Секунду же спустя ревущая алая молния пробудилась с новой неудержимой мощью, а сила духа вновь стала тягучей и клейкой, словно густая кровь тысячелетнего монстра.
Сотни молниеносных игл образовались на расстоянии вытянутой руки от меня, а громовое копьё разразилось необузданной ранее всерассекающей силой.
Ликующий взгляд огненного архимага изменился на испуганный, а следом и предсмертный в тот самый момент, когда копьё-глефа снизу-вверх смела напрочь его щит. С громким и чавкающим звуком нога и рука одарённого были разорваны на куски бесчинствующим разрядом молнии, а еще долю вдоха спустя от его головы ничего не осталось, и не защищенное магией тело мгновенно было поглощено набирающим обороты пламенем.
Тут же на очереди оказался сам Заболоцкий. Вихревая гильотина сработала как и полагается — десятки рассекающих выпадов и ударов вкупе с ослепляющими вспышками не оставили ни единого шанса. Техника была исполнена безукоризненно. Тьма, защищавшая его тело, продержалась несколько мгновений, и когда покров всё-таки иссяк руки и ноги поверенного княгини превратились в кровавые ошметки. Пришлось лишь сделать дополнительный шаг в сторону и со всей силы, что нёс в себе сковывающий заряд молнии пришпилить огромное тело твари к земле, пробив его насквозь. Копьё-глефа вошло более чем наполовину в брюхо образины, но поверенный почти сразу с душераздирающим рёвом тщетно попытался вытащить из тела оружие. Вот только сейчас он походил на кусок облезлой плоти без рук и ног. Кричать и вопить — это всё, что он мог делать в данный момент.
Последним на очереди оказался ветряк, но тут как нельзя вовремя подоспела и заготовленная техника.
Порхающие пальцы прямо из пространства стали извлекать один сгусток молнии в виде игл за другим. Щит архимага продержался под градом потока бесконечных разрядов три или четыре секунды, а еще пару моментов спустя тот с жалким вскриком опал на пепелище усадьбы.
Тело хунхуза сейчас походило на кровавое месиво и кусок продырявленного бесчисленных местах мяса, вот только мне удалось наслаждаться таким зрелищем всего секунду или две, потому как выдох спустя горящее имение полностью поглотило останки тела архимага.
Время вновь вернулось на круги своя. Лёгкие готовы были вырваться из груди в любой момент, а грудь сейчас более походила на кузнечные меха.
— Это… было… занятно и… смертельно опасно… — с запредельной одышкой пробормотал я себе под нос, еле удерживая тело на ногах.
В таком обессиленном состоянии даже дышать было сложно. Взгляд стал мутнеть, руки отказывались слушаться, но такое самочувствие после трёх одновременно задействованных реанорских техник было более чем приемлемое.
Крики твари вновь ворвались в мои уши, и под конец я обратил свой мутнеющий взор на скулящего поверенного, который всё также тщетно пытался вытащить из собственного брюха моё копьё. Даже его тело стало медленно принимать свои человеческие очертания.
— Ты глупец! — холодно изрёк я, наблюдая за обратными метаморфозами и ногой прижимая тело твари к горящим обломкам усадьбы Ефанова, одновременно с этим крепко держа древко копья в руке. — Глупец, что променял здравомыслие на мимолётную силу! Если бы ты тщательно изучил свои посылы, то понял бы, что прирост твоего могущества в этом состоянии будет не моментальный, а вся твоя защита прекратится в дерьмо! Демоны всегда использовали это состояние заблаговременно! Подобных тебе выпускали в самом начале сражения, чтобы внести хаос в ряды херувимов. Поэтому ты не более чем тупая тварь, которая собственными руками загубила свою возможную победу!
Вот только всё это были не более чем слова. Ведь я прекрасно понимал, что в данный момент разум Заболоцкого находился в полном раздрае.
— Простите… госпожа… я не справился… не справился… — тихо скулил поверенный княгини. — Простите…
Без рук, без ног, без чувства собственного достоинства.
— Какое же всё-таки жалкое и отвратное зрелище, — брезгливо сплюнул я, пытаясь перебороть невероятную боль, что скопились за время схватки в теле. — Как и сказал ранее, старик, я закончу нашу вражду. Ваши с княгиней выкрутасы мне изрядно поднадоели…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В следующий миг напор ноги стал сильнее. Послышался треск костей в груди Заболоцкого, крик его стал более отчетливым и пронзительным, а магия молнии, что не давала сдвинуться копью с места и которая была укоренена глубоко в земле, тотчас развеялась.
