Точнее, самой главной проблемой было — протащить тяжелую технику по полуразрушенным и давно заброшенным дорогам запада бывших США. Так что когда пограничные посты сектантов обнаружили колонны чужой техники — что-либо всерьез предпринимать было уже поздно. Командование Советской армии совершенно не намеривалось нести серьезные потери в длительных сражениях, любые попытки организовать оборону буквально сметались тяжелой артиллерией и авиацией — беречь инквизиторов никто не собирался. В какой-то момент те попытались прикрываться мирным населением — но это вызвало лишь еще большее озлобление советских солдат. После этого перестали брать даже пленных.
Штурм столицы «Империи» был коротким и ожесточенным — когда в ответ на любую пулеметную очередь тотчас прилетал снаряд танка или самоходки. В ответ на очередь из автомата — по снаряду из РПГ. Советские солдаты, отцы многих из которых еще брали Берлин и Кенигсберг, церемониться с врагами не сбирались. Особенно с учетом общего ожесточения Долгой зимы да после того, как на политинформации рассказали про установленные «Церковью Апокалипсиса» порядках!
За десять дней бывшая столица секты была превращена буквально в груду строительного мусора. Под этими руинами оказались и «патриарх-император» со всеми приближенными, и тщательно собранное сектантами по окрестным городам и поселкам промышленное оборудование с техникой. Тут и там бушевали пожары, которые никто и не торопился тушить — потухнет само. Короткая война подошла к концу — с минимальными для Советской армии и максимальными для сектантов потерями.
После окончания войны с сектантами перед советским командованием возник простой вопрос — а что дальше? Пустить все на самотек уйти? Или попытаться как-то организовать жизнь местного населения? И тут мнения разделились… Но в конечном счете пришли ко второму варианту. На захваченных землях организовали местное самоуправление из бывших крепостных и рабов, создали «народное ополчение» для защиты от набегов и заключили договор о взаимопомощи — в обмен на подставки продовольствия СССР обещал помочь наладить мирную жизнь и обеспечить поставки некоторого количества техники и оборудования.
Вскоре же после ликвидации сектантов на место прибыли некоторые бывшие американские военные и гражданские специалисты — и вместе с ними СССР приступил к демонтажу и вывозу в СССР всего того, что представляло ценность для советского государства. Или, наоборот, того, что местным оставлять не следует. Например, пусковые установки зенитных ракет… Вскрывали хранилища мобилизационного резерва, до которых по той или иной причине не «дотянулись» аборигены и забирали оттуда все ценное. Вывозили различное ценное сырье…
Однако это все же было второстепенной задачей… Ведь самым главным было другое — исследование сверхвулканов. И тут было все не так-то уж и просто. Но разве могут быть какие-то непосильные задачи для тех, кто победил саму Долгую зиму?
Сначала со всего Союза, а затем и из других стран социалистического лагеря, в бывшие США отправили сотни лучших ученых, кому предстояло заняться изучением сверхвулканов и дать ответ на два главных вопроса. Можно ли заранее предсказать извержения таких гигантов с точностью хотя бы в пятилетку? И можно ли как-то такие извержения предотвратить или хотя бы ослабить? Чтобы, например, вместо одного гигантского извержения получился обычный небольшой вулканчик, потихоньку коптящий небо без всякой Долгой зимы? И тут было все не так-то просто — ведь, по сути, такие вопросы ставились перед учеными впервые…
Но память о Долгой зиме подгоняла — и потому люди работали не за страх и даже не за желание написать побольше диссертаций с научными статьями и получить новые научные звания, а на совесть… Ведь Долгую зиму помнили все! И никому не хотелось, чтобы, случись что, такое событие оказалось для всех неожиданностью. И пусть даже вероятность такого извержения в ближайшие годы или десятилетия крайне мала, но ведь и про проклятый Лонг-Вэлли никто и подумать не мог! Так что пусть лучше, если не удастся ничего иного, они хотя бы будут заранее знать о предстоящем извержении! Заранее заготовят побольше еды, подготовят коммунальное хозяйство и переживут новую Долгую зиму максимально спокойно и легко!
* * *
9 августа 1976 года — где-то в другом мире это был обычный понедельник, обычный рабочий день… Но это было где-то там, в другой жизни. Ибо здесь это был день Катастрофы — извержения Лонг-Вэлли, что фактически уничтожило старый мир… Так что даже начинался день с воспоминания об этом:
— Сегодня прошло десять лет со дня извержения сверхвулкана Лонг-Вэлли, — прозвучало с самого утра по радио. — Помимо прокатившихся по планете землетрясений и цунами в прибрежных областях, это извержение привело к выбросу в атмосферу свыше шестисот кубических километров пыли и вулканического пепла, смещению полюса и началу Долгой зимы… В результате прямых и косвенных последствие извержения погибло более пяти миллионов советских граждан и сотни миллионов людей по всему миру.
Дальше диктор начал рассуждать на счет того, что произошедшее событие — наглядный результат человеческой глупости и безответственного отношения к природе, что показала американская военщина. Не задумываясь над последствиями своих действий, они проводили ядерные испытания в зоне геологического разлома — и все такое… И хоть в первую очередь из-за этого пострадали они сами, но последствия «бездумных действий американской военщины» поставили на грань гибели всю человеческую цивилизацию. И лишь благодаря трудовому героизму советского народа удалось… В общем, ничего нового. Про это Михаил прекрасно знал и слышал. Потом было выступление товарища Пономаренко, вспомнившего про тех, «кто смело поднялся на борьбу с Долгой зимой и кто отдал свои жизни за жизнь советской страны и советского народа». Говорил на счет достигнутых успехов народного хозяйства — и про то, что многое из созданного для преодоления последствий Долгой зимы найдет применение и в будущем. Например, те же тепличные комплексы, в которых будут выращивать овощи и ягоды… И, конечно, опыт Долгой зимы не будет забыт — и советская страна всегда будет готова к новым потрясениям такого рода.
Позавтракав, Михаил отправился на остановку — с недавних пор у них пустили пригородные дизель-поезда, и теперь проще всего добираться на работу было на них. В прошлой реальности, помнится, их участок железной дороги электрифицировали дважды. Сначала на постоянке в конце 60-х — после чего им передели старые электрички Ср3. Потом в 80-х «железку» перевели на переменку — и на смену старым электричкам пришли новые ЭР9Т. В этой реальности не было еще ничего — и вместо электричек на линию выпускали «дизеля» ДР1.
На остановке люди тоже вспоминали про Долгую зиму — вместе ездя на одном поезде на работу, многие давно стали хорошими знакомыми друг друга. И разве можно
