Он, казалось, удивился, когда я провела пальцами по его щеке.
— Они попросили тебя разбудить. Сказали, пора идти.
Очарование момента было нарушено. На мгновение, когда я осознала, где нахожусь и куда нужно идти, мной овладел липкий холодный страх. Я отогнала обрывки сна и быстро вскочила. Ансель пошевелился, и я тут же пожалела о своем резком движении. Впрочем, он так и не проснулся, а просто застонал во сне и беспокойно заворочался. Настроение испортилось еще больше, когда я вспомнила, что пыталась помочь ему и не смогла.
— Пойдем, — позвал меня Шей. — Все собрались внизу.
Мы тихонько выбрались из комнаты.
— Как он? — спросил Шей, когда мы спускались по лестнице.
— Я пыталась превратить его, — сказала я, останавливаясь и опираясь на перила, чтобы унять горе.
— Правда? — спросил Шей. — Я вижу по лицу, ничего не вышло.
Я молча кивнула. Он обнял меня за плечи и прикоснулся губами к затылку.
— Плохо, Кэл. Жаль, что не вышло. Но ты все равно молодец. Попробовать стоило.
— Я расстроилась.
— С ним все будет нормально?
— Не знаю, — призналась я, оборачиваясь, чтобы посмотреть на дверь спальни, оставшуюся за спиной. — Он… сломлен.
— Да, — согласился Шей, ежась. — Ты меня совсем недавно превратила, но волчья сущность уже вошла в мою плоть и кровь. Я не представляю себе, что бы я почувствовал на его месте.
Я кивнула, наблюдая за ним. Неужели это правда? Неужели Шей так сильно привязался к сокрытому внутри него волку? Или он просто пытался выразить сочувствие Анселю?
— Я хочу пойти с вами, — признался он.
— Нет, — возразила я. — Ищейки правы. Это слишком рискованно.
Он отпустил мои плечи и положил руки в карманы.
— Ты не веришь в то, что я могу сражаться.
— Я знаю, ты можешь, — сказала я. — Я видела, как ты это делаешь, и не раз. Ты — истинный Воин. Дело не в этом.
— От меня была бы польза, — сказал он, глядя на меня искоса. — Я уверен в этом.
— На этот раз дело не в том, насколько ты хорош в бою, — сказала я, качая головой. — Нам придется иметь дело с призраками. Пока у тебя нет креста, с ними невозможно бороться.
— Вы тоже не сможете им противостоять, — зарычал Шей, обнажая острые клыки.
— Я знаю, — согласилась я, чувствуя, что сердце как будто придавил тяжелый камень.
Самоубийственная затея.
Мы идем на слишком большой риск, а я даже не знаю, живы остальные члены стаи или нет. Жив ли Рен. Что, если мы уже потеряли их?
Я слышала шаги Ищеек в пустом фойе. Когда мы уже почти спустились, Шей схватил меня за руки и повернул к себе. Я не успела даже понять, что происходит, а он уже прижался губами к моим губам. Я не стала сопротивляться и приоткрыла губы для ответного поцелуя. Его ногти впились в кожу на моих руках. Я чувствовала запах страха и хотела было отстраниться, но потом поняла, что с каждым новым поцелуем сомнения и ужасные фантазии покидают меня. Я задрожала, почувствовав, как в крови зарождается знакомое всепоглощающее пламя. Мне вновь стало страшно. Поцелуи были такими сладкими. Что, если в Вейле все сложится трагически, и я никогда больше не смогу его поцеловать? Никогда — какое ужасное слово.
Он оторвался от моих губ и прижался лбом к моему горящему лбу.
— Мне кажется, тебе не стоит идти с ними. Ансель в тебе нуждается. Пусть Монро с Ищейками идут одни. Они справятся и без тебя.
— Я должна идти, — сказала я, отодвигаясь. — Никто, кроме меня, не сможет убедить ребят в том, что Ищейкам можно доверять.
— Если с тобой что-то случится…
— А, вот и они, — сказала Эдна, поднимаясь по лестнице и цокая языком. — Долгие проводы, лишние слезы, вы разве не знаете? Для романтики времени нет. Отсчет пошел.
— Прости, — сказала я, высвобождаясь из объятий Шея. Мне показалось, стоит постоять с ним рядом еще хотя бы несколько секунд, и я поддамся страху, и последняя надежда спасти ребят умрет. Ты остаешься вожаком, Кэл. Стая в тебе нуждается. Ты знаешь, кто ты и зачем.
Я постаралась уцепиться за эту мысль и медленно пересекла пустой зал. В конце его меня ждали Итан и Коннор. Когда я подошла, они кивнули в знак приветствия.
— Айзек присмотрит за твоим братом, пока нас не будет, — сказал Коннор.
— Я ему помогу, — заверил меня Шей, подходя сзади.
— Спасибо, — сказала я, стараясь не оборачиваться. Мне очень не хотелось снова ощутить приступ слабости. Я не могла позволить себе поддаться эгоистичному желанию остаться с ним. Что со мной случилось? Неужели я стала слабой, поддавшись однажды чувству любви? Казалось, силы покинули меня, и от прежней Каллы осталась лишь бледная тень. Стальная решимость, независимость — все качества, которые раньше подпитывали мое уважение к себе, за последнюю неделю как будто улетучились без остатка. Мне было просто необходимо снова обрести себя. Нужно было доказать Анселю и другим членам стаи, что я их не бросила. Если я этого не сделаю, я не смогу жить на свете.
Из двери, ведущей в кухню, медленно вышел Монро.
— Какова ситуация? — спросил он.
— Все на месте и готовы выступать, — ответил Коннор, пряча нож в голенище высокого ботинка.
Монро кивнул:
— Эдна откроет дверь, ведущую в тупик, расположенный рядом с клубом Эфрона. Мы ворвемся через боковой вход и направимся в тюрьму.
— А что будет делать Эдна, пока вы будете в клубе? — спросил Шей. — Вы оставите ее одну?
Монро утвердительно кивнул.
— А что, если на нее кто-нибудь нападет? — предположил Шей, хмуря брови. — Давайте я пойду с ней. Просто постою у портала на всякий случай.
— Это не обсуждается. Ты не можешь вмешаться в это дело ни при каких обстоятельствах, — сказал Монро и крепко сжал зубы. — Если кто-то захочет завладеть порталом, она сможет его защитить, — добавил он, мрачно улыбнувшись дочери.
Эдна вздрогнула от неожиданности. Казалось, она не верит своим ушам.
— Спасибо, — наконец сказала она.
— Ой, сейчас заплачу, — заявил Коннор, утыкаясь лицом в плечо Итана.
— Слушай, отвали, а? — грозно прикрикнул на него Итан, поправляя сбившийся наплечный ремень, на котором висел арбалет. — Мы скоро все помрем. Через час, может, меньше.
— Так тем более нужно ценить каждый момент, — сказал Коннор, делая вид, что утирает слезы.
— Эдна, я хочу сказать тебе пару слов наедине, — сказал Монро, обращаясь к дочери.
— Нет, не нужно, — ответила она, качая головой. — Мне совершенно не хочется слушать отеческие наставления только потому, что существует угроза смерти. Дай мне спокойно работать.
— Да я не… — начал было Монро, но Эдна решительно отвернулась от него.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
