— Эти намерения вообще или в частности к Тао?
— К Тао. Он мужик самых высоких морально-волевых качеств! Его не волнует, что постояльцы собираются делать вне его «Приюта», лишь бы заплатили и ничего не разбили внутри.
— О да, это и называется «самых высоких», — покачала головой.
Время позднее, а улицы не спали. Южане вообще очень работящий народ: магазины, лавки и забегаловки не пустовали, даже уличные торговцы наперебой предлагали нам купить их сомнительный товар. Сами они, кстати, тоже имели весьма сомнительный вид. Другая культура.
— Вот и он!
«Приют старого дракона» оправдывал своё название. Старый дом с облупившейся облицовкой и большая деревянная вывеска с нарисованной рептилией, изрыгающей символический огонь из пасти. В жизни бы не зашла внутрь по доброй воле.
А внутри оказалось очень даже ничего! Простенько, чистенько и уютненько. В углу сидели два настолько жирных южанина, что я окрестила их борцами сумо. Они играли в шашки. За стойкой регистрации хозяйничал не в пример худенький мужчина невозмутимого вида. Жёлтое личико, тонкие длинные усы с нефритовыми бусинами на кончиках и пальцы, унизанные массивными кольцами. Он лениво глянул на нас пробирающим до костей взглядом янтарных глаз и снова уткнулся в сканворд. Это и есть Тао?
Лендер подошёл к стойке, когда как мы остались чуть в стороне. Юлиус по-хозяйски устроился на пошарканном диванчике, демонстративно сложив руки в перчатках на подлокотники. Так он показывал, что мы не залётная мелочь. Напрасно старается: насколько я поняла, они со Спектром хорошо знакомы с владельцем «Приюта».
Ленд постучал пальчиком по столешнице, привлекая внимание:
— Здорова, Тао. Нам нужны три номера и господин Линг.
Худенький южанин кивнул, всё так же не поднимая глаз, и большим пальцем указал на доску позади себя с висящими на ней пронумерованными ключами.
— Джёге байчи щи й зяши, — ответил мелодичным, как музыка ветра, голосом.
— Отлично. М гой.
Тао кивнул и добавил витиеватую фразу, всё так же обращаясь к своему журналу. Весьма невежливо для представителя такого радушного народа.
— Это он тебе, док.
— Понятия не имею, о чём желтолицый болтает, — гордо ответил тот. — Передай узкоглазому, что я не разговариваю на языке дешёвой рабочей силы.
— Всё ты понял. Идём. — Ленд взял три ключа и жестом поманил нас с Юлиусом.
Проходя мимо, я улыбнулась господину Тао:
— Здравствуйте.
В ответ он уставился на меня внимательным взглядом, и я пожалела, что вообще отвлекла его. Как будто раздели на месте. Брр.
После Каменного Ягуара меня уже не впечатлить ростом и массой, но наш провожатый брат-сумоист внушал уважение; деревянный пол вздрагивал от его шагов. Лестница на второй этаж упиралась в массивную стальную дверь. Он отпер её своим ключом и пропустил нас внутрь узкого, плохо освещённого коридора с исшарканным тысячами ног блёклым ковром, затем, не говоря ни слова, развернулся и ушёл. Не очень-то гостеприимный «Приют». Ну и не надо. Главное, тут тепло и есть душ.
— Увидимся утром, — Юлиус махнул когтистой лапой, скрываясь в своём номере. Надо же, ни слова про то, что сон для неудачников! Мнение-то меняется, когда приходится заниматься чем-нибудь ещё, кроме того, чтобы стоять по центру комнаты и думать.
Лендер вручил мне Установку и рюкзак.
— Если голодна, крошка, спускайся вниз. Там кто-нибудь из парней проводит тебя на кухню. Ужин уже включён в счёт.
Пройдя в свою комнату, он прямо в куртке рухнул спиной на узкую кровать, жалобно скрипнувшую под его весом. Закинул руки за голову и бездумно уставился в тёмный потолок с прикрученным пропеллером кондиционера.
Я прислонила вещи к стенке в коридоре и зашла к нему. Уставшим Ленд не выглядел, но это не означает, что таковым не был. Свет в комнате не горел, только уличное освещение просачивалось в окно и отбрасывало розовые пятна на плетёный коврик. Откуда-то со стороны доносилась ругань на незнакомом языке.
