паузу, потом посмотрел на костер. — Это был Кертис, да? — грустно спросил он. — Значит, наша клятва в верности была с самого начала обманом?
— Нет, это был не Кертис, — ответила Кассандра, покачав головой.
— Перестань утешать меня. Во время нашего пикника ты назвала мне его, сказав, что человек, рассекший мечом мою руку, замешан и в убийстве моего отца.
— Кертиса не было среди тех, кто напал на тебя сегодня, — твердо заявила Кассандра. — Это не он выбросил кинжал.
Протянув руку через бревно, она подняла нож, показав его Кедедрину.
Быстро взглянув на него, он окаменел: это был кинжал его отца.
— Этот клинок я вырвала из твоей груди. Ты должен был всегда держать его при себе. Я тебя предостерегала, но ты снова пренебрег моими словами.
Кедедрин покачал головой:
— Это невозможно. Я положил этот кинжал в ящик с оружием. Он не мог оказаться в руках моего врага.
Вырвав руку, на которой была намотана веревка, Кассандра встала, уперев руки в бока.
— Я дала тебе этот кинжал и предупредила, что он будет охранять тебя. Почему ты положил его туда, откуда любой человек мог его выкрасть? — сказала она, погрозив ему кулаком. — Ты просто болван!
— Значит, это был Кертис? Я видел, как он крутился рядом с ящиками, куда укладывали мое оружие.
— Нет, это был не он, — твердо повторила Кассандра, топнув ногой. — Этот человек старше Кертиса. Впрочем, ты все равно не послушаешь меня.
Кедедрин изумленно посмотрел на нее. Кассандра снова оказалась права. Ее уверенность в том, что кто-то хотел его убить, оправдалась. Ее вера в волшебную силу клинка — тоже. Остался только сон о суженом, который предвещал им вечную любовь…
Кедедрин слабо усмехнулся.
— Теперь я буду слушаться тебя, — серьезно проговорил он. — Я начинаю тебе верить и ни за что не отпущу тебя. Дело не в ноже. Это не кинжал меня спас, а ты, мой ангел-хранитель! — Кедедрин нежно провел по ее щеке. — Ты знала, что мы созданы друг для друга, и ты спасла меня!
— Я только выполнила свой долг, — буркнула Кассандра.
Кедедрин скривил губу.
— Долг? Все, что происходило между нами в последние дни, ты совершала только из чувства долга?
Девушка отвернулась.
— Да, — с трудом выдавила она. — Мой долг помогать всем, кто нуждается в помощи. Я знала, что ты в беде. Тебе грозила опасность, и я должна была тебя спасти.
— Ты пришла ко мне, чтобы найти своего суженого? — ласково спросил он. — Значит, ты хотела меня?
— Прекрати! — крикнула Кассандра. — Эта часть моих снов была… я ее неправильно истолковала. Я неверно поняла их смысл.
— Я хочу жениться на тебе, — неожиданно выпалил Кедедрин. — Я не могу поступить иначе с женщиной, которая глубокой ночью, рискуя собственной жизнью, пришла мне на помощь. Мы должны пожениться.
— Но я же тебе сказала, что сон был ошибочным. Я не хочу так. Мы не подходим друг другу.
— Но ты не можешь этого сказать про постель! Здесь мы полностью совпадаем.
Кассандра залилась румянцем:
— Как ты смеешь так разговаривать с леди?
Кедедрин усмехнулся:
— Не вздумай разыгрывать со мной эту карту. Разве ты думала о каких-то титулах, когда соблазняла меня?
— Негодяй! Ублюдок! Я ни за что не выйду за тебя замуж. Я больше не хочу этого. Отпусти меня! — крикнула Кассандра, пытаясь размотать узел на своей руке.
Кедедрин вдруг снова ощутил нестерпимую боль в ране и, посмотрев в свете костра на свои окровавленные пальцы, в изнеможении упал на землю.
Она инстинктивно бросилась к нему.
— Помоги мне… — прошептал он.
Кассандра помогла ему удобно улечься на земле.
— Не будем ссориться, — назидательно произнесла она.
Кедедрин схватил ее за руку:
— Ты должна довести меня до замка, или мне конец! Ты совершила чудо… Неужели ты бросишь меня после того, как возродила меня к жизни?
Кассандра затрепетала, не отрывая от него глаз.
Кедедрин нежно прикоснулся к ее вискам, где начиналась линия волос.
— Я тебя развяжу, если пообещаешь, что не сбежишь. Останься со мной, пока мы не доберемся до замка.
Кассандра покачала головой:
— Я должна вернуться домой.
Кедедрин нахмурился:
— Я вижу, что женщина, которую я полюбил, оказалась лгуньей. Женщина, которую я считал своим другом, просто плела тайные интриги против меня. Ты же знаешь, что меня хотели убить. Нет, я скоро не выдержу. Завтра же мы едем в Эбердур. Вместе!
Утро следующего дня выдалось холодным и дождливым. Почувствовав на своих губах влажные губы Кассандры, он лег на бок и улыбнулся.
— Мммм, — застонал он. — Я знал, что ты сдашься.
Она снова поцеловала его, на этот раз проведя языком по его губам.
Кедедрин потянулся к ней ближе, желая продолжить поцелуй, но вдруг услышал пронзительный звук, заметив у своего носа проказливого зверька. Высунув свой маленький язычок, Триу-кэр — по примеру хозяйки — тоже лизнула Кедедрина в лицо.
— Что?! — в негодовании воскликнул Кедедрин, мгновенно вскочив на ноги.
Триу-кэр проворно отпрыгнула в сторону.
— Ах ты, негодная бестия, — выругался Кедедрин, высматривая непослушного зверька. — Как ты посмела меня лизнуть? Мне надо было сразу придушить тебя, как только увидел!
Триу-кэр поднялась на задние лапки, высунув язычок, будто посмеиваясь над человеком.
Вдруг Кедедрина осенило. Вглядевшись, между ветвями деревьев он увидел Кассандру, лежащую на толстом суку, как настоящий тигренок, дергающую пальцами за концы веревки.
— Неужели ты думал, что путами сможешь удержать меня.
— Как тебе удалось развязать веревку? — грозно спросил Кедедрин. — Я закрепил ее особым узлом, каким связывают пленников. До тебя еще никто не мог распутать такой узел.
— Ты меня плохо знаешь! — ответила Кассандра. — Сейчас на тебя упадет сосновая шишка.
Кедедрин посмотрел вверх и не успел отвести голову, как на землю свалилась шишка.
— Мне надо было раньше предупредить тебя, — засмеялась девушка.
— Откуда тебе было знать, что она упадет. Признайся, что ты нарочно бросила ее в меня, маленькая плутовка.
Кассандра улыбнулась:
— Сейчас ты споткнешься о корни, если вздумаешь пойти облегчиться.
Посмотрев на землю, он увидел справа от себя целую сеть переплетенных между собой корней. Отойдя в сторону, стал развязывать штаны.
— Меня не запугать твоими пророчествами. Я… Он вдруг смолк, наткнувшись на скрытый травой корень дерева, и упал на колено.
На этот раз расхохоталась Кассандра, обхватив руками ствол.
Кедедрин встал на ноги, яростно глядя на нее.
— Ты вздумала меня снова дразнить? — крикнул он и, схватившись за сук, полез на дерево.
— Твоя рана… — вскрикнула Кассандра.
— Ничего. Она уже не болит. Но ты же это сама знаешь, разве не так?
— Я не все знаю. Только то, что видела в своих
