Олимпа, Повелевающий небом — умер.
Глава 22. Совет низвергнутых
Элиза не ожидала, что восстановление после драки с Орденом Помнящих растянется столь надолго. Несмотря на чудесное исцеление, фантомные боли в месте ранения преследовали ее еще минимум неделю, если не больше. Не говоря уже о таких вещах, как подстерегающие в самый неожиданный момент головокружение, тошнота и общая слабость.
Некромант, когда более менее пришла в себя, расспросила о случившемся болтливого сатира, так как собственные воспоминания обрывались на могучем безумном старике и его сдвоенной атаке звенящими от силы заклинаниями. Дальше была черная пустота.
Менис, даром что не участвовал в схватке, знал все в мельчайших подробностях, и, противно мекая, в красках описал всю драку и дальнейшее спасение Элизы. По всему выходило, что она обязана жизнью Милану и амазонке. Первому — за то, что приказал спасти, второй — за собранные заново живот и потроха.
Повелительница костей поморщилась. Она терпеть не могла быть кому-либо обязанной, но открещиваться от долга не собиралась. Дар жизни — священен. Смерть не поймет, если одна из некромантов отмахнется от подобного.
Сатир болтал без умолку, так что очень скоро Элиза была в курсе всех последних новостей. Вроде бы всего неделя, а сколько всего произошло! Тектонические плиты миропорядка пришли в движение, и некромант чувствовала, что грядущие перемены затронут абсолютно всех. За этими размышлениями она даже не сразу вспомнила о родной земле и нависшей над ней угрозе. Поэтому во время обеда не донесла ложку супа до рта, когда поняла, что ничего не знает о Карфагене и угрожающем клану личе. Вроде в один из кратких периодов улучшения самочувствия у нее был разговор с Марекитом, но вот его содержание совершенно стерлось из памяти.
Серебряная ложка громко звякнула о тарелку, когда девушка порывисто встала и направилась к собственным покоям. Но добраться до них не успела.
— Здравствуй. — Милан перехватил ее в коридоре. — Вижу, тебе уже гораздо лучше. Хочу попросить тебя об услуге.
— Прошу прощения, Правитель, это не может подождать? Я хотела бы связаться с Карфагеном.
— Именно об этом я и хотел тебя попросить, — улыбнулся Якостроф. — Хочу поговорить с главой клана Танатис. Не против, если я задам свои вопросы, а затем оставлю вас наедине?
Упрямиться дальше Элиза не видела причин, поэтому согласилась и к покоям некроманта они подошли вместе.
Зайдя внутрь, девушка предложила Милану что-нибудь выпить, но тот отрицательно покачал головой и отказался от приглашения сесть. Вместо этого оперся спиной на стену, скрестил руки на груди. Пожав плечами, Элиза достала из поясной сумки верный серебряный стило, уколола палец и начертила на полу формулу призыва. Милан с интересом наблюдал за ее манипуляциями, явно запоминая каждое движение. В какой-то момент ее кольнуло раздражение — некроманты никогда и никому не раскрывали своих секретов и заклинаний, но девушка тут же одернула себя. Без таланта, без дара клана Танатис, Якостроф все равно не сможет использовать подсмотренные знания.
Узор полыхнул бирюзовым.
— Что теперь? — заинтересованно спросил Милан.
— Ждем. Глава клана получит призыв и, если сможет, то подхватит плетение. Тогда мы сможем поговорить.
Тени в углу комнаты сгустились, вытянулись, образуя мужской силуэт.
— Приветствую тебя, Элиза! Какие новости ты хочешь донести до клана?
Повелительница костей едва не ущипнула сама себя. На призыв мог ответить только глава клана. Так почему же, Аид его побери, с ней говорит Марекит?!
— Извини, но я хотела поговорить с главой клана. Где Орест?
— Ты ничего не помнишь, дочь ночи? — в голосе Марекита сквозило удивление. — Прежний глава клана мертв. Пал в битве с личем.
— Тогда почему на призыв отвечаешь ты? Постой… Тебя выбрали главой клана?! Но это невозможно! Над нами может стоять лишь Истинный!
— Такова была воля Умертви, Элиза. Совет уже признал меня. Ты хочешь оспорить их решение?
Элиза задумалась на секунду и отрицательно покачала головой:
— Воля Совета для меня незыблема. Я связалась с тобой… с вами, чтобы узнать, как обстоят дела в Карфагене. А также засвидетельствовать почтение присутствующего здесь со мной Правителя Крита.
Девушка была готова поклясться, что и Милан, и Марекит одновременно усмехнулись. Видимо, ни для кого из них не осталось тайной ее завуалированное предостережение новому главе клана, чтобы не болтал лишнего.
— Я рад лично… ну, почти лично приветствовать великого мага и дорогого брата по искусству! — Тень изящно поклонилась и Милан ответил тем же. Правда, куда менее изысканно. — Судя по всему, память сыграла с тобой злую шутку, поэтому позволь я расскажу вам обоим последние новости…
Потрясение от неожиданного возвышения давнего соперника тускнело от осознания того, что угроза лича, безжалостным мечом висевшая над кланом, миновала. Элиза даже зауважала Марекита, когда тот рассказал, чего ему стоило расправиться с немертвым колдуном. Да что там! Она даже вполне ровно отнеслась к новости о возможном союзе с недавними заклятыми врагами — кланом Жизни. Положа руку на сердце, Элиза не питала ненависти к Енисис. Конфликт давным давно перешел в разряд вялотекущих, а о его причинах вряд ли кто-то смог бы вспомнить, не углубляясь в клановые архивы.
— Я искренне поздравляю клан Танатис со столь блистательной победой! — Милан наконец-то оторвался от стены и подошел чуть ближе. — Однако вынужден перевести разговор на еще одну насущную проблему.
— Вы ищете союзников в борьбе с объединенными силами Фтеротос и Плойгос. — Марекит проявил осведомленность в делах, творящихся за пределами Карфагена. — Сожалею, но я вынужден отказать вам в вашей просьбе. Танатис сейчас не в том положении, чтобы помогать кому-либо. Предстоит много титанического труда, чтобы исправить последствия появления лича на нашей земле. Однако я готов пойти вам навстречу и не отзывать Элизу. Пусть она будет подле вас в качестве посланника клана. И окажет любую доступную ей помощь.
Милан сжал губы, явно разочарованный отказом, однако нашел в себе силы поблагодарить Марекита и затем откланяться.
— Зачем ты оставляешь меня здесь?! — С Элизы разом слетело все добродушие. — С минуты на минуту на Крит прибудут объединенные силы воздушников и водников. И тогда на острове воцарится хаос. Вызови меня обратно!
— Нет, ты останешься возле Правителя.
— Но почему?! Зачем?
Вместо ответа Марекит отправил ей слепок чужой ауры. Черной, как сама ночь, насквозь пропитанной исступленной ненавистью и злобой. Девушка содрогнулась, краем сознания отмечая, что столь достоверно передать чужую ауру через «Теневой канал» не мог даже Орест. Новый глава клана явно прибавил в силенках, и очень ощутимо.
— Что это за мерзость?!
— А сама как думаешь? Чтобы изгнать лича, мне пришлось на
