и постоянно маячила в телевизоре, - и понял: могла быть и случайность. Но от этого только хуже. Не разбудили, не предупредили. Значит, могут и выдать.
«4:4. Всеми силами избегать войны на истощение, в которой потери превышают выигрыш или только равны ему»
Это глупость будет большая, особенно в нынешнем случае. Аль-Рахман - образованный человек, много сложных слов знает, среди них - "укрывательство" и "пособничество". Бритая рожа их знает тоже и активно использует, сволочь. Если выдали, значит, знали, кто. Если знали, значит прятали. Если прятали, должны послужить примером прочим. Закон исключенного третьего. Так что умнее деревенским будет молчать и надеяться, что пронесет. Но кто, где и когда мог положиться на разум человеческий? Пророк - и тот все время о людях думал лучше, чем надо бы.
Вот уже, кстати, кого-то волокут головой по земле, а он, верещит невнятное... А позади и чуть слева... выстрелили, но сейчас не стоит зря вертеть головой и привлекать к себе лишнее внимание. Особенно внимание того солдата, который стоит ближе всех и вполоборота. Если бы он был на волосок ближе… Где-то закричала женщина. Вот-вот сейчас кому-то придёт в голову – а не этого ли ищут пришлые?
«3:2. Занятие или удержание того или иного города или территории есть результат уничтожения живой силы врага, и часто город неоднократно переходит из рук в руки, прежде чем удается захватить или удержать его окончательно»
Кажется, ещё что-то случилось. Засуетились солдаты, и даже их губастый предводитель Акбар Хан, похожий на статую верблюда, повернулся в сторону дороги. Кого там ещё, дескать, принесло?
Принесло, как оказалось, людей в европейской форме и с оружием. Два грузовика и броневик. И кажется, у них какие-то претензии к зачищающим, потому что их командир, обваренный солнцем до красноты, жестикулирует скупо, но на редкость выразительно. Солдаты обоих отрядов уже чувствуют себя нехорошо и приподнимают опущенные было стволы, и смотрят друг на друга уже отнюдь не как на союзников, пусть даже неприятных, а в лучшем случае, как на подозрительных незнакомцев. А с подозрительными незнакомцами тут у всех разговор короткий.
«4:1. При каждой боевой операции необходимо концентрировать вооруженные силы так, чтобы добиться абсолютного превосходства над врагом (в два, три, четыре, пять и даже шесть раз), окружить противника, добиваться его полного уничтожения, не давать ему выходить из окружения»
Европейцев еще можно понять, нормальные плутократы и оккупанты. Если бы не пытались делать вид, что не оккупанты, были бы терпимы, насколько может быть терпим враг веры, пока ходит по твоей земле с оружием в руках. Такие как Акбар Хан... отравляли все вокруг. И больше всего тем, что люди - их собственные и те, кто попадался им под руку, пытались найти смысл в их поведении, чтобы приспособиться, чтобы жить в безопасности. И в этих поисках губили и ломали себя. А способа, между тем, не было вовсе. Никакого. Только встать и убить гадину во имя того, кто милостив к людям.
«9:1. Пополнять вооружение и людской состав за счет трофеев и пленных»
Ажах вроде и не двигался с места, но теперь с каждой секундой оказывался на сантиметр-полсантиметра ближе к солдату, который на толпу местных смотрел уже в четверть глаза. И когда раздался выстрел – это Акбар Хан выхватил пистолет, - Ажах прыгнул, потому что молодой болван окончательно повернулся спиной.
Захватив левой за подбородок, он ударил локтем в шею сзади, и подхватил вывалившийся из разжавшихся рук автомат.
«6. Воспитывать в войсках боевую отвагу, самоотверженность, неутомимость, непрерывную боеспособность (способность в течение короткого промежутка времени проводить без передышки несколько боевых операций подряд)»
Предводитель европейцев лежал на земле, но тоже уже вытащил оружие и сам выстрелил в ответ – и не в корпус, как Акбар Хан, а в голову. Хороший стрелок, но самонадеянный. Лучше в корпус, в бронежилет, сбить с ног…
Думать об этом было некогда, потому что ещё один вражеский боец, привлечённый движением Ажаха, всё-таки обернулся. Но уж тут Ажах выстрелил первым. Перекатился по земле за камень, еще выстрелил, оттуда – за щербатый бетонный забор.
Европейцы ему вслед не стреляли, дали уйти.
Называется карантин. Называется отдых. Вывод - Творец милостив, но спать нужно меньше, а воевать - больше. И никогда больше не спать на непровешенной территории.
«10. умело использовать промежутки между военными операциями для отдыха и обучения войск. Промежутки эти, как правило, не должны быть слишком длительными; всемерно стремиться не давать противнику времени для передышки»
* Здесь и далее: «10 заповедей Мао Цзедуна по тактике и стратегии партизанской войны»
Рафик аль-Сольх, полуглава
