Убиться ржавым тазиком! Только его нам тут для полного счастья не хватало.
Что примечательно, глаза сида сверкали потусторонним голубым светом, на губах играла прямо-таки хищная улыбка, и, разумеется, уже привычно светился камень в обруче. Короче, лорд был во всеоружии, а мне вдруг очень кстати вспомнился Александр Сергеевич и его «Месяц под косой блестит, а во лбу звезда горит». Была б у нашего сида коса…
— Попались, голубушки! — прервал мои размышления мужчина, небрежно треплющий синего лося за ухо.
Воссоединение старых друзей — как это мило.
— Думали, уйдете от меня? На моем же лосе! Глупые, глупые девочки… — приговаривал синенький, начиная медленно двигаться в нашу сторону.
Хевирим за моей спиной чуть не умер от страха. Меня же в этот момент посетила гениальная мысль. Ну конечно, лось-то не наш!
— Люди добрые! — обратилась я к толпе, недоуменно пялящейся то на нас, то на сида с лосем, но при этом не выпускающей из рук своего грозного оружия. — Вот он, истинный источник ваших бед! Это он призвал Вестника смерти на ваши земли. Ему служит страшное, смертельно опасное чудовище!
Люди зароптали, зашептались меж собой. А я, воспользовавшись замешательством, набрала в грудь побольше воздуха и пафосно изрекла:
— Мы должны изгнать его с нашей земли! Прогоним кровожадного узурпатора. Спасем наши семьи. Отведем беду от наших домов! — направо и налево сыпала громкими лозунгами.
Селяне вдохновлялись. Иль Натур же, совершенно не ожидавший такого поворота, слегка растерялся и застыл на месте, глупо тараща на меня глаза.
— Бей его! — вдруг крикнул кто-то из-за моей спины, и крик этот дал решающий толчок дальнейшему действу — толпа сорвалась с места и дружно накинулась на ничего не понимающего лорда.
Не тратя времени даром, схватила гремлина за руку и поволокла обратно в наши комнаты. Рывком сдернула Стаську с кровати и велела одеваться.
— Куда мы? — сонным голосом поинтересовалась мелкая.
— Куда, куда? На Кудыкину гору! — передразнила я, скоренько закидывая шмотки в сумку.
И как бы мне ни было жаль своих вещей, все же пришлось все наши чемоданы вновь закинуть в пространственный карман, а самим довериться во власть непутевого гремлина и господина Случая, гадая, куда же в этот раз выкинет нас переход.
Ну а что еще оставалось делать, когда сид повис на хвосте? Пока мы собирали вещи, он, небось, уже всех селян в безвольных зомбаков превратить успел. У них-то, поди, ментального щита нет.
В общем, риск оказался оправдан. Как раз в тот момент, когда мы взялись за руки, начиная проваливаться в марево портала, в комнату влетел взбудораженный Синдар и с криком «Неет!» кинулся в нашу сторону. Да только не успел. Нас поглотила тьма перехода, и мы всей компанией вывалились в каком-то темном, холодном и откровенно мерзком помещении.
Стаська, как самая предусмотрительная, захватила из номера подушку с одеялом, а потому, обойдя помещение по периметру и наткнувшись на низкую лавку у стены, с ходу завалилась на нее и продолжила сладко спать.
Я же решила провести более тщательную инспекцию места нашего пребывания, и результаты этой самой инспекции меня отнюдь не порадовали. Сначала мне подумалось, что мы в каком-то подземелье. Стены тут были сложены из грубого, плохо отесанного камня, и от них ощутимо веяло сыростью. Но когда я наткнулась на железные прутья решетки, все окончательно встало на свои места. Непутевый гремлин закинул нас определенно в самое надежное и защищенное место на всей земле — в тюремную камеру!
Глава 15
ХВОСТАТЫЙ ОБЕЗЬЯННИК
Пробуждение выдалось не из приятных. Ощущение было такое, будто кто-то бьет в колокол прямо у меня над ухом. На деле же этот кто-то отчаянно стучал палкой по железным прутьям решетки, отчего голова моя была готова расколоться на тысячи частей.
Я открыла глаза и зажала ладонями уши, стараясь хоть как-то заглушить металлический лязг. Лежащий рядом Фауст и вовсе сунул голову под крыло, но что-то мне подсказывало, что это мало чем ему помогло.
— О, проснулась, красавица! — радостно воскликнул чей-то голос, и обернувшись, я узрела виновника своей утренней головной боли.
Им оказался тощий взлохмаченный парень в рваной рубахе, съехавшей на одно плечо. Он сидел в противоположной камере и, радостно скалясь, поигрывал железным прутом, то и дело проводя им по решетке, отчего хотелось еще плотнее зажать уши, а лучше с ходу дать в челюсть этому уроду.
— Ты ненормальный?! — воскликнула я, зло глядя на заключенного. — Кончай тут какофонию разводить!
— Тебе не нравится моя гениальная игра? — смеясь, вопросил парень и назло мне несколько раз стукнул своей железякой по прутьям, явно пытаясь выбить какой-то ритм.
Теперь не выдержала Стаська. Высунула макушку из-под своего одеяла и как гаркнет:
— Слышь ты, барабанщик запрещенный! Еще раз стукнешь — я за себя не ручаюсь!
Сосед наш на это лишь усмехнулся и со всей дури долбанул по решетке.
Вот зря он это! Стаська в бешенстве — страшная штука.
Сестрица окончательно выбралась из-под одеяла и с ходу рванула к нахалу. На пути ее, разумеется, встали железные прутья, и сестричка, вцепившись в них, начала усиленно трясти решетку.
На месте решетки я бы сдалась сразу. Натиск тринадцатилетней девчонки — это вам не хухры-мухры. Но решетка стойко выдержала атаку.
Парень же оглядел сестричку любопытным взглядом и выдал:
— Милая пижамка. Расскажешь потом, где такую прикупила?
— Расскажу. Вот доберусь до тебя и все-все расскажу!
Угроза, как и ожидалось, была проигнорирована. Нахал вновь стал отыгрывать дурацкую мелодию своей железякой, и тогда Стаська решилась на ответный ход.
— А неплохо ритм выбивает, да? — обратилась ко мне сестричка, и по взгляду ее я сразу поняла — затевается ответная мстя! — А давай-ка мы подпоем!
Мысль была гениальна в своей простоте. Нашего со Стаськой дружного завывания не могло выдержать ни одно живое существо. Даже годы тренировок и привыкания не помогали. Из квартиры обычно разбегались все, даже тараканы! Хотя не уверена, что они у нас когда-либо водились.
— Нашу любимую запевай! — скомандовала я, и мы с сестрой дружно затянули:
— Чёооорный воооорон, что ж ты вьёоооошься…
Бедный феникс не выдержал первым — после первых же слов нашего неслаженного песнопения ринулся к Стаськиной постели и сунул голову под подушку. Неугомонного соседа хватило чуть дольше — эдак секунд на десять.
— Ну ладно, ладно. Хватит! — взмолился он, с силой зажимая уши, но мы так разошлись, что остановить нас уже ничто не могло. Просто сидели бок о бок и горланили в свое удовольствие. И даже отсутствие клюквенной настойки не смущало.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
