПБ тщательно проверяли деятельность лабораторий на Русалке. А эти гандоны стали использовать людей в качестве сырья для получения биоактивных жидкостей. И не просто на «крысу», нет. Они «опыляли» целые научные колонии. Это, мать вашу, промышленные масштабы!
Рассказ девушки прервал звук коммуникатора.
— Капитан, у нас тут ситуация.
— Что там, Трэм?
— Брат, у нас тут хомяк сдох, если коротко. А если не коротко, то поперек разгонный врат колом стал старый транспортник. Скорее всего движки сдохли на форсаже перед прыжком. Такое часто бывает. Придется подождать.
Ситуация вполне реальная. Торговцы всегда экономят, используя ресурс корабля до последнего.
— Хорошо, сейчас приду на мостик. Извините, доктор, разговор придется ненадолго отложить.
Молох встал. Он хотел уже идти, как на плечо легла рука доктора Штерн. Когда наёмник повернулся, то впервые увидел эту девушки по настоящему испуганной.
— Нет, капитан! Какое нахер останавливаться⁈ Это… Это они!
Глава 28
Глава 28
— Итак, у нас ситуация «два стула», — РазвраТор снизил скорость, поэтому Молох успел подняться на мостик, а корабль все ещё шел к вратам. К вратам и неизвестному кораблю, застрявшему у входа. — С одной стороны, у нас торговец с движками прожжёнными, а с другой засада с ракетами наведёнными. Какой «стул» выбрать?
— Брат, я отправлял запросы на всех возможных частотах. Корабль не отвечает. Душа велит оказать помощь нуждающимся, но ум требует быть осторожным.
— Не стоит забывать, что дело мы имеем не с пиратами фронтира, Трэм. Это не Стальной Кулак, а крупная межсистемная корпорация. Им даже нападать на нас не потребуется. Достаточно одного дрона, который заснимет, как мы высаживаемся на их судно или пытаемся его отбуксировать и это будет выставлено, как абордаж или нападение.
