Белаш и туманно пообещал: – Похоже, будет для тебя дело, за которое век меня благодарить будешь…
Олег удивился: за какое это дело век благодарить можно. Но слова Белаша подтвердились. Действительно, Вадим сделал для комендора такое, за что тот ему был по гроб обязан. Когда «Суворов» оказался в Советской Гавани, то за Темновым пришел рассыльный из флагманского отсека:
– Тебя комбриг вызывает.
Все в кубрике переглянулись: сам командир бригады вызывает! Олег, конечно, тоже был изумлен, но, разумеется, пошел, постучал в каюту № 1.
– Входите!
Темнов зашел, представился. Капитан 1 ранга, солидный мужик в форме, оторвал взгляд от каких-то бумаг:
– Это ты – плиточник?
– Так точно, «та-ша»…
– Вот какое дело, матрос, – комбриг задумчиво постучал пальцами по столику. – Квартира моя в Заветах Ильича требует ремонта. Жена уже с этим делом всю плешь мне проела. Так что придется делать. Почти на все работы уже нашлись мастера из нашей флотилии. Плиточника только не хватает. Возьмешься?
Олег растерялся. Командир бригады не приказывает, а спрашивает… «Заказчик», видимо, поняв его молчание по-своему, добавил:
– Хорошо с работой справишься, в отпуск пойдешь. Что думаешь?
А что тут было думать:
– Конечно, «та-ша»… Я справлюсь…
– Хорошо, – потер руки комбриг и подмигнул Темнову. – Оформляй командировку!
Выйдя из флагманского коридора, Олег столкнулся с Белашом – в то время еще приборщиком каюты № 1. Вадим тоже ему подмигнул:
– Ну как, договорились?
– Договорились… – тихо выговорил все еще не пришедший в себя Олег. Наконец, сообразив, что это именно Белаш его рекомендовал комбригу, крепко схватил, сжал его ладонь. – Спасибо!
Вадим усмехнулся:
– Ну, спасибо на хлеб не намажешь. Как-нибудь пригодишься, – посмотрел строго на Темнова. – Только не подведи меня там. Чтоб все на совесть сделал!
– Не подведу, – совершенно искренне пообещал Олег.
Когда Темнов прибыл на «объект», то искренне удивился: так себе квартирка – обычная «трешка» в пятиэтажке. Только обстановка приличная: пианино, стенка мебельная производства ГДР, финский холодильник, югославская электрическая плита, много книг, фарфора и хрусталя, аппаратура вся сплошь японская, наверное, купленная за границей за валюту или в Союзе за «боны» в специальном чековом магазине. Сухопутные отоваривались в «Березке», мореманы – в «Альбатросе». В этих магазинах все было как в зарубежном супермаркете. Имей только валюту или «чеки-боны» – сертификаты Внешторгбанка, которые в Союзе выдают в обмен за нерастраченные за границей доллары, фунты, рупии. У Олега было немного «бонов»: после возвращения из Индийского океана финансист после дальнегопохода выдал всем полагающиеся сертификаты. Конечно, ни на что серьезное этих «копеек» не хватит, но все-таки в «Альбатрос» заглянуть и прикупить что-то по мелочи можно было.
В квартиру Темнова привела жена комбрига – с виду баба как баба, на улице можешь и с продавщицей перепутать: в теле, на голове – высокий шиньон «вавилонская башня», импортная, яркая одежда. И смотрела она также сверху вниз, как будто имела большие связи в «облторге»:
– Так, матросик, мне нужно все здесь привести в порядок. Обоями, паркетом, покраской другие займутся. Твоя задача: положить вот эту красивую плитку. – Олег посмотрел, плитка действительно была ничего: чешская. – Так… эту плитку – на пол в коридоре. А вот эта, – другая плитка тоже была чешской, но отличалась размером и цветом, – пойдет на стены в ванной. Эта, – еще одна чешская, – на стены в кухне. – «Комбригша» посмотрела строго: – Справишься? У тебя какой разряд?
