именно она должна нам помочь.
— Ну и как вы себе представляете нашу помощь в этой ситуации? — нетерпеливо спросил Егор Ильич.
— Заболевание, которое возникло у нашей подопечной, будем ее так называть, мало изучено. По факту кардинального лечения от него не существует. Но путем медикаментозной терапии и психотерапевтического воздействия можно добиться частичного восстановления памяти на события, пережитые в «альтер эго». Перед нами стоит задача выяснить, где находятся необходимые нам задокументированные подтверждения, переданные ей Семеном. Наши специалисты посчитали, что одним из возможных способов восстановления памяти в подобной ситуации, — быстро продолжал говорить Алексей, — является релокация событий из жизни субличности путем частичного воссоздания эмоционально значимых сенсаций из жизни одной субличности в жизни другой. В эти моменты могут всплывать и активно проявлять себя иные субличности, которые нам необходимы для восстановления определенных важных событий.
Сыщики смотрели на гостя, хлопая глазами. Первым пришел в себя Сергей.
— Вас там зомбируют в вашей конторе? — спросил он. — А можно теперь на русский перевести?
— Да, — подтвердил Егор Ильич, — я тоже слышу, что буквы и слова знакомые, но смысла не уловлю. Тарабарщина какая-то.
Алексей устало посмотрел на сыщиков.
— По-русски это значит следующее. Ваше появление перед Анастасией, которая сейчас не помнит и не знает, что наняла вас по контракту, может послужить для нее своеобразным пусковым механизмом. Он пробудит в ней воспоминания, и она вернется в личность, знающую, где спрятана информация от Самсона.
Егор Ильич уставился на своего напарника. Он начальник, потому должен был принять решение. Но Сергей не торопился. Смотрел куда-то сквозь пространство, словно обдумывал слова, сказанные фэсэошником. Когда помощник детектива скользнул взглядом по Алексею, тот прищурился, и его глаза забегали от Сергея к Егору Ильичу и обратно. Старику показалось, что фэсэошник спешит и нервничает.
— Постойте, а почему тогда с ней рядом Измаил? И по какой причине человек, которого вы подозреваете во всех тяжких, находится этажом выше и еще не арестован по подозрению в убийстве? — спросил он.
— Я вас услышал. Не люблю говорить эту фразу, но приходится, — ответил Алексей.
Егор Ильич, наблюдая за гостем, решил, что тот оживился и расслабился, словно получил вопрос, на который может ответить не задумываясь.
— Измаил считает, что мы работаем на него. В нашей структуре есть определенный круг лиц, который, как это ни прискорбно, имеет долю в бизнесе Измаила. Мы не можем афишировать должностных лиц, по понятным причинам. Но наше управление собственной безопасности выявило этот крысиный подвал. К сожалению, их контакты оказались ограничены Измаилом. Встав перед выбором: сидеть всю жизнь или сотрудничать с нами, наши прежние соратники, конечно, выбрали сотрудничество со своими бывшими коллегами. Потому была разработана операция, а именно в круг лиц по контакту с Измаилом был введен я и известный вам… — Алексей пристально посмотрел на Егора Ильича, — полковник Глазов. По сути, он и руководит операцией.
— У-у! — удивился Сергей. — То есть сейчас здесь вы находитесь как представитель преступного сообщества. Ну, та самая крыса из подвала.
Алексей откашлялся и поправил галстук.
— Здесь и сейчас я представляю органы безопасности государства, — сказал он серьезным тоном. — А вот когда мы с вами поднимемся к Анастасии, там я буду представителем преступного сообщества, как и полковник Глазов, который тоже будет на встрече.
Сергей сидел насупившись и выглядел недовольным.
— Понятно про схему, — сказал он, постукивая кончиками пальцев друг о друга. — Непонятно, почему вы нас в эту схему встроили. Вы же вполне могли разобраться своими силами, — размышлял он вслух.
— Ну, здесь суть вопроса ясна, все должно быть правдоподобно. Измаил ведь далеко не идиот. Когда мы воплотили нашу идею в жизнь, он должен был выбрать вас самостоятельно. Условно самостоятельно, конечно, — поправился человек из органов безопасности. — Мы предложили ему на выбор несколько агентств, но так, чтобы он выбрал ваше. — Алексей заулыбался.
— Как это? — подал голос Егор Ильич.
— Ну, ваши, скажем так, оттеняющие кандидаты были дилетантами по сравнению с вами. Мы учитывали известность, востребованность, опыт работы. Конечно, немаловажную роль сыграла ваша, Егор Ильич, давнишняя с нами дружба. О ней мы тоже рассказали Измаилу, отметив, что вами в такой ситуации будет легко управлять. А значит, снизить риски нежелательного поведения с вашей стороны. Вы ведь тоже могли узнать чего-нибудь лишнее.
— Понятно, — с досадой пробасил Егор Ильич.
Сергей бросил на него мимолетный взгляд, едва махнул ладонью, мол, не нужно брать в голову, и сказал:
— Ладно. Тоже объяснимо. Теперь еще раз о том, как нам себя вести и что будет, если удастся выяснить нужную информацию, а также что делать, если не выясним?
Алексей кивнул:
— О’кей. Давайте на пальцах объясню. Чего боится каждый из нас? — спросил он и посмотрел на Егора Ильича.
Тот задумался. Снова потер подбородок.
— Одиночества, наверное, — ответил старик. — Даже не то чтобы одиночества, а ненужности какой-то, что ли, — развел он руками.
Алексей нахмурился, словно не ожидал такого ответа и осторожно сказал:
— Ну это, наверное, характерно для вашего возраста… — затем повернулся к Сергею и спросил: — А вы?
Детектив недовольно скривился.
— А давайте о вас поговорим, Алексей.
Тот кивнул и почему-то радостно ответил, щелкнув пальцами:
— Смерти. Вот чего мы все боимся.
Егор Ильич попытался примерить его ответ на себя, но внутреннего согласия не получил.
— Ну, допустим, — ответил Сергей, — а дальше-то что?
— Дальше просто, — махнул рукой фэсэошник. — Пара дней вашей слежки за Настей, такой, чтобы она заметила, что ее преследуют. Пара физиономий, смотревших на нее угрожающе.
— А смысл? Для нее какой смысл?
— Создать напряжение. «Наводнить» — профессиональным языком наших психологов.
— Судя по тому, как она бежала из своей квартиры, мы ее не просто наводнили, мы ее чуть не утопили, — нахмурился Егор Ильич.
Алексей довольно хмыкнул.
— На самом деле да, — согласился он. — Но нам это было и нужно. Теперь, когда она считает, что убегала от преследователей, прячась в гостинице, появитесь вы, кого она сама наняла, но не помнит. Ваше появление вживую вызовет сильную вспышку страха у той личности, которая в ней сейчас преобладает. Эта личность скроется в ее сознании. А вернется та, что помнит, где находятся нужные нам документы.
Сергей скептически посмотрел на радостного Алексея.
— Ой ли? — сказал он. — Я не психолог, конечно…
Алексей прервал его:
— Я тоже не психолог, поэтому полагаюсь на мнение профессионалов. Знаете, когда у меня прорвет канализацию в доме, я не буду сам ее ремонтировать. Потому что не знаю, что перекрывать, где искать и как чинить. Я обращусь к опытному человеку. Здесь такая же ситуация. Так что я верю нашим психологам.
— Ну,
