привлечением женщин в качестве рупоров альтернативных историй следует учитывать возможные последствия для этих женщин, связанные с их семьей или общиной. Аналогичным образом, не следует оказывать давление на женские группы с целью переориентировать их деятельность на решение задач национальной безопасности: это было бы проявлением «инструменталистского подхода со стороны государства, означающего, что гендерное равенство, женщины, мир и безопасность рассматриваются всего лишь как инструменты обеспечения национальной безопасности, а не как самостоятельные ценности[286].
Государства обязаны заботиться о том, чтобы меры реагирования на феномен ИБТ не приводили к прямой или косвенной дискриминации, являющейся результатом непропорционального воздействия этих мер на права женщин[287]. Несмотря на формальное признание данного тезиса, анализ роли гендерного фактора в контртеррористических стратегиях и, в частности, в мерах реагирования на феномен ИБТ по-прежнему проводится весьма ограниченно[288]. Государства должны стремиться лучше понять гендерные аспекты участия в деятельности ИБТ, в том числе недостаточно исследованную роль представлений о маскулинности в мобилизации ИБТ[289] и их влияния на женщин. Также следует внимательно отслеживать различное воздействие законов и стратегий на женщин и мужчин, оценивать такое воздействие и принимать соответствующие меры. Помимо этого, необходимо предоставлять обучение и проводить образовательные программы по гендерной проблематике для судей и прокуроров, сотрудников пограничных служб, правоохранительных органов, пенитенциарной системы и служб пробации, а также для персонала социальных служб и других специалистов, работающих с вернувшимися ИБТ. Это крайне важно для понимания этими специалистами гендерно обусловленных рисков и трудностей, с которыми могут сталкиваться женщины, участвующие в деятельности ИБТ или связанные с ней. Помимо этого, обучение дает соответствующим должностным лицам знания, позволяющие им выявлять жертв сексуального и гендерного насилия, обеспечивать их особые потребности и добиваться реального эффекта при осуществлении стратегий в отношении ИБТ, учитывающих гендерную проблематику[290]. Интеграция гендерных аспектов в усилия по противодействию угрозам и вызовам, создаваемым ИБТ, предусмотрена требованиями резолюций Совета Безопасности ООН и включена в обязательства ОБСЕ[291], а также в обязанности государств в области обеспечения равенства согласно международному праву прав человека.
3.8. Права детей
Рекомендации
Государствам-участникам ОБСЕ следует признать, что меры в отношении ИБТ оказывают особое воздействие – как прямое, так и косвенное – на гражданские, политические, экономические, социальные и культурные права ребенка, предусмотренные Конвенцией ООН о правах ребенка (КПР), международным правом прав человека, международным гуманитарным правом и обязательствами, принятыми в раках ОБСЕ.
В связи с этим государствам-участникам ОБСЕ следует:
– осуществлять стратегии и практические меры по противодействию ИБТ таким образом, чтобы это отвечало наилучшим интересам ребенка, если ребенок прямо или косвенно вовлечен в ситуацию;
– должным образом учитывать потенциальное воздействие на детей ограничительных мер в отношении их родителей, других родственников или опекунов, и смягчать последствия таких мер для детей, если применение ограничений неизбежно;
– разрабатывать отдельные стратегии с учетом гендерного фактора и возраста для разрешения ситуаций мальчиков и девочек, связанных с ИБТ, и аналогичные по подходу стратегии реагирования на участие детей в деятельности ИБТ; в таких стратегиях первоочередное внимание должно уделяться особо уязвимому положению детей, а не реагированию на них как на угрозу безопасности;
– обращаться с детьми, участвовавшими в деятельности ИБТ в зонах конфликта, в соответствии с правилами обращения с детьми-солдатами (то есть относиться к ним прежде всего как к жертвам), оказывать им необходимую поддержку, направленную на их физическое и психологическое восстановление и социальную реинтеграцию;
– соблюдать международные стандарты, ограничивающие применение репрессивных мер к детям, а также соответствующие стандарты правосудия по делам несовершеннолетних, в случае когда уголовно-правовые меры реагирования признаны целесообразными;
– ни при каких обстоятельствах не использовать меры уголовного правосудия в отношении малолетних детей; следуя примерам хорошей практики, установить достаточно высокий минимальный возраст привлечения к уголовной ответственности и применять правосудие по делам несовершеннолетних в отношении молодых людей старше 18 лет;
– обеспечить, чтобы дети, имеющие значимую связь с государством, могли вернуться в это государство и получить защиту и поддержку в целях реинтеграции, восстановления и получения образования сообразно их потребностям, и принимать все осуществимые меры для недопущения ситуаций, когда ребенок остается без гражданства.
Тысячи детей выехали вместе со своими семьями в подконтрольные террористам районы или родились за рубежом в семьях ИБТ. По имеющейся информации, многие из них сейчас являются сиротами, лишены свободы или находятся в крайне уязвимом положении и становятся жертвами вопиющих нарушений, включая изнасилования, насилие и похищения, из-за их предполагаемой связи с ИГИЛ[292]. Мальчики и девочки, тем или иным образом вовлеченные в процессы передвижения ИБТ или затронутые этими процессами, являются предметом обеспокоенности международного сообщества в силу множества проблем, касающихся их защиты.
Помимо этого, дети и молодые люди оказываются затронутыми действием уголовных, административных и других мер, рассматриваемых в настоящем документе. Эти меры могут касаться их как косвенно (когда применяются к их родителям или другим родственникам), так и напрямую – когда точно так же применяются к детям и молодым людям, подозреваемым или осужденным за участие в деятельности ИБТ в своей стране или за рубежом[293]. Признавая необходимость социальной поддержки детей – например, оказания посттравматической психологической помощи, – Резолюция 2396 (2017) Совета Безопасности ООН призывает государства проводить проверку и расследование в отношении подозреваемых ИБТ и сопровождающих их членов семей, в том числе детей. Такие действия, как сбор информации в целях проведения оценки рисков, надзор или внесение в список для особого наблюдения и обмен информацией между государствами, могут с достаточной вероятностью приводить к серьезному нарушению права детей на неприкосновенность частной жизни, а также других их прав. Независимо от того, кто является объектом таких мер – сами дети или их родители и другие родственники – эти и другие шаги в целях противодействия угрозам и вызовам, связанным с ИБТ, также могут прямо или косвенно затрагивать право детей на свободу выражения мнения, свободу религии и убеждений, на семейную жизнь, социальное обеспечение, образование, равенство и свободу от дискриминации и приводить к серьезным долгосрочным последствиям с точки зрения обеспечения всего комплекса гражданских, политических, экономических, социальных и культурных прав детей.
