с наряда и пустить по орбите. Пусть сгниют здесь. Пока не научатся службу нести. Вы тут все преступники, мать вашу за ногу».
Лейтенант с трудом понимал то, что я ему говорю, но, судя по всему, того, что он понимал, ему хватало с головой. То, что он нарвался на какую-то важную птицу ему стало ясно совершенно точно. Иногда он бросал косые взгляды, не сулящие ничего хорошего на стражников, которые принесли ему проблемы.
«Кто вас сюда назначил? — не унимался я, — покажите мне этого негодяя, я проверю как вы сдали зачеты на право самостоятельного несения дежурства на стратегически важном объекте. Вы вообще читать то умеете, а писать, или вам голова нужна чтобы в нее есть? А? Я вас спрашиваю».
«Гггосподдин проверяющий, — промямлил лейтенант, — я-то тут не виноват ни в чем, это все они», — он кивнул головой на стражников, которые прекратили пропускать входящих и стояли по стойке смирно с оружием на караул.
«Чтооо? — дурным зверем взревел я, — ты дворянин или насрано, ты что не в состоянии ответить за свои проступки, на подчиненных сваливаешь?».
На мое плечо опустилась ладошка принцессы, она наклонилась к моему уху и тихонько прошептала: — «Бор, хватит, люди же смотрят, прекрати пожалуйста уничтожать этого бедолагу».
Ну не скажешь же ей, что я всю жизнь не любил вот именно таких чванливых офицеров, которые готовы на все, лишь бы прикрыть свои проступки и непрофессионализм подчиненными, что вот таких сынков я был готов душить собственными руками.
Но посмотрев по сторонам и увидев действительно порядочную толпу зевак, столпившихся на воротах, я немного поостыл и гаркнул уже на них: — «Чего встали ротозей, разойтись, караул, продолжать пропуск населения, и смотрите мне, тщательный досмотр и проверка документов».
Воины тут же принялись разгонять собравшихся и изображать рвение на службе, один из них тут же запрыгнул в телегу и принялся пересчитывать товары, второй напрягал брови в попытках вчитаться в подорожную, протянутую ему каким-то работягой. Я повернулся к лейтенанту, некоторое время смотрел на него тяжелым взглядом и наблюдал, как он обтекает.
— Ладно, лейтенант, на первый раз я тебя прощаю, надеюсь ты сделаешь серьезные выводы.
Фарук замотал головой словно китайский болванчик: — «Конечно, господин проверяющий, все сделаем в лучшем виде. Это я во всем виноват, но я исправлю, честно. Слово дворянина и офицера. Ух, как у меня они все службу нести будут», — он сжал кулак и показал солдатам.
— Но-но, лейтенант, начинать надо с себя, в первую очередь. Запомните, вы офицер Шаруната, а значит, лицо страны, ваш внешний вид и поведение должны внушать уважение. Вы меня понимаете?
— Очень хорошо понимаю вас, сударь, спасибо, что все так подробно объяснили. Все сделаем.
«Молодец, я запомню», — похвалил я его.
«Так, лейтенант, слушай, мы уже проверки все закончили, твой пост крайним был, и сейчас нам надо во дворец, на доклад. К самому, — я поднял палец вверх, — ты понимаешь?».
Парень кивал головой так, что мне реально показалось, что она сейчас отвалиться.
— Так вот, нам бы транспорт какой до туда организовать, а то ногами топать не хочется, справишься?
— Конечно, господин. Сей момент. Сейчас организуем.
Он осмотрелся по сторонам и увидел собирающуюся на выезд из города приличную пассажирскую повозку. Он метнулся к вознице, что-то горячо зашептал ему на ухо и сунул ему в руку несколько монет. Повозка стала разворачиваться, опять перегородив свободный проезд, но меня это особо не волновало, хотелось уже поскорее закончить начатое дело.
Лейтенант Ас Корсо подбежал к нам и скороговоркой проговорил: — «Все готово, транспорт организовал, доставят в лучшем виде».
«Оперативно, можешь, когда хочешь», — не поскупился я на похвалу.
«Пройдемте, сударыня», — обратился я к принцессе и подал ей руку.
Мы дошли до повозки и с комфортом уселись. Возница тронул поводья, и мы наконец-то поехали, как только мы удалились на пару сотен метров, я не выдержал и рассмеялся.
«Господин Винд, я просто в шоке, как вы это сделали?», — спросила полушепотом Лорали.
— Ловкость рук и никакого мошенства, дорогая принцесса, во всех мирах и во всех местах этих миров, подобные ему встречаются, и ездят к ним вот такие проверялы, как тот, роль которого я только что сыграл. И трясутся они, как осиновый лист, не понимая, что все это спектакль. Таково уж устроено наше мироздание, вверх лезут глупцы, а расплачиваются за это те, кому не повезло родиться без золотой ложки в жопе. Простите меня сударыня за грубые слова.
— Ничего страшного, я запомню ваши слова, господин Винд, мне они кажутся очень мудрыми.
Через полчаса неспешной езды по вымощенным серым камнем мостовым, мы доехали до центра города, к самому дворцу. Повозка остановилась у ворот, перекрывавших въезд на подъёмный мост, на которых стоял точно такой же караул, только тут солдаты выглядели с иголочки. Замок местного короля был окружен не очень глубоким рвом, поросшим редким и чахлым кустарником.
Возница повернулся к нам и робко сообщил: — «Мы приехали, господа».
«В смысле приехали? Нам-то внутрь надо, давай, зови этих лодырей сюда», — я кивком показал на стражников, которые заинтересованно рассматривали подъехавшую повозку.
Возница соскочил с повозки и бросился к солдатам, о чем-то с ними поговорил и вернулся в сопровождении одного из них.
«Чем могу быть полезен, господа? — спросил он, глядя на меня, но, когда его взгляд переместился на девушку, его губы сами собой прошептали, — быть этого не может, принцесса».
Он повернулся к своим товарищам и во все горло прокричал: — «Принцесса Лорали вернулась, живая».
Он подтолкнул возницу на свое место: — «Не спи, давай, проезжай кретин, ты чего, не знаешь кого везешь?».
Возница испуганно икнул и стеганул своего чержа, и повозка тронулась с места. Солдаты на воротах тут же их распахнули, и мы, в сопровождении того же солдата, покатили по мосту к внутренним воротам замка.
На подъезде нас окликнули, и солдат заорал счастливым голосом: — «Принцесса Лорали вернулась, открывай быстрее».
На той стороне произошла какая-то заминка, видимо, сейчас неслись по коридорам гвардейцы к родителям девушки. Но все было не совсем так, на самом деле, это начальник стражи не поверил прибежавшему к нему гонцу и решил сам убедиться. Калитка открылась, пропуская к нам одетого в богатые доспехи крепкого шарунатца средних лет с легкой проседью в длинных волосах. Он степенно подошел к нам и впился взглядом в лицо девушки.
Узнав ее, он рухнул на одно колено и стукнул себя кулаком в грудь: — «С возвращением, Ваше Высочество, простите за задержку, прошло столько времени, мы уже отчаялись вас