– Третий, – смутился Олег, но поспешил заверить: – Справлюсь.
– Третий, – задумалась заказчица, потом недовольно покачала головой, но махнула рукой. – Ладно, поверю тебе. Все равно других плиточников нет… Так, – показала рукой на диванчик в большой комнате. – Спать будешь здесь, белье там лежит. По шкафам не лазь. Пианино не трогай: инструмент дорогой, дочка на нем к поступлению в консерваторию готовится. Мебель из комнат мы еще не убирали, так что сильно не пыли… Еду буду тебе каждый день или через день приносить и в холодильник ставить. У нас все равно со стола остается… Да, материалы, инструменты – на балконе… – посмотрела внимательно на Олега. – Что тебе еще нужно, матросик?
Олег смутился, но сообразил, что можно немного поторговаться. Вспомнил слова «Бугра»: «И они еще тебя упрашивать будут плиточку в коридорчике и на кухоньке выложить…» Говорил это бригадир про всяких инженеров-интеллигентов, но вот и высокое военно-морское начальство, хоть и делает строгий вид, а внутри заискивает, переживает за свое имущество. Темнов, потупив взор, произнес:
– Мне бы это…
«Комбригша» не поняла:
– Выходить тебе из квартиры, знаешь, нельзя. Муж запретил, чтобы твоя командировка ему боком не вышла. Поэтому даже ключ не дам. Если что – звони по телефону. Номер вот на бумажке…
– Нет, не это, – помотал головой Олег и взялся рукой за шею. – Мне бы …
– А-а… – догадалась «комбригша» и поджала губки. – В доме спиртного нет. Я все унесла. Муж предупредил, чтобы вина и водки тебе не давала…
– А пивка? – с надеждой посмотрел на нее Олег.
– Пивка, – вздохнула «комбригша» и неожиданно обмякла, – посмотрим, как работать будешь…
После того, как «заказчица» ушла, Темнов обошел квартиру, заглянул на балкон и убедился, что там действительно есть все, что нужно. Посмотрел с третьего этажа вниз: во дворе играли, катались на велосипедах и самокатах дети, бабульки сидели у подъездов. На улице шла спокойная гражданская жизнь. Олег улыбнулся и поспешил на кухню. Ему не терпелось потрогать плитку, зачистить стену, замешать раствор, начать дышать таким приятным запахом стройки, нового дома, новой жизни.
Над ним никто не стоял, как на корабле или в судоремонтном заводе, но Темнов работал на совесть просто потому, что ему нравилось то, что он делает. Руки, конечно, немного отвыкли: движения были корявыми, приходилось что-то доделывать, что-то переделывать, но Олег был доволен собой. Соскучившись по любимой работе, он трудился увлеченно, без перерыва. Понял, что нужно остановиться только тогда, когда стало плохо видно: солнце зашло, и нужно было включать электрический свет. Умылся, с удовольствием навернул найденный в холодильнике «комбриговский» «чифан»: салат из огурцов и капусты, мясные котлеты с отварной картошкой. Все почти как дома…
Уже через пару дней «комбригша», оценив проделанное, довольно кивнула и выставила на стол три бутылки «Жигулевского». Вечером Темнов себе устроил праздник. Принял горячую ванну, намылившись каким-то душистым мылом и напенив голову шампунем с надписью «made in». Потом, разморенный, взялся за Моппасана. Выбор в комбриговской библиотеке был большой: на полках мебельной стенки рядами стояли тома собраний сочинений Тургенева, Толстого, Достоевского, Бальзака, Стендаля… Но Олег выудил именно томик Мопассана: кто-то на корабле всячески рекомендовал ему «Пышку». Нашел рассказ и зачитался. Не зря рекомендовали:
«Маленькая, вся кругленькая, заплывшая жирком, с