— Ленд, с тобой всё в порядке? — присела на самый краешек кровати. Сколько раз он заботился обо мне, даже жизнь спас, вытащив из огненно-электрического ада, я не могу сейчас взять и оставить его одного. По крайней мере, не попытавшись что-нибудь сделать. — Ну... я имею в виду плечо и остальное. Может, нужна какая-нибудь помощь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Всё путём, — более хрипло, чем обычно, откликнулся Ленд. — Мне не привыкать, поверь. Иди, отдыхай.
— Что за наплевательское отношение к собственному здоровью? Когда Юлиус исполнит голубую мечту и негативная сторона твоего супериора будет нейтрализована, ты очень удивишься, ощутив все неприятные последствия такой вот небрежной жизни.
— Регенерация не даст мне мучиться чувством раскаяния слишком долго.
— И то верно... Но мысль ты понял!
Да уж, повлиять на него не получится, или же у меня маловато таланта. Я и собственную мать-то ни в чём не могу убедить, чего уж говорить о приспешнике злодея из «Великой троицы хаоса».
Ленд скинул ноги на пол и сел рядом со мной. От его одежды исходил тяжёлый запах химического дыма и высохшей крови. Наверняка, от меня пахнет не лучше.
— Мой день ещё не закончен. Скоро подойдёт Линг, нужно с ним повидаться. Он торговец оружием, что очень кстати — мне не по себе с разряженными стволами.
— Ясно с тобой всё. Умирать не собираешься.
— Не раньше дока, — Лендер устало усмехнулся. — Иначе этот чудик попросту клонирует меня.
— Звучит пугающе, — я поёжилась, представив картину. Юлиус способен на очень многое и над этичностью клонирования друга не задумается ни на минуту.
— Ага. Ты бы видела, чего он сотворил со своей кошкой Марышкой, сдохнувшей от старости. Уже двадцать лет док видит её в кошмарах и это притом, что в нашей жизни хватает эпизодов похуже. А сама ты как после сегодняшнего, крошка? Герои ребята резкие, и Паник не подарок.
— Сойдёт, — улыбнулась, вовсе не испытывая радости.
Вот бы спросить его о Марине, но вряд ли сейчас подходящие место и время.
— Если какие-то сомнения, только скажи.
— Нет, никаких.
Пора уходить, пока Лендер не начал развивать опасную тему. После всего случившегося, не трудно представить, как он запихивает меня в самолёт до Мелграда, лишь бы избавить от опасности.
— Спокойной ночи, Ленд.
Насколько хватило сил, сжала его ладонь, лежащую рядом. Может, хоть что-нибудь почувствует.
— И тебе, — пространно отозвался он. В его голосе просквозила усталость, которою он так тщательно скрывал.
Осталось кое-что узнать, чисто для общего развития. Остановившись у порога, повернулась:
— Что Тао сказал Юлиусу?
— Я не стану повторять эту фразу при тебе, крошка, — отозвался Ленд из темноты. — Даже на грандериканском она слишком неприличная.
— А ты своими словами.
Секунд через десять тишины ответ я всё-таки получила:
— Он по-дружески предупредил Электрика, что если свет в доме моргнёт хотя бы раз, то Шен и Лао отправят его спать на улицу.
— Очень «по-дружески», — хмыкнула я, в который раз удивившись отношениям между злодеями. Весьма странным.
— Серьёзно. В предыдущий раз Юлиус спалил в «Приюте» всю проводку. Под словом «спалил» я подразумеваю «расплавил к чертям каждый провод во всём здании».
Мило! Лишь бы теперь Тао и его братья не плюнули нам в чай за завтраком.
Пожелав удачи с Лингом, забрала Установку с рюкзаком, ушла к себе в номер и тщательнейшим образом заперла дверь от всех тех ужасов, охватывающих сознание невинных девушек, когда до них доходит, что ночевать придётся в незнакомом месте, полном негодяев всех разновидностей.
Душевая кабинка метр на метр, вода чуть тёплая, но спустя полчаса я почувствовала себя другим человеком. Даже будущее уже не рисовалось преимущественно мрачными красками. Всё наладится, когда мы найдём Техно. Должно наладиться. Раздобудем его ДНК, уничтожим нанороботов, и нас больше не будут преследовать герои. Вернёмся в особняк к рутинной работе, по которой я уже скучаю, и всё будет лучше прежнего. Обо мне наверняка напишут в комиксах. Учитывая неуёмную фантазию художников, будет очень интересно посмотреть, как меня изобразят! Вот бы сделали чуточку выше...