С чавкающим звуком наконечник орудия, погруженный глубоко вниз, покинул брюхо твари и вдох спустя резким и выверенным хлестким движением отрезанная голова архимага тьмы оказалась нанизана на моё копьё.
— Это конец нашей игры, княгиня, — сухо изрёк я, глядя в тёмные глаза её поверенного. — Конец…
* * *
Второе кольцо. Москва.
Пепелище усадьбы князя Ефанова.
3 декабря, 2020 года, 02:12.
— Оцепить периметр! — раздавал громко команды Решетников подчиненным жандармам. — Найти нашу двойку! Живыми или мёртвыми, но найти!
Имение князя Ефанова сейчас более походило не на хоромы дворянина, а на огромное кострище, с обжигающим пламенем, что вздымалось до самых небес.
Третий тайный отдел прибыл на место пожара одним из первых. Вот только вместо схватки Решетников смог застать лишь собравшихся соседей-зевак и несколько человек охраны поместья.
Мужчина уже собирался вновь выдать очередной приказ, но это уже и не требовалось. Лазарев пожаловал к нему сам. Молодой парень в обрывках одежды, который был окутан защищавшей его алой молнией и еле передвигал ногами, на глазах у только что прибывших жандармов медленно выбрёл прямо из-под обрушившихся деревянных перекрытый усадьбы князя Ефанова, таща в левой руке за собой человеческое тело, а в правой… голову.
Да и сам молодой человек выглядел так, словно прошел через настоящую мясорубку. С десяток открытых ран по всему телу, в особенности две бросились в глаза жандарма почти сразу, зияющая сквозная на бедре и отвратная обгорелая почти дочерна на плече, чумазое и чуть обгорелое лицо и волосы.
И вместе с этим Лазарев хоть и держался из последних сил, но выглядел как никогда довольным.
— Похоже… без нас всё разрешилось, — тихо отозвался Кочкин, стоя рядом с капитаном и не сводя цепкого взгляда с обезглавленного тела.
— Моё вам почтение, Сергей Петрович и прошу прощения за беспокойство, — тихо и устало отозвался Лазарев и отбросив голову и тело в близрасположенный сугроб медленно осел прямо у ограды поместья, прислонившись к той спиной. — Выдернули из теплой постели?
— Федотов, вызывай наших целительниц! Живо! — громко отчеканил жандарм, не сводя глаз со столпа империи и не обращая внимания на начавшееся оживление у него за спиной. — Выдернули или нет, это уже моё дело. Захар Александрович, потрудитесь объяснить, что вы здесь устроили? Как прикажете это понимать?
— Так не виноват я, Сергей Петрович, — пожал плечами парень, с улыбкой глядя на полыхающую усадьбу, а после слабо кивнул головой в сторону сугроба. — Заболоцкий намедни вместе с тремя хунхузами заглянули на огонек, а дальше сами понимаете.
— Заболоцкий?!.. — тотчас вспыхнул жандарм. Но не успел мужчина что-либо добавить, как следом раздался изумленный голос Кочкина.
— Хм. Так и есть, ваше сиятельство, — тихо оповестил того штабс-капитан, подняв из сугроба голову мертвеца прямо за волосы. — Он самый. Заболоцкий. Правда, уродливый что-то…
— Заболоцкий был архимагом второй степени, — тихо обронил Решетников, не сводя внимательного взгляда с Лазарева.
— Вы правы, Сергей Петрович. Был, — устало кивнул столп.
— Как понимаю, хунхузы тоже мертвы?
— Догорают где-то там… — очередной утвердительный кивок и взмах руки.
Несколько мгновений капитан третьего тайного отдела так и стоял с отчужденным видом, созерцая Лазарева, а после медленно прикрыл глаза, тяжело выдохнул, и потянулся к нагрудному карману за телефоном.
— Даже знать не хочу, как вы это сделали. Не моего ума и уровня дело, — вдруг изрёк спокойно мужчина, прикладывая трубку к уху. — Вы не можете без приключений, Захар Александрович, не правда ли? И что прикажете говорить князю Ефанову? У старика сердце слабое.
